Закон ответного удара - Сергей Самаров

* * *

Трубка сотового телефона от звонка глухо завибрировала во внутреннем кармане куртки. Игорь вытянул короткую антенну.

– Игорь. – Татьяна была слегка взволнована, это чувствовалось по голосу. – Мне только что звонили из ГИБДД. Спрашивали, где сейчас моя машина. Я сказала, что стоит в гараже. Они просили съездить и проверить. Про то, что гараж дома, я ничего не сказала.

– Откуда они знают телефон? Ты же там не прописана?

– В том-то и дело… Я сама удивилась. Сын с женой в отъезде. Спросить им было не у кого…

– Понятно.

– Можно через соседей узнать…

– Это тоже возможно.

– Что им сказать? Через час они перезвонят.

– Подожди минутку. Я сам тебе перезвоню.

– Хорошо. Только осторожнее, побереги себя.

Игорь нажал клавишу отбоя.

– Паршиво дело… Мы, по всей видимости, остались без колес. Я думаю, что около дома Кордебалета нас все-таки засекли и номер машины запомнили. Но скорее всего не точно. Уверенности у них нет. Сейчас проверяют. Какие предложения? Покупать что-то – слишком долго.

Сохно, естественно, быстро нашел решение в соответствии со своим характером:

– Элементарно делается! Подкатываем сейчас к любому гаражному кооперативу, невинно смотрим, где ворота открыты, хозяина сажаем на время в погреб – пусть отдохнет от суеты, а машину забираем. Хотя бы до вечера. Завтра с утра повторяем такой же вариант в любом другом кооперативе. В таком большом городе нам их надолго хватит.

– На безрыбье, как говорится… и это годится, – решился Игорь. – Главное, чтобы хозяина инфаркт не хватил. Другие предложения есть?

Макаров обычно одобрял методы Толика, но на этот раз он немного замялся, словно задумался. Игорь сразу понял – у того есть на уме что-то получше.

– Кто из вас помнит Доктора Смерть? – спросил Слава наконец.

– Это, кажется, майор из чучковской бригады? – переспросил Сохно. – Лось такой, поздоровее меня будет…

– Смутно помню… – сказал Игорь. – Его в Афгане, кажется, затаскали… С каждой рейдовой группой по тылам ходил. Других врачей с собой брать никто не хотел. Он был вместо талисмана. А при чем здесь он?

– Он живет здесь. Жил по крайней мере. Мы с ним в Боснии вместе воевали. Русский «черный батальон».

– Так ты и в Боснии, оказывается, побывал?

– И там тоже…

– И что же?

– У меня есть телефон. Может, попробуем позвонить? Он своим в помощи никогда не откажет. Если машина имеется, я думаю, предоставит. Да и сам он может сгодиться при тяжелом случае. В любой заварушке он пятерых конторщиков стоит. Даже из группы захвата.

Игорь кивнул:

– Звони…

Слава долго копался по своим многочисленным карманам, наконец-то нашел записную книжку, из которой от ветхости пожелтевшие страницы вываливались. Игорь протянул трубку.

– Алло! Мне Виктора хотелось бы услышать. Да-да, Виктора Юрьевича… – Слава заулыбался, показал поднятый вверх палец, значит, Доктор Смерть в городе. Это уже обнадеживало. – Я старый товарищ его. Сослуживец. По Афгану. Ага… Говорите-говорите, я запомню, у меня память хорошая… Спасибо. Я позвоню.

Он дал отбой и стал набирать другой номер.

– Здравствуйте. Фирма «Эй-Джи-Эль-лимитед»? Я хотел бы с Виктором Юрьевичем поговорить. А когда освободится? Девушка, у вас такой приятный голос, что он будет только рад лишний раз его услышать. Вы не можете ему прямо сейчас сказать, что звонит его старый армейский товарищ… Капитан Макаров. Да-да, Макаров… Будьте любезны, милая, я вам за это все ручки расцелую… – Ожидающая пауза в половину минуты. – Ого! Доктор, чтоб тебе волки ноги отгрызли! Макаров… Здорово! Да-да… Очень ты, браток, нужен… И прямо сейчас, ты же знаешь, я понапрасну не буду от дела отрывать… Гостиница «Малахит»? Мы прямо перед ней и стоим. Все! Порядок! Поднимаемся.

Слава отдал Согрину трубку:

– Отлично! Он прямо здесь свой офис держит – президент фирмы! У него совещание, так сразу сказал, что дела побоку, сейчас всех разгонит. Поднимаемся. Это классный мужик! Я сам за него могу поддержку обещать, не спрашивая предварительного согласия. Точно говорю! Мы уж с ним по босняцким тылам наползались, слава богу…

– Ну-ну, твоими бы устами… – засомневался все же Согрин. – Только не каждый согласится с Конторой конфликтовать. Да еще в своем городе. Да еще, если офис держит. Ему есть, наверное, что терять. С боснийской войны времени прошло уже…

– Три года, – сказал Слава. – Только такие, как Доктор, с годами не меняются. Он хотя и врач, а спецназовец. А это кое-что значит. И мы его выручали, и он нам не откажет. Пойдем, пойдем…

Согрин открыл дверцу.

– Толик, остаешься здесь. Смотри внимательно. Тот тип может и сменить свой национальный колорит. Не пропусти. Если вдруг ГИБДД или ОМОН подъедут, ориентируйся сам. Уходи через парк, вон там, – показал Игорь рукой в сторону детского парка. – Там, если что, и встретимся…

Вдвоем они поднялись в лифте на пятый этаж, смело прошли мимо полусонной дежурной, привычной уже, должно быть, к частым хождениям по коридору людей посторонних, потому что чуть не все двери этажа были «украшены» табличками с названиями различных фирм. Слава смело открыл дверь нужного ему трехкомнатного номера-люкса.

– Интуиция меня не подвела, – сказал он, оглядев приемную и в первую очередь секретаршу. – Такой голос может быть только у такой девушки. Здрасте! Я – Макаров…

– Здравствуйте. Виктор Юрьевич просил вас подождать минуту. Он заканчивает совещание. Это совсем недолго. Он умеет заканчивать их неожиданно. – И она белозубо улыбнулась.

Секретарша и вправду была красива, стройна, высока, аккуратно и со вкусом одета. Классическая, одним словом, секретарша приличного офиса. Но и минуты не прошло, они даже сесть не успели, как дубовая инкрустированная дверь распахнулась настежь и из проема стремительно показался почти двухметровый бородатый и волосатый гигант Витя Гагарин – Доктор Смерть. За ним стали выходить подчиненные, настороженно поглядывая на гостей, которые в своих камуфлированных куртках и штанах казались здесь людьми не совсем уместными.

Сам Доктор был в хорошо сидящем на нем, вероятно, дорогом однобортном костюме, при галстуке ценой долларов в сто, длинные волосы ложились на плечи тяжелыми прядями, которым позавидовала бы любая женщина. Вообще он производил впечатление оригинальности, и в то же время эта оригинальность классически сочеталась с обеспеченной благопристойностью.

Согрин сразу тяжело вздохнул – подумалось, едва ли этот человек сможет им чем-то помочь. Слишком респектабельной была его жизнь, слишком респектабельной была приемная вместе с мебелью и секретаршей, слишком солидно выглядел ковер на полу кабинета – Игорь успел его увидеть через раскрытую дверь.