Мишень для Слепого - Андрей Воронин

И этот комплимент как-то расположил мужчину и женщину, которые видели друг друга впервые.

Наталья кивнула головой.

– Я ценю хороший кофе.

– Знаю.

– Откуда?

Глеб пожал плечами и не стал раскрывать свою тайну. Рассказывать о том, как он сидел над вентиляционной шахтой во время свидания Натальи и Разумовского, было бы по меньшей мере глупо.

– Я занимаюсь одним важным делом, в котором фигурирует Петр Павлович Разумовский и выглядит весьма неблаговидно.

– Глеб говорил свободно, он помнил, что хозяйка закрыла дверь, и поэтому чувствовал себя в безопасности.

– Но он генерал, а вы, извините, по-моему, капитан…

– Это не имеет значения в подобных делах, – сказал Глеб, делая еще один глоток обжигающего ароматного напитка. – Хоть бы он был маршалом войск, он опасен.

– Но на чем основываются ваши выводы?

Сиверов пропустил этот вопрос мимо ушей и задал свой:

– Как вы оказались в этой квартире?

– Ее снял для меня Петр.

– Вы давно здесь живете? Судя по вещам, не очень.

– Да, чуть больше месяца.

– А раньше где вы жили?

– Раньше – в Черемушках. – Она назвала адрес. – Ту квартиру тоже снимал для меня Разумовский.

– А почему вы переехали сюда?

– Так решил Петр.

– А чем он это мотивировал?

– Ничем, собственно. Сказал, Что так будет лучше, что ему сюда ездить удобнее. И в общем, надеюсь, вы понимаете, я не могла спросить напрямую, почему он меня переселяет. Ведь не я же хозяйка квартиры!

– Понимаю, понимаю… – и, улыбнувшись, Глеб спросил:

– А можно еще чашечку кофе? Он у вас получается не хуже, чем у меня.

– А вы что, тоже любитель кофе?

– Да, уважаю этот напиток и с уважением отношусь ко всем поклонником кофе.

– Тогда с удовольствием налью еще.

Глеб вместо того чтобы разговаривать о деле, принялся объяснять, как лучше всего готовить кофе и как на электроплите правильно обжаривать зерна с помощью хлебной корочки. Для Натальи Свиридовой это было новостью.

– А вы крупный специалист. И может, – Наталья кокетливо улыбнулась, – вы никакой не офицер ФСБ, а повар ресторана или бармен?

– Нет, что вы. Я действительно офицер, но кофе люблю. А если я что-то люблю, то стараюсь узнать об этом все, что возможно.

– Вы и обо мне хотите узнать все?

– Вообще-то да.

Наталья, налив вторую чашечку кофе своему непрошеному гостю, вдруг подумала. «А с какой это стати я должна доверять абсолютно незнакомому человеку, который неизвестно как попал ко мне в квартиру, насмерть меня напугал, а сейчас пьет мой кофе, пудрит мне мозги, расточая комплименты, и пытается что-то выведать о Петре. Почему я должна выворачивать ему душу?»

Наталья пристально и уже совсем не так, как минуту назад, взглянула на Глеба. Он перехватил этот взгляд.

– Наверное вы, Наталья, подумали: а с какой стати должны мне доверять, совершенно незнакомому человеку?

– Вы угадали.

– У меня нет возможности долго убеждать вас, вы просто должны мне поверить на слово.

– Как это – вот так взять и поверить? – усмехнулась женщина.

– Взять и поверить. Неужели с вами никогда в жизни ничего подобного не случалось? Вы же как-то доверились Петру Павловичу?

– Это другое дело, и у нас совсем другие отношения.

– Я знаю.

– Что вы знаете?

– Достаточно много.

– Тогда какого черта, вы спрашиваете у меня, если вам многое известно?

– Многое, но не все…

И вдруг зазвенел телефон. Глеб вздрогнул, а Свиридова побледнела. Они оба не двинулись с места. А телефон продолжал звонить, настойчиво и нервно, а может, им просто казалось, что нервно, ведь телефон – создание бездушное.

Наталья нерешительно посмотрела на Глеба. Он сказал:

– Возьмите трубку, это же звонят вам, а не мне.

Только, пожалуйста, не говорите, что я у вас.

Наталья сняла с холодильника телефон и, увлекая за собой длинный провод, пошла в комнату. Глеб поставил чашку на блюдце, поставил бесшумно, фарфор даже не звякнул, и стал прислушиваться.

– Алло!

* * *

– Да, добрый вечер.

Глеб, естественно, слышал лишь то, что говорила женщина. А она решила вести разговор так, чтобы гость ни о чем не догадался, поскольку звонил Разумовский.

– Послушай, дорогая, минут через десять-пятнадцать, а скорее всего, в течение часа, к тебе заедут двое моих знакомых. Они оставят тебе папку с документами.

Поверь, это очень важно. А ближе к ночи я заеду и заберу ее. Договорились? И кое-что привезу для тебя.

– Хорошо.

– Ты что, не рада?

– Рада, – в голосе Натальи прозвучала неискренность.

– Пожалуйста, не отлучайся, побудь часок дома.

А после девяти я к тебе заеду. И поверь, ты обрадуешься. Я привезу тебе то, о чем ты мечтала.

– Договорились, – односложно ответила Наталья, после чего услышала в трубке чмокающий звук.

Посылать поцелуй в микрофон Наталья не стала и торопливо нажала на рычаги аппарата. Затем с телефоном в руках она вернулась на кухню, но поставила аппарат не на холодильник, а прямо на пол, у своих ног.

Глеб не спешил спрашивать, кто звонил, рассудив, что если Наталья посчитает нужным, то скажет об этом сама.

– А можно еще кофе? – делая вид, что телефонный разговор его ничуть не интересует, с открытой улыбкой спросил Сиверов.

– Еще кофе? Да вы все мои запасы уничтожите.

Впрочем, я тоже еще выпью чашечку.

Глеб видел: женщина взволнована и явно не его присутствием, а телефонным звонком. Интуиция подсказывала Сиверову, что звонил сам Разумовский.

Глеб, возможно, так и ушел бы, если бы не этот телефонный звонок. Сиверову очень хотелось узнать, о чем же говорил Разумовский с Натальей. Кроме этого он опасался, что уйди он сейчас – женщина тут же перезвонит своему любовнику.

Пока варился кофе, Глеб с разрешения хозяйки выкурил еще одну сигарету.

– А почему вы ничего больше не спрашиваете? – вдруг заинтересовалась женщина.

– Я жду, что вы сами расскажете.

– А если я попрошу вас покинуть мою квартиру?