Расстрельная сага - Александр Тамоников

Капустин посмотрел на часы. 1.40. До трех можно и вздремнуть. А может, и подольше. Все зависит от того, за какое время генерал Костин отработает свой замысел в отношении бывшего губернатора области Туганова.

Генерал закрыл глаза и тут же провалился в крепкий, но чуткий сон.

А Костин начал действовать. Находясь дома, он связался с группой слежения за наблюдателями Штерна, приказав им оставаться на месте. Затем вызвал оперативного дежурного, распорядившись срочно связать его с командиром местного ОМОНа. Тот ответил начальнику управления практически немедленно, словно не спал этой ночью.

— Слушаю вас, товарищ генерал!

— Макеев?

— Я, Юрий Степанович! Случилось что?

— Есть работа, Володя.

— Так какие проблемы? Мои ребята всегда готовы выполнить приказ.

— Нет, майор, дело деликатное, а посему ты должен сделать следующее.

Начальник УВД довел до командира отряда милиции особого назначения не совсем обычную задачу, закончив вопросом:

— Ты все понял, Макеев?

— Так точно! Через полчаса, максимум сорок минут, я расчищу поле для вашей деятельности.

— Только аккуратно, Володя, предельно аккуратно.

— Вот этого, товарищ генерал, могли бы не говорить.

— Действуй, спецназ.

Костин переключился на оперативного дежурного:

— Машину к дому! И быстро!

Спустя двадцать минут начальник УВД покинул свою благоустроенную квартиру. Служебная «Волга» уже ждала его возле подъезда.

В фургоне «Ниссан» находились двое молодых мужчин. Один сидел за рулем, непрестанно курил, забивая окурками пепельницу, и пил кофе из огромного термоса, при этом внимательно следя за всем, что происходило во дворе дома, где жил бывший губернатор области. Второй находился в салоне. Он сидел на переднем сиденье, рядом с открытым чемоданом, от которого к наушникам, закрепленным на голове, тянулись два провода. Он слушал квартиру Туганова. А точнее, тишину, так как объект в это время спал. Как, впрочем, и все его соседи. Можно было и отключить прослушивающую аппаратуру, но Штерн строго-настрого запретил это делать. Тишина действовала на нервы того, кто сидел в салоне, и он проклинал ночь, мечтая лишь об одном — быстрее бы наступило утро и прибыл сменщик.

Впереди «Ниссана» стояла белая «Нива». В ней также находилось двое молодых человек, следивших за домом бывшего губернатора. У них была задача, в случае внезапного отъезда Туганова, проследить его маршрут, немедленно доложив об этом Шорину. Время перевалило за полночь. Все вокруг было тихо, и наблюдатели чувствовали себя спокойно. И казалось, ничего этой ночью уже не может измениться. То, что мимо машин прошла накрашенная девица, а за ней, уговаривая простить его, проследовал пьяный мужик, не привлекло внимания наблюдателей, так как ничего особенного в данной ситуации не было. Поссорились алкаши между собой. Придут на хату, выжрут еще водки или самогону, помирятся.

В два часа пятнадцать минут во двор, переливаясь огнями сигнальных мачт, влетели две патрульные милицейские машины. Они остановились между «Ниссаном» и «Нивой».

Водитель фургона от неожиданности чуть не подавился очередной порцией кофе:

— Черт! Что за ботва? Какого хера мусора как коршуны налетели? Не по нашу ли душу? — Он обернулся к связисту: — Колян! Отключай шарманку и кидай ее в багажник к инструменту!

Остолбенели на своих сиденьях и пассажиры «Нивы». Они также не ожидали столь внезапного появления в тихом дворе усиленного патруля милиции и смотрели на «УАЗы» непонимающим растерянным взором.

Между тем из внедорожников появились вооруженные автоматами милиционеры, пять человек. Разделившись, они сразу двинулись к «Ниссану» и «Ниве», в кабинах которых были видны люди. В фургоне человек, слушавший квартиру Туганова, быстро отключил аппаратуру и спрятал чемодан между инструментальной сумкой и запасным колесом. Подошел старший патруля. Представился:

— Майор Макеев!

И приказал:

— Всем из машины, быстро!

Водитель заикнулся:

— Но на каких основаниях?

Майор рванул дверку так, что едва не выбросил водителя на асфальт:

— На улицу, сказал! Всем, кто в фургоне, быстро!

Людям Шорина пришлось подчиниться. Милиционеры поставили их к фургону сбоку, приказав:

— Грабли вверх, мослы на ширину плеч!

Водитель «Ниссана» посмотрел в сторону «Нивы».

Там также наблюдателей вывели из салона и поставили к машине так, что они оказались спиной к дому бывшего губернатора. Поэтому никто не видел, как в подъезд Туганова вошел человек в штатском костюме. Это был генерал Костин. Он быстро поднялся к нужной квартире, позвонил в дверь. В ответ — молчание. Начальник УВД вновь нажал кнопку и не отпускал ее, пока из коридора не донесся голос бывшего губернатора:

— Господи! Да что это такое? Кто это безобразничает? Я сейчас милицию вызову!

Костин, отпустив звонок, произнес:

— Милиция уже здесь, Николай Валерьевич!

Туганов удивился:

— Вы, Юрий Степанович? Но… в это время?

— Откройте, пожалуйста, Николай Валерьевич. Нам надо очень серьезно поговорить. И на разговор мы имеем не больше десяти минут.

— Да, да, конечно, но я совершенно не понимаю…

Дверь открылась, и генерал вошел в прихожую.

Милиционеры в это время осмотрели машины наблюдателей Штерна, а также прилегающие к стоянке кусты. Лейтенант, руководивший поисками, доложил майору:

— Командир! Нет нигде никакой девушки.

— Нет, говоришь? А ну-ка, допроси тех с «Нивы», я займусь этими с фургона, да отправь пару человек осмотреть подъезды.

— Понял! Выполняю!

Отправив подчиненного, Макеев обратился к водителю «Ниссана»:

— Толпу молодняка, избивавшую или насиловавшую молодую девушку, во дворе видел?

— Нет! Никого здесь не было.

— Не было, говоришь? А что было?

— Да ничего не было.

Майор потер подбородок:

— Не было? Черт! Неужели опять «дезу» сбросили?

— О чем вы, майор?

— Тебе какое дело? Слушай, а чего это вы с корешком, да те в «Ниве», здесь делаете, а?

Водитель кивнул на подельника, продолжавшего стоять, опершись о фургон руками и широко расставив ноги:

— У него спроси. Он все объяснит.

— Да?

Майор сделал шаг вправо, ткнул стволом автомата в спину Коляна, как того назвал ранее водитель:

— Эй, дружок! А ну-ка, повернись к лесу задом, ко мне передом.