Крыло. Книга 5 - Вадим Александрович Оришин

Парламент пришёл к выводу, что Великие Города должны быть разрушены. Не уничтожены, нет. Нужно спуститься во все подвалы и отыскать всех оставшихся ткачей, а вместе с ними и последних богов. Одного за другим, чтобы никто другой не прошёл по моему пути. Займусь этим после родов. В этом спешить нет смысла. Потребуются годы, чтобы кто-нибудь дошёл до идеи проверить, а нельзя ли найти что-нибудь интересное на дне Нижнего Города. Конечно, храмовники могут кому-нибудь подсказать, но я желаю им всем удачи. Убьются, мне меньше работы.

А как закончу с этим, приступлю к созданию нормальной разведки. Мне она в любом случае нужна, необходимо держать руку на пульсе. Ткач говорил о каких-то возможных проблемах. И если с демонами всё ясно, ложная тревога, проблема решилась сама собой, но с Мглой и неизвестной угрозой непонятно.

Рост Мглы всё же удалось притормозить. Ставят обелиски, накладывают магию, зачаровывают, укрепляют, наращивают. Как её убрать — ответа нет. Тех не очень умных людей, кто эту гадость каким-то образом создал, давно нет в живых. И непонятно, где искать их тела, а то некроманты бы помогли, подняли и допросили. Приходится думать самим. Пока ничего не придумали.

А ещё я помню, что коготь лежит у Химуро. Не просто так лежит, а как провокация. Чтобы нехорошие люди, уже внутри республики, попробовали повторить мой путь. Или скопировать артефакт. Или ещё что-нибудь. Мне всё равно, но я парня отслеживаю, не теряя из виду ни на секунду. Потому что сам планирую попробовать. Взять и сделать второго защитника Республики, но уже из Химуро. Почему бы нет? Конкуренции я не боюсь, никогда не боялся. Власть? Нет, этому пороку он способен противостоять. Он добровольно отдал коготь, воли у парня хватит. Зато будет отдуваться за меня.

Вскоре Оли проснулась. Мы некоторое время говорили. Моя волчица была счастлива, несмотря на слабость и необходимость подолгу спать. Говорить долго не получалось, но я успел рассказать, как готовлю наш дом для неё и нашего сына. Для нашей семьи. Она слушала и улыбалась, как улыбалась только мне. Однако утомилась и снова начала засыпать. Поцеловав волчицу и пожелав спокойного сна, я ушёл.

Забрав некоторые вещи и обед, иду в наш дом, который именно наш. Внешне он уже готов, но я занимаюсь внутренней отделкой. Делаю всё своими руками, потому что могу. Здесь мои способности тоже работают, так что я не ошибаюсь, всегда всё выполняя с первого раза. Кухня и прихожая полностью готовы. Ванная комната в процессе, для спален жду материалы. С кабинетом ещё не уверен, но работы с бумагами будет много. А ещё гостевые покои, мастерская, столовая, комнаты слуг. Работы много, но я опережаю график.

Появление неожиданного и одновременно ожидаемого гостя не застало меня врасплох. Наоборот, вызвало внутреннее чувство удовлетворения. Я правильно просчитал ткача из Эстера. Он сам пришёл ко мне. Время замедлилось.

— Хороший дом, — произнёс синий осматриваясь. — Маленький, правда. Тебе подобает иметь дворец, как минимум.

На меня замедление не действовало, но работать мешало.

— Сложно было добраться сюда из Эстера?

— Сложно, — признал ткач. — Но как видишь, не невозможно. Я ожидал, что ты сам ко мне придёшь.

Киваю.

— Было такое желание, — признал я, откладывая инструмент.

Вытер руки, присел на край стола.

— Но месть — это для смертных. Особенно если она лишена всякого смысла, — закончил мысль.

Синий прошёлся по большой комнате, пока служащей мастерской, потому что здесь было просторнее. В будущем это будет гостевой зал.

— Не думал, что всё будет... Так, — Ткач обвёл рукой комнату. — Когда ты стал истинным магом, я посчитал, что ты обязательно придёшь. Последний бой, кульминация, много красивых слов. Я бы рассказал тебе свой зловещий план. Я готовился, понимаешь? Репетировал. Нельзя так разочаровывать!

Я несколько секунд смотрел на ткача, после чего спросил:

— Ты странник?

Синий рассмеялся.

— Догадался. Я уже думал, придётся прямым текстом говорить.

Это несколько меняло ситуацию.

— Почему молчал?

Это меня действительно волновало. Насколько я понимал сущность странников, кооперация казалась наиболее логичной.

— Тот, кто тебя инициировал, ничего не рассказывал? — ответил вопросом на вопрос синий.

— О чём? — уточнил я.

— О том, что происходит, когда подобные нам сталкиваются? Чаще всего это заканчивается большими разрушениями, реками крови и горами трупов.

Несколько долгих секунд я на него смотрел, после чего сделал второе предположение:

— И ты не человек.

Я имел шансы родиться заново любым разумным существом, но родился именно человеком. Такое возможно либо в случае, если подавляющее большинство разумных — люди. Либо если странники перерождаются в себе подобных.

— Это очевидно, — кивнул мой собеседник.

— А в других жизнях?

Он вновь кивнул, подтверждая мою теорию. И это вновь вносило некоторые коррективы в моё понимание ситуации.

— Вижу, ты не слишком опытен, — продолжил ткач. — Первое перерождение?

В этот раз кивнул я.

— Ясно, — его голос несколько изменился, став снисходительным. — Что же, всё просто. Существует множество миров, где живут люди. Есть миры, в которых помимо людей живут другие разумные виды. Например, мы. И есть множество миров, где живём только мы.

— Миры, где нет и не было магии, например? — предполагаю.

Он кивает.

— Конечно! Бесконечность различных вариантов!

В той жизни мне было сложно подобное осознать. Сейчас я представлял это без труда.

— Ясно. Но давай вернёмся к нашему дню. Я был в разломе.

Ткач рассмеялся.

— Я так и понял. Угрозы демонов нет, это правда. Если собрать их в одном месте, то силы хватит, чтобы стереть небольшое государство, может быть, два. Но не более того. Я два века удивлялся своим собратьям, не понимающим очевидного. Никто из нас, выживших, так этого и не понял. Сидят в своих подвалах, замшелые идиоты.

— Но ты знал, — констатирую. — И о противостоянии странников рассказал не просто так.

Ткач сложил ладони в замок.

— Всё верно. Более того, я не так просто акцентировал на нём внимание. Если ты думаешь, что мы с тобой разойдёмся миром, потому что ты теперь истинный маг, то передумай. Мы с тобой враги и этого не изменить. Никак. Между нами куда большая разница, чем ты можешь понять сейчас. Мой народ живёт иначе, не так, как твой. То, что я показывал тебе, правда. Пустые города,