Жизнь взаймы - Виталий Гладкий

– Александр Игнатьевич, это к вам, – доложил Гривцов. – С утра слоняется, никак не можем прогнать. Говорит, что очень нужно вас видеть и что вы договаривались о встрече.

– Чимша Афанасий Михеевич, – с заискивающим видом представился человечек. – Вы не помните меня, Александр Игнатьевич?

– Нет, – коротко ответил Паленый.

Он вдруг почувствовал, что этот мужичишко чем-то ему неприятен. С виду хлипок и простоват, но глаза у него были чересчур умными и пристальными для такого типажа.

– Я частный детектив, – шепнул Чимша, приблизившись к Паленому почти вплотную. – Выполнял ваше задание…

Частный детектив! Здравствуйте дети, я ваша бабушка. В груди Паленого что-то оборвалось. Уж не тот ли это детектив, которого Анна Григорьевна нанимала? Неужто раскопал какие-то сведения о прошлом некоего бомжа со свалки под названием Мотодром и пришел его шантажировать?

Похоже, мрачные предположения начинают сбываться…

– Пойдемте со мной, – коротко бросил Паленый.

Паленый повел детектива на кухню. Ему вдруг сильно захотелось выпить. "Нервишки шалят… – думал он, доставая из холодильника запотевшую бутылку водки. – Если так пойдет и дальше, проведу остаток дней в психушке. Этот Князев был еще тот фрукт. А мне теперь отдуваться за него приходится…"

– Как насчет?.. – Он показал бутылку детективу.

– С удовольствием! – просиял Чимша. – Как-то так получилось, что я еще и не обедал…

"Хм! Ну и тип… Дай, тетка, воды напиться, а то так есть хочется, что переночевать негде и не с кем. Похоже, бывший мент. Глаза как тормоза, а руки хоть связывай…"

Паленый быстро собрал немудреную закуску, сознательно оттягивая момент, когда Чимша начнет свою "партию". Он почему-то уверовал в то, что детектив пришел к нему с дурными намерениями. Но на всякий случай задобрить его обедом и выпивкой не мешало.

Выпили, закусили. Чимша клевал быстро-быстро – как воробей. Его тарелка опустела в один миг.

– Ну, что там у вас? – бесцеремонно спросил Паленый, которого присутствие Чимши тяготило.

– Вы и впрямь меня не помните, Александр Игнатьевич? – вкрадчивым тоном поинтересовался детектив.

– Не помню. У меня амнезия.

– Да-да, я слышал… Сочувствую.

– Ближе к делу. – Паленый демонстративно посмотрел на свои наручные часы.

– Перед вашим исчезновением – где-то за неделю – я получил от вас задание. И аванс… в сумме трех тысяч долларов.

– За что?

– Вы хотели побольше разузнать о своих родителях…

На душе Паленого немного отлегло. Князев всего лишь хотел получить какие-то сведения о своих предках! Это были его проблемы. Которые ни в коей мере не затрагивали нынешней ситуации и тем более – Паленого.

Что касается самого детектива, то Чимша, скорее всего, не работал на Анну Григорьевну, чего сильно опасался Паленый.

– Возможно, – сухо ответил Паленый. – Что дальше?

– Работу я выполнил. Материалы собрал (все, что смог), пришел с отчетом.

– Что-то слишком уж долго вы собирали эти материалы, – покривился Паленый.

– Да, работенка… хех-хех… была еще та. Почти два месяца по Расее-матушке круги нарезал. А сколько писем разослал… В отчете все сказано. И билеты приложены, и гостиничные квитанции, и прочие расходы. Едва уложился в три тысячи.

– Понятно. Вы хотите получить деньги за работу.

– Ну, это же естественно…

– У нас был с вами официальный договор?

Чимша смешался и сильно покраснел.

– Нет, – ответил он грустно. – Мы договаривались на джентльменских началах. Налоги разные и все такое прочее… Ну, вы меня понимаете. Это, кстати, ваше предложение.

– Сколько с меня?

– Вы обещали по окончании расследования заплатить мне пять штук "зеленью", – прямо ответил Чимша.

При этом его голос напряженно подрагивал.

– Если, конечно, будете удовлетворены моей работой, – добавил он честно, хотя эта фраза и далась ему с трудом.

"Переживает, что кину его, – понял состояние детектива Паленый. – А следовало бы. Мне Князев не сват, и не брат. Он всего лишь муж своей жены, чужой мне женщины, при которой я состою в качестве неизвестно кого. С другой стороны, пять тысяч баксов – большие деньги. К тому же не факт, что Князев обещал детективу именно такую сумму. Возможно, этот хмырек хочет воспользоваться амнезией заказчика, чтобы содрать с него побольше. И вообще – на хрена мне нужны подробности семейной жизни посторонних людей!?"

– Результат положителен? – спросил Паленый.

– Да… к сожалению…

К сожалению? Это что-то новое. Ну-ка, ну-ка…

– Я должен посмотреть, – сказал Паленый.

Чимша достал из тощего портфельчика папку и положил ее на стол перед Паленым. В этот момент он стал еще более жалок, смотрел на Паленого, как побитый пес.

– Там же и отчет о расходах, – сказал Чимша заискивающе.

Поиздержался мужик, понял Паленый, наконец присмотревшись к одежде детектива. Она явно была с другой эпохи – социалистической. От нее за милю несло нафталином.

"Интересно, сколько ему лет? Никак не меньше пятидесяти. Мент на пенсии. Не пристроенные на "теплые" места дети, возможно, и вообще безработные, внуки, требующие от деда подарки по случаю и без, сварливая жена, постоянно сетующая на его неумение приспособиться к новым реалиям жизни, краны в квартире протекают, унитаз вот-вот развалится, в борще вместо мяса суповой набор – одни кости и жилы… Мрак!".

"Да, эти пять тысяч баксов нужны Чимше как воздух, – думал Паленый, проникаясь жалостью к тщедушному человечку. – Представляю, что у него сейчас в душе творится…"

Открыв папку, Паленый начал перебирать скрепленные скоросшивателем листки, время от времени зрительно выхватывая приглянувшиеся ему абзацы и проглатывая их в один миг. Паленому хватило всего несколько минут, чтобы понять – в руках у него настоящий клад.

Правда, он был ценен лишь для Князева, но Паленый надеялся поискать в отчете детектива и ответы на некоторые злободневные вопросы. А еще ему здорово понравился стиль изложения материалов – грамотный, четкий, без лишних деталей и неясностей.

– Подождите меня здесь, – сказал Паленый и вышел из кухни.

Ему очень не хотелось потрошить свою заначку, однако дело стоило того. А еще ему стало жалко детектива, который в этот момент дрожал, как заяц, – что если заказчик пошел звать охрану, чтобы она выкинула непрошеного гостя за ворота?

Паленый вдруг вспомнил, как с ним обошелся приснопамятный Альберт Борисович – богатей, жирная скотина, сукин сын, которого он спас от верной смерти. И решение рассчитаться с детективом за Князева по совести в корне задавило желание немного сэкономить на этом деле, уплатив детективу лишь половину обещанных денег.