Капитаны судьбы - Игорь Леонидович Гринчевский

На этот раз доклад делал сам Тищенко. Он старался быть кратким и лаконичным.

— Новое сражение началось с того, что Того, исполняя приказ разобраться с русским Флотом, вышел всем своим флотом к Порт-Артуру и начал курсировать невдалеке. Однако адмирал Макаров приказал не обращать внимание и безразлично пояснил: «Пущай уголь жгут, супостаты!» Когда Того был вынужден уйти на Эллиоты, где у него базировались угольщики для дозаправки кораблей, Макаров вывел в море корабли. Таким образом, перед адмиралом Того встала неприятная необходимость идти назад. Причём с ограничением в скорости, потому что на полные хода у него просто не хватило бы топлива. Торпедным катерам была отдана команда «идти в Дальний и ждать!»

Олег Викторович отпил немного воды и продолжил, показывая места на карте.

— Вечером 8 июля эскадры броненосцев начали сражение примерно в пятнадцати морских милях от Порт-Артура. Сражение продолжалось до полной темноты, потом эскадры начали расходиться. Уходя в Порт-Артур, адмирал Макаров отдал торпедным катерам приказ на атаку. А адмирал Того снова двинулся к Эллиотам за углём. Часть кораблей получили попадания, к тому же японцы были вынуждены экономить уголь, поэтому к островам они подошли, когда начало светать. Торпедные же катера, пользуясь своей высокой скоростью, обогнали японские броненосцы и встретили их у Эллиотов.

Слушатели зашевелились. Экипажи торпедных катеров были признанными героями этой войны для всей России. Впрочем, в самом Беломорске дела Семецкого и его людей уважали даже больше. Олег Викторович отпил ещё немного воды и продолжил.

— Первыми в бухту, где была запланирована перебункеровка угля, вползли самые повреждённые из японских кораблей. И тут их атаковали наши торпедные катера, после чего ушли вдоль берега. О потерях катерников пока не сообщается. Японцы потеряли два боевых корабля и один пароход с углём. По сообщениям для прессы, один из них затонул неглубоко, предположительно его можно поднять, второй же затонул на большой глубине.

Кто-то было заорал «ура!», но на него зашикали. Видно было, что Тищенко собирается продолжить.

— Японцы продолжили перебункеровку угля и попытались вернуть в строй корабль, выбросившийся на мель. Однако русская эскадра с утра развела пары и с рассветом вышла к Эллиотам. Из-за повреждений, полученных накануне, добирались они около шести часов. Ввиду перевеса русских, адмирал Того был вынужден бросить затонувшие корабли. Он обменялся с эскадрой Макарова несколькими залпами и ушёл в Сасебо, пользуясь превосходством в эскадренной скорости.

Тут уже несколько человек заорали «Ура!» и «Виват!», чуть погодя к ним присоединилось большинство присутствующих. Дав откричаться, докладчик продолжил всё в том же лаконичном стиле.

— Вернувшись в Сасебо, японцы встали на ремонт. Нашим кораблям удалось все же подлатать японский корабль, откачать воду, снять его с мели и отбуксировать его в Порт-Артур. Пришлось именно буксировать, так как котлы и механизмы были выведены японцами из строя. В целом, поставить этот броненосец под русский флаг удастся нескоро. Тем не менее, у русского Флота появился первый трофей этой войны.

Пришлось пережидать новые крики восторга среди слушателей.

— После этого японцы начали отводить войска от Циньчжоусских позиций к Бицзыво. 17 июля Макаров снова вышел в море всем флотом и пошёл к Бицзыво, где громил артиллерийским огнём береговую инфраструктуру японцев, склады и прочее. Так что японцы, отведённые от Циньчжоусских позиций, добравшись до Бицзыво, поняли, что эвакуации морем не будет, нормального снабжения — тоже. После чего они начали медленно, все больше теряя облик армейского подразделения, грабя крестьян и перебиваясь реквизированной провизией, двигаться в сторону Ляояна. Интересно, чего они ожидают? Там ничуть не слаще, снабжение-то прекратилось!

В зале раздались смешки.

— Между тем Макаров от Бицзыво двинулся к устью Ялу. Флот и там тоже разгромил всё, до чего смог дотянуться. Противник даже начал вести огонь по кораблям из полевых орудий. А 19 июля Флот подошел к Чемульпо и блокировал его, требуя от боевых кораблей японцев покинуть нейтральный порт. Напоминаю, что официальная позиция России по данному вопросу заключается в том, что указ Императора Коджона о разрыве отношений с нами издан под давлением и силы не имеет.

В зале снова зашумели, комментируя этот момент. Многие из слушателей по молодости лет считали что не к лицу Императору уступать даже самому сильному нажиму, и лучше быть свергнутым с престола, а то и убитым, чем совершать поступки, о которых сожалеешь.

— Причём первыми к Чемульпо подошли крейсера Порт-Артурской эскадры. Японцы, думая, что там только крейсера, направили к Чемульпо Камимуру. И в это время, согласованно, из Владивостока вышли крейсера Владивостокской эскадры, и пошли к Фусану начав там резню ровно в тот момент, когда Камимура ушёл за пределы уверенного приёма радиосигнала. Было потоплено несколько транспортов и один «авизо».

Снова одобрительные выкрики в зале.

— Камимура, обнаружив броненосцы Макарова, повернул назад в Японию. Однако адмирал Макаров двинулся за ним следом. Навстречу вышел адмирал Того с целью не допустить объединения Порт-Артурской и эскадры с Владивостокской. У острова Квель-Парт Того соединился с Камимурой.

Тут Тищенко показал острова на карте.

— Ввиду позднего времени битва у остров Квель-Парт началась 20 июля. Бой был тяжёлым. Наш Флот потерял три броненосца, а японцы — два. Точнее, в самом сражении счет был равным, просто потом один наш не смог из-за полученных повреждений дойти до Порт-Артура. Сражение прекратилось из-за подхода Владивостокской эскадры крейсеров, которые потом были вынуждены сопровождать наших до Порт-Артура! — тут слушатели загомонили.

Но Олег Викторович возвысив голос, продолжил:

— К тому же, будто этого было мало, на входе в гавань крейсер «Паллада» наскочил на японскую мину. Вот такие дела, братцы-сестрицы!

'…После доклада адмирала Макарова о состоянии кораблей «в верхах» был сделан вывод, что «исчерпаны все силы, следующий выход в море будет выходом на смерть». В результате был отдан приказ «выбрав подходящий момент, перевести корабли во Владивосток».

Дальше он совершил блестящий отвлекающий манёвр. Крейсера загрузились углём и вышли к Даньдуну, а затем к Чемульпо. 15 августа Камимура получил приказ «деблокировать Чемульпо». Однако