Я хотел, чтобы меня убили - Борис Бабкин

– Не меньше пятнадцати. Это как минимум.

– Нагулял десантник, – проворчал генерал. – Ну а если кровь прольет, на поражение бить. Подставляться ни в коем случае нельзя. Стреляет Вулич отлично.

* * *

– Заронов застрелился, – сообщил оперативник. – Милку убили. Она, видно, решила из России смыться. У нее счет в парижском банке на весьма приличную сумму. Олесю Мунтяну взяли. Она еще в машине говорить начала и много чего рассказала. Директор был связан с питерскими, а они ярославского…

– Это уже не наше дело, – остановил его майор милиции. – Сейчас Вулича надо брать. Собственно, – он понизил голос и, обернувшись, посмотрел на дверь, – они и подарили нам этого гада Луганова.

– И не только его, – добавил капитан.

Московская область

– Здравствуйте, – сказал Вулич половшим огород пожилым мужчине и женщине.

– Добрый день, мил человек, – приставив ладонь ко лбу, посмотрел на него старик. – Пойдем-ка со мной, парень! – Положив мотыгу и что-то шепнув женщине, он неторопливо направился к дому. Вулич двинулся следом. – Уж больно смело ты к людям подходишь, – проворчал старик. – А тут менты вокруг словно с цепи сорвались, тебя ищут, морду твою на фотке светили.

– А почему ты мне вдруг помочь решил? – Борис остановился.

– Да я, паря, на нарах без шести месяцев двенадцать оттянул. И оба раза за этих самых защитников, мать их. А ты…

– Где я есть-то? – спросил Борис.

– А есть ты недалече от Шыряйки, Ярославская область, значится. А там, – он указал на лес, – через двенадцать километров Московская область начнется. Тебе куда надо-то?

Борис усмехнулся.

– Понятное дело, – засмеялся старик. – Мой тебе совет – не подходи к людям. Сейчас не советское время и люди не особо с ментами разговаривают. А помогать им и вообще мало кто помогает, но все ж есть такие. Да и разговоры о тебе разные ходят. Мол, какую-то бабу вы изуродовали, а она вас вроде как…

– Так получилось, – вздохнул Борис. – Куда мне лучше двигать-то?

– А куда тебе, паря, надо? Лично мне то, что ты ментов за усы водишь, очень даже нравится. Да и обида у меня на них все ж имеется. Делом не помогу, года не те, но советом запросто. И пожрать тебе что-нибудь надо. Зинка, собери мужику в дорогу харч.

– Да что ж я ему соберу-то? – подходя к дому, сердито спросила женщина. – Сами только картошку и лопаем.

– Вот картошки и дай в мундире. Ну и огурчиков положи, соли и яичек свари вкрутую. Хлебца малехо, и все.

– Мне идти надо, – сказал Вулич. – А варить…

– Так я варила картошку свиньям. Какая разница, тоже в мундире, да и кастрюля чистая.

– Спасибо вам. – Вулич вытащил деньги, пересчитал. – Мне хватит добраться до места, а там уже не нужны будут. Это вам, – протянул он несколько купюр. – И ничего говорить не надо. Мне они не нужны. А вам пригодятся. Купите бутылку и за упокой души Бориса выпейте. Только чокнувшись, как за живого, – попросил он.

– А ты никак в натуре умирать собрался. – Старик внимательно посмотрел ему в глаза. – Обещаю выпить за живого. Ты жить будешь. И не противься этому. Человек, если он действительно человек, обязан жить. Уж больно много сейчас развелось подобия людей. Выпьем за тебя обязательно, – взяв деньги, пообещал он.

Воронеж

– Вы думаете, он доберется? – спросил полковник милиции.

– А вы? – усмехнулся Солнцев. – Он бежал для того, чтоб его убили. Поэтому он и бросил в сторону вышки самодельное взрывное устройство. Он бежал не для того, чтобы просто уйти из лагеря. Потом помогал подельнику сводить счеты. Тот убит, и сейчас Вулич появится в Воронеже, чтобы его убили те, с кем он воевал. Или видели, как он будет убит. Это действительно так. Учитывая подготовку Вулича, есть приказ стрелять на поражение. Сейчас он очень опасен. Если бы это происходило через день-два после побега, он просто подставлялся бы под пули. Сейчас скорее всего он сделает что-то такое, что не оставит выбора, и его придется убить. О нем известно все, о его подельнике тоже, и он сам для следствия не нужен. Конечно, если будет возможность, надо брать. Но при малейшей угрозе…

– Понятно, – кивнул полковник.

– Из Московской области он ушел, – уверенно проговорил Федин. – И сейчас наверняка пытается пробраться в Белоруссию, а потом в Литву.

– Он в Воронеже появится, – возразил Горюнов, – да и москвичи приехали. Все в этом уверены. Он тебе и подставится.

– Даже если и не подставится, все равно пристрелю, – усмехнулся Федин. – Я знаешь, сколько таких умельцев…

– Он тебя, сволочь, раненого тащил! – заорал стоявший у двери Иванов и выскочил из кабинета.

– А ты будешь стрелять? – спросил у Юрия Федин.

– Не знаю. По обстоятельствам.

– Вот такие, как ты и Иванов, и дадут ему уйти, – процедил Федин.

– Я тоже не смогу просто так выстрелить, – признался молодой снайпер в камуфляже. – Я не воевал с ним, но встречался в Грозном на Минутке. Кто там был, знает, что это такое. А вот смогу ли убить, не знаю…

– Он опасный преступник, – сказал ему рослый мужчина в камуфляже. – Они зарезали милиционера и чуть было не убили часового. Я не понимаю, почему мы тут рассуждаем. Те, кто воевал, сейчас убивают и грабят. Их тем более надо стрелять, потому что они умеют воевать, государство научило.

– Воевать по-настоящему на войне учатся, – усмехнулся седой худощавый майор. – И не многие из них сейчас преступники. Есть, конечно. Но не просто так любой из них пошел на преступление.

– Жить хорошо захотелось, красиво, с шиком. Вот и начали легкой жизни искать, – усмехнулся рослый.

* * *

– Значит, так, – проговорил помощник прокурора, – их взяли и отправили в Питер. Там произошло три убийства из-за квартир. Вот и квартиру Вулича хотели без крови получить. Луров как-то узнал об этом и хотел заявить, его убили. Руслан сунул сыну адвоката денег, и тот сбил. Но сейчас всех взяли. Права была Нелли и хорошо сделала, что написала заявление. Иначе бы квартиру продали, и никто ничего так и не узнал бы.

– Понятно, – кивнул Бескровный. – Значит, и здесь у Вулича есть с чем разобраться. Точнее, было. И все-таки я уверен, что Вулич приедет в Воронеж. Надо взять под контроль все маршруты общественного транспорта, автовокзал, аэропорт и, кстати, в первую очередь железнодорожный вокзал.

– У нас полно гостиниц, – вмешался помощник прокурора – детских садов и…

– На детский сад Вулич не пойдет, – сказал Бескровный. – Но заложников брать будет. Я в этом уверен.

– Перестаньте, Семен Петрович, – остановил его прокурор, – вы делаете из Вулича благородного разбойника.

– Я уполномочен управлением, – недовольно произнес Бескровный. – И извольте делать то, что сказано. Приказы не обсуждаются. Предупреждаю: если что-то пойдет не так, ответственность полностью ляжет на вас. И я добьюсь рассмотрения вашего…