Демоны римских кварталов - Андрей Дышев

Они попросили у стюардессы бутылку минералки – оба умирали от жажды. За стеклом иллюминатора, покрытым, словно трещинами, сеточкой изморози, стояла непроглядная темнота. Мари пыталась что-нибудь увидеть, прикрывала глаза от бокового света, не дышала, чтобы стекло не запотевало, но так ничего не высмотрела и ограничилась своим мутным отражением.

– Ночь, – сказала она, определяя этим коротким словом не только время суток, но и состояние своей души. Лицо девушки, еще недавно светившееся здоровьем и счастьем, осунулось, стало бесцветным, а воспаленные от слез глаза наполнились неподдельным страданием и беспросветной тоской. Влад, терзая себя упреками, порывисто обнял Мари и прижал ее голову к своей груди.

– Когда же это все кончится? – прошептала она.

Скоро, очень скоро, подумал Влад. В двенадцать часов три минуты грядущего дня, когда солнечное затмение достигнет своего пика. После этой минуты поздно будет что-либо предпринимать. Все уже свершится.

– Да, очень скоро…

Она взяла его ладонь, прижала к своей щеке. И снова этот взгляд, полный любви и сострадания!

– Мари, я хотел тебя спросить… Ты видела… ты обратила внимание на ладони Адриано?

Мари коснулась пальцами его губ.

– Я все видела и все поняла, Влад… Но, пожалуйста, давай не будем сейчас об этом. Мне очень, очень тяжело… Лучше расскажи мне, как мы будем добираться до Судака?

– В Харькове мы сядем на ночной поезд, идущий в Крым. В Симферополе возьмем такси.

– Мы успеем?

Он не ответил, и Мари не стала переспрашивать.

– Ты знаешь, – произнесла она, тревожно глядя на плечо Влада, – твоя рана снова кровоточит…

– Мари, ты смотришь не на то плечо. Я был ранен в левое.

– Влад, но у тебя здесь проступила кровь!

– Да нет же, этого быть не может… Наверное, это кровь несчастного Адриано.

Мари поверила, ее тревога улеглась. Влад закрыл глаза и откинул голову на спинку кресла, стараясь отвлечься и не замечать странной жгучей боли, разливающейся по его спине – казалось, будто по ней били плетью.

– В гостинице не было Интернета, и я чувствовала себя там, словно в тюремной камере. Позвонила подруге, но та смогла найти лишь несколько строчек из энциклопедии… Вот, послушай… – Мари развернула рекламный буклет, посвященный сезонной распродаже зимней обуви. На полях неровным мелким почерком было записано несколько предложений. – Христофоро ди Негро – последний консул Солдайи, погиб в 1475 году при осаде турками крепости. Был известен своей принципиальностью и неукоснительным соблюдением закона. Занимал жесткую позицию в отношении преступников и требовал сурового наказания для братьев Гуаско, которые держали в страхе местных крестьян, душили их незаконными налогами и самовольно вершили над ними суд. Но на защиту братьев встал подкупленный ими консул Каффы Кабелла… Вот, собственно, и все.

Мари спрятала буклет в сумочку.

– Это далеко не все, – ответил Влад. – Христофоро – самый загадочный консул генуэзских колоний. По закону консулов меняли ежегодно. Христофоро же командовал крепостью четыре года подряд. Историки объясняют это тем, что султан Магомет II закрыл Дарданеллы для генуэзских судов, и в Крым из Италии попросту невозможно было отправить замену. Но у меня на этот счет особое мнение.

– Христофоро не хотел возвращаться на родину?