Экипаж. Предельный угол атаки - Андрей Орлов

– Прибавить обороты, Серега. Шасси на взлетный режим. Сейчас Адель приведет толпу, мы должны успеть.

– Есть, командир.

Пневмоподвеска медленно поднимала грузный корпус транспортного самолета.

Худой охранник каким-то дальним участком мозга почувствовал неладное, повернул голову, вперился в Глотова и Вакуленко, которые делали вид, будто проверяют проводку.

– Угадывайте, господа, все остальное – ерунда! – Витька бросил карты, смахнул с носа жирную каплю пота.

Чернобородый талиб пихнул локтем жилистого напарника. Тот вернулся к игре, ткнул в одну из карт и не угадал. Надо же, какой конфуз! Охранники наперебой загалдели, а Витька засмеялся и отобрал у паренька кроссовки, проигранные ранее. Тому такой поворот событий решительно не понравился.

Он чуть не с кулаками бросился на жилистого напарника, но Витька со смехом встрял между ними и заявил:

– Господа, продолжаем игру! Что вы как дети? Не повезло сегодня – повезет завтра! – Он вновь раскладывал карты, сдувая с носа и ресниц предательский пот.

Пол под игроками мелко завибрировал. Жилистый тип вновь почувствовал подвох и посмотрел Глотову в глаза. Видимо, в голове у него что-то щелкнуло.

– Второй мотор работает, – глухо сообщил Серега.

– Включить третий. Машину на взлетную полосу.

– Есть машину на взлетную. – Руки плохо слушались Серегу, но он старался так, как никогда в жизни.

Самолет дрогнул и пополз по рулежке в сторону взлетной полосы. Охранники в салоне обеспокоенно завертели головами. Паренек испуганно уставился на пол, дрожащий под ногами. Второй талиб что-то спросил у третьего. Тот пожал плечами, и оба вопрошающе уставились на Витьку, вернее сказать, на маслянистую каплю пота, зависшую на кончике его носа. Она росла, бухла в полном соответствии с законом поверхностного натяжения.

– Все нормально, господа! – объявил Витька. – Все в порядке, так и должно быть! Смотрим внимательно сюда! – Он ловко тасовал карты.

Но в головы охранников уже вкрадывалась жуткая мысль. Возможно, их просто дурят? Бородач поднялся, глянул в открытый люк, увидел, как проползала мимо самолета чахлая зелень, и нахмурился. Под тюрбаном закипел упорный мыслительный процесс.

Встали двое других. Паренек растерянно вертел головой, жилистый талиб наступил на карты, едва не отдавив ладонь Витьке.

Тот отдернул руку, вскрикнул и спросил:

– Эй, господа, вы куда? А как же отыграться?

Чернобородый охранник кончил думать и направился к кабине. Дорогу ему заступил Глотов. Губы штурмана коверкала судорожная усмешка.

– Ну, чего вскочил, служивый? Все нормально, сказали же тебе человеческим языком.

Чернобородый талиб снова покосился на люк. Чахлые кустики ускорили движение. Это была явно не галлюцинация. Афганец скинул с плеча автомат, щелкнул до упора предохранителем, выставив автоматический огонь.

– Ну, зачем ты так, друг? – Глотов соорудил из усмешки какую-то конвульсивную улыбку. – Тихо, не надо паниковать, ситуация штатная.

Пока талиб не дослал патрон в патронник, он вдруг проворно отстегнул от автомата магазин и отбросил его в сторону. Афганец сперва не понял, потом опустил глаза на свою железку, ставшую бесполезной, все уразумел, но в физиономию ему уже летел тяжелый кулак!

Жилистый тип соображал слишком долго.

– Вали их, хлопцы, давай! – Вакуленко бросился на него и сбил с ног.

Они покатились по полу. Вакуленко яростно вцепился в автомат, впился зубами охраннику в руку. Тот взвизгнул, разжал пальцы. Образовался клубок из бешено мелькающих конечностей.

Паренек соображал крайне туго. Он схватил автомат, но забыл опустить переводчик огня и передернуть затвор. Юнец закричал от страха, стал давить на спусковой крючок, но автомат не стрелял.

Витька, сидевший перед ним в позе турка, боком нырнул ему под ноги, дернул за лодыжку, выводя из равновесия. Паренек ударился затылком о задраенный иллюминатор, но тут же вскочил. Хоть и дурак, а прозрел, представил, что будет с ним, если шурави убегут! Но автомата под рукой не оказалось. Витька с диким ревом налетел на него, повалил и начал лупцевать, куда только мог достать.

Свалка была страшная. Противники бились смертным боем.

Глотов дважды съездил по физиономии своему противнику, но и тот оказался крепким орешком, достал его прикладом в живот. Глотова согнуло пополам, но ярость уже вырвалась на волю! Они повалились, он схватил врага за горло, стал душить. У того глаза вываливались из орбит. Глотов надавил на них двумя пальцами, стал заталкивать обратно.

Вакуленко уступал. Его враг оказался слишком жилист. Они укатились в глубину салона, где валялись пустые ящики, месили друг дружку, трясли, орали на каких-то непонятных языках.

Витька съездил пареньку локтем по скуле, бросился за автоматом, с торжествующим ревом взметнул приклад, послал его в юное лицо. Но пацан заслонился руками, да и из Витьки боец спецназа был средненький. Удар пришелся по касательной, паренек метнулся, чтобы завладеть автоматом, но Витька отпрыгнул, обхватил затворную раму, занес приклад как дубину и пошел крушить на остатках горючего.

– Четвертый мотор есть, – монотонно пробубнил Серега, вдруг подпрыгнул и выстрелил пальцем в окно. – Командир, слева!

От здания аэропорта наперерез самолету несся грузовой «Урал». Его подбрасывало на ухабах, брезентовый тент болтался из стороны в сторону. На подножке висели двое, размахивали автоматами, грозно орали. За «Уралом» прыгал по кочкам легковой «УАЗ», ощетинившийся стволами. Следом скакали несколько всадников на черных конях, стегали их нагайками.

– Путь перерезают, командир! – Серега задыхался от волнения. – Не вырулим к началу полосы. Поздно уже.

«УАЗ» обогнал инерционный «Урал». Еще мгновение, и он выскочит на полосу. Гавкнула автоматная очередь. Тут же талибы стали стрелять из всех стволов, пусть и не прицельно.

– Взлетаем с середины, – спокойно возвестил Карпатов.

Серега изумленно уставился на него. Откуда, скажите на милость, такое спокойствие?

– Как с середины? – пробормотал он. – Ты что, Иваныч? Мы же скорость не наберем, хряпнемся на минное поле!

– А кто хотел красиво умереть? – Карпатов усмехнулся. – Не трусь, Серега, шучу, должны взлететь. Или мы не русские пилоты? Согреемся! – воскликнул он. – Все движки на полную!

Первый пилот заложил руль. Самолет угрожающе накренился, чуть не зацепил крылом бетонку. Машины приближались, талибы строчили из автоматов, не щадя ни патронов, ни ушей.

В салоне от резкого крена посыпались пустые ящики. Вакуленко откатился от своего соперника, и того накрыло с головой! Победно визжа, хохол собрал последние силы и грянул всей массой сверху. Дерево под ним трещало, ломалось. Он разбросал ящики, схватил за ногу основательно помятого талиба, резко выкрутил ее. Охранник перевернулся и шмякнулся носом в пол.