Волчьи гонки - Николай Геронин

— И как я к нему подползу?

— Я захвачу тебя с собой через три дня на прием, который устраивают местные деловые круги в отеле «Шангрила» для дипломатического корпуса. Там и вступишь в контакт с ним.

— Просто так к нему на козе не подъедешь!

— Сделай упор на Японию!

— Каким образом?

— Во-первых, заговори с ним по-японски. Потом можешь перейти на английский, чтобы тебе было проще с ним общаться. Во-вторых, сообщи, что ранее работала в Токио. Ностальгия по Японии заставит его тепло отнестись к тебе.

— Но ведь Усиба — дипломат, белая кость. А я всего лишь сотрудница представительства авиакомпании, даже не работник посольства.

— Как раз в кассу, что ты не работаешь в посольстве. Для иностранцев советское посольство — это всегда шпионское гнездо. А так — просто авиакомпания.

На приеме Веригин указал Лоськовой на Усибу. Далее Татьяне предстояло выйти в самостоятельное свободное плаванье.

Этому японцу было под пятьдесят лет. Непременно в очках. Типичную для японцев его возраста и положения картину дополнял темно-синий костюм из легкой ткани, белая сорочка с галстуком.

Лоськова подобрала момент, когда Усиба оказался один после очередной беседы с кем-то из гостей, и подошла к японскому дипломату.

— Комбамва! О гэнки дэс-ка?^[17] — широко улыбнувшись, промолвила Лоськова.

— Комбамва! Комбамва! — радостно отозвался японец.

— Кё тотэмо ацуи дэс,^[18] — продолжила содержательную беседу советская представительница.

— Со дэс! Со дэс!^[19] — отозвался японец.

После небольшой паузы он продолжил, льстиво улыбаясь собеседнице:

— Нихонго-га дзёдзу дэс!^[20]

— Ие, мада хэта дэс!^[21]

Лоськова протянула собеседнику визитку. Усиба с поклоном принял двумя руками карточку. Также двумя руками он протянул свою визитку, отвесив поклон.

На визитке японца значилось:

Посольство Японии в Федерации Малайзия

НАОРУ УСИБА

Полномочный министр, Советник-посланник

Перейдя на английский язык, Лоськова сообщила японскому дипломату, что ранее работала в Токио в представительстве авиакомпании.

— Япония мне очень понравилась! Мечтаю вновь попасть в эту прекрасную, сказочную страну.

— Я очень рад, что Япония произвела на вас самое благоприятное впечатление! — выдал ответную любезность японец.

Через две недели на очередном приеме, куда Лоськова прибыла по указанию Веригина, Татьяна вновь увидела Усибу. Он тоже заметил ее и тут же направился к ней как к старой знакомой, обнажив в сияющей улыбке все свои хорошо пломбированные зубы.

Лоськовой предстояло аккуратно вставлять наводящие вопросы в беседах со словоохотливым японским дипломатом. Усиба был вторым по значимости человеком в посольстве Японии — государства, являющегося главным военно-политическим союзником США в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Знакомство с этим японцем, при умелом общении с ним, предвещало выуживание ценной, эксклюзивной информации.

* * *

Лоськова предложила Веригину в обеденный перерыв пойти перекусить в пиццерии недалеко от посольства.

— Юрий Петрович, вы ведь не против пиццы? — спросила Татьяна и тут же сделала пальцами ладони недвусмысленный жест у рта, обозначающий «поговорить».

— Неплохая идея! — тут же откликнулся Юрий. — Давно не баловал себя пиццей.

Лоськова вытянутой рукой показала, что пойдет первой. Они направились в пиццерию порознь и встретились уже там.

Татьяна заказала себе пиццу с сыром, а Юрий — с ветчиной.

— Ну что, по пиву? — задала традиционный для русских людей вопрос Лоськова.

— Давай ограничимся спрайтом! — ответил Веригин в нетрадиционном для русских стиле.

Юрий сразу же насторожился, когда услышал предложение коллеги выпить пива в обед. Неспроста это! Она явно затевает какой-то важный для нее разговор и хочет «подготовить» собеседника.

Съев половину принесенного официантом круга пиццы, Лоськова действительно перешла к деловой части встречи.

— Как мне дальше развивать отношения с Усибой? Нужно ли форсировать события?

— Что ты подразумеваешь под «форсировать»?

— Чаще встречаться с этим японским дипломатом и выводить его на скользкие темы.

— Это как раз то что нужно! — подхватил Веригин. — Необходимо подвести его к той черте, за которой он уже не сможет «динамить» и окажется в твоих руках.

— Вы имеете в виду, Юрий Петрович, окажется в моих объятиях? — настороженно спросила Лоськова.

— Не обязательно в объятиях, — спокойно ответил Веригин. — Прежде всего следует выудить у него хотя бы полусекретную информацию, чтобы было за что его зацепить поначалу. Второй акт спектакля — вы с ним где-нибудь в гостиничном номере в неглиже. Эта картина должна быть сфотографирована.

— И этого будет достаточно?

— А почему нет? Японский высокопоставленный дипломат находится в интимных отношениях с русской шпионкой и сливает ей секретную информацию. Мы сможем шантажировать его этими двумя предъявами.

— Но я не согласна спать с этим козлом! — с возмущением заявила Лоськова. — Даже в интересах дела.

— А никто и не заставляет тебя вступать с этим японцем в половую связь. Достаточно будет оказаться рядом с ним в нижнем белье. Остальное домыслить очень просто. Я думаю, он поймет, что его руководству хватит фантазии представить все остальное.

Лоськова не стала развивать далее столь тонкую, вернее, щекотливую тему. Молчал и Веригин.

После затянувшейся паузы, когда они вновь погрузились в поглощение пиццы, Лоськова прекратила жевать и стала внимательно вглядываться в лицо Веригина. Как будто оно не было знакомо ей! Что-то Татьяна затевала…

— Юрий, мне нужно с тобой серьезно поговорить! — перешла на «ты» и без отчества Татьяна. — Я давно собиралась поговорить об этом и вот, наконец, решилась.

— Слушаю внимательно.

— Не нужно ерничать! Это для меня очень важно. Можно сказать, решается моя судьба.