Дальше живут драконы 2 - Александр Афанасьев

на них ездила и его охрана и его поверенные лица. Сам Чу действительно был маленьким — 148 сантиметров, он носил специально сшитые по его меркам на Сэвилл-Роу костюмы и постоянно улыбался, его зубы были потрясающе белыми для азиата — в Азии белые зубы редкость, они испорчены или никотином или бетелем. Он предпочитал европейскую кухню и потому питался только у Раффлса — в лучшей сети отелей в регионе. Поговаривали — это и для того чтобы снизить вероятность отравления. Сложнее подмешать яд в кухне дорогого отеля, чем в кухне жертвы. Ведь предают всегда свои.

— Таха! Друг мой!

Еще Чу перенял все дурацкие манеры американцев — начиная от коверканья имен в сторону упрощения, и заканчивая дебильной манерой постоянно улыбаться демонстрируя зубы. У генерала Исии настроение было премерзкое и он поймал себя на мысли, что хочет перерезать этому идиоту горло и посмотреть, как он будет захлебываться собственной кровью.

— Господин Чу…

Подлетел официант

— Как обычно — бросил Чу с небрежной уверенностью завсегдатая что его вкусы тут знают и принесут то что надо — и моему другу тоже самое. Рад тебя видеть, генерал.

Исии подумал, что в современном мире все большее значение приобретают деньги и это прискорбно.

Прискорбно…

Не так давно, генерал узнал о кастах. Касты в Индии — это основа общества, так же как в Японии деление, к примеру, на самураев и ремесленников. Самураи там называются кшатрии, ремесленники и купцы вайшья. Есть еще ученые — брамины и слуги — шудры. Есть так же неприкасаемые. Разделение между кастами намного глубже, чем в Японии, например не допускаются браки между кастами и некоторые занятия для каждой касты.

Генерал имел беседу с индийским мудрецом, и тот сказал ему: править должны брамины. Генерал не был согласен — править должны были воины, кшатрии или, по крайней мере, брамины должны происходить из этой касты. Мудрец возразил, что каждый должен находиться на своем месте и заниматься своим делом и кшатрий не может стать брамином, как и брамин не должен брать на себя дело кшатриев.

Каждому свое

Проблема в том, что вайшья не хотят знать своего места и приобретают все большее и большее влияние. Купцы, торговцы. В хорошо, правильно устроенном государстве — они кормят воинов, но не определяют какие войны им вести — а войны ведутся ради чести. В современной Японии войны ведутся ради доступа к ресурсам, и сам Император попал под зловредное влияние людей, думающих только о деньгах — а честь просто забыта.

И к чему придет государство потерявшее честь?

Япония — это государство воинов или государство торгашей?

Принесли первую перемену блюд. Генерал с неудовольствием заметил что суп который им подали не японский а вьетнамский, с курицей. Это оскорбление.

Но он взялся за суп…

— У вас неприятности? — спросил Чу, жадно поедая суп

— С чего вы взяли?

— С того что ветер разносит секреты. На ваш лагерь было совершено нападение. И русские не только знают, чем вы там занимались — но и намерены наказать вас за это.

— С чего вы взяли? — повторил генерал еще более сухим и неприязненным тоном.

— С того что это так и есть. И перед вашим начальством встает вопрос. Что важнее. Сдать вас и остаться в стороне. Или познать гнев великой державы.

Генерал Исии отодвинул плошку с супом

— Для чего вы мне это говорите?

— Вы знаете, что такое Патагония?

— Что-то слышал

— Полупустая земля. Это Аргентина. Огромная территория, в несколько раз больше самой Японии. На юге там не слишком холодно и можно выращивать скот. Вы любите мясо, генерал?

— Я не понимаю, к чему этот разговор?

— К тому, что ваше начальство сейчас решает, как именно вас убрать. Но вы можете оказать своему начальству услугу и умереть до того, как до вас доберутся убийцы из Секретной полиции. После вашей смерти — я переправлю вас в Патагонию. Или в другую страну Латинской Америки, на выбор. У меня много друзей в самых разных странах. И дам вам миллион долларов на первое время. И документы. Там полно китайцев, за китайца вас и примут, белые люди не делают различий между нами, азиатами. В обмен вы передадите мне все ваши контакты в армии, на флоте и в промышленных кругах. Тех, кто закупает наркотики — для себя, для рабочих, для госпиталей. Напишете рекомендательные письма. После чего вы умрете для своей страны — но останетесь в живых для себя и сможете провести остаток жизни в комфорте и достатке. Миллион долларов это много, а для Латинской Америки это огромные деньги…

Генерал хлопнул ладонью по столу — это прозвучало как выстрел. Резко подобрались телохранители Чу.

— Даже сама мысль о том, что я могу предать свою страну является для меня смертельным оскорблением, Дракон. Я не вы, я не один из вас. Я не из тех, кто меняет честь на сытную похлебку…

— Вероятно, потому что вы никогда не ложились спать голодным, генерал — сказал Чу без злобы — честь это хорошо, но не все могут себе позволить ее содержать. Она слишком… дорога в содержании. Дороже чем машины, на которых я приехал.

— У вас нет чести, дракон. Вы просто бандит.

— Да — легко согласился Чу — но вы умрете, а я буду продолжать жить. Подумайте, генерал. Я ведь все равно найду подход к тем, кто придет вам на смену, просто это займет какое-то время. Потому я прошу вас написать рекомендательные письма, и плачу за них миллион долларов. Другому предложил бы меньше — особенно в вашей ситуации.

— Идите к черту, Дракон

Чу снова не обиделся

— Ваше дело, генерал. Хотя на вашем месте я бы не отказывался. Думаю, у вас есть еще один — два дня. И вы знаете, где меня найти.

Чу встал и покинул кабинет, где они обедали.

Генерал Тахачиро Исии не был фанатиком, долгие годы общения с наркомафией, с людьми торгующими человеческими органами сильно изменили его. Он вряд ли стал бы совершать сеппуку или откусывать язык[101]. Но он никак не мог понять, что произошло, с какой стороны пришел удар.

Как русские могли добраться до двух таких высокопоставленных офицеров? Как русские смогли найти его лагерь и напасть на него? Что случилось с его ниндзя, почему они не оправдали себя?

Или это вовсе не русские?

Послышались шаги. Отодвинулась занавеска

Кто посмел беспокоить его

Генерал Тахачиро Исии поднял глаза и увидел официанта. Он не знал, как официант