Спецагент из ниоткуда - Сергей Зверев

Вот теперь только она расплакалась. Кремер налил ей коньяка из стоявшей на полу початой бутылки, заставил выпить.

– Я все расскажу, все… – бормотала она. – Только… Спаси меня, Сережа… Андрей… Дай мне слово, что ты оставишь меня в покое…

– Ты мне не нужна, – сказал Кремер, засовывая пистолет в карман. – Полагаю, никому не нужна. Впрочем, решать буду не я…

– Нет! Ты можешь, я знаю…

– Хорошо, предположим. Но все зависит от твоей искренности.

Она посмотрела на него в непритворном отчаянии.

– Но ведь я знаю не так много, как тебе кажется…

Кремер устало опустился в кресло.

– Рассказывай.

– Это все началось после войны, в Германии… Специальная миссия НКВД раскапывала взорванные подземелья концлагеря Везенштайн. С ними был профессор Муромцев…

– А твой отец?

– Нет, конечно… Его много позже к этому проекту подключили… Но на его диске там есть фотографии. Они сделаны в одном из тех самых подземелий. Оно было тоже заминировано, но взрыва почему-то не произошло. Не знаю почему. Может, эсэсовские саперы в спешке напортачили или лагерное подполье сработало, но это только догадки. В общем, там все уцелело. На фотографиях показаны результаты экспериментов, которые вел в лагере некий доктор Генрих Шлессер.

– Покажи мне.

Галина включила ноутбук и запустила диск.

На первой фотографии Кремер увидел длинный зал, освещенный ярким искусственным светом. В центре стояла странная машина, похожая на механического скорпиона, ощетинившегося многочисленными антеннами. Вдоль стен зала тянулись ряды каких-то продолговатых ящиков, наподобие открытых саркофагов. Мумифицированные тела, лежавшие в них, не были похожи на тела людей. Чудовищно раздутые черепа, огромные провалившиеся глазницы, узловатые руки длиной до колен…

Другие снимки представляли тот же зал, но саркофаги представали на них крупным планом, последовательно от входа, в глубину. И в каждом следующем саркофаге лежали тела существ все более ужасных… То, что находилось в последнем саркофаге, Кремер вообще не смог бы описать. Никакая фантазия постановщиков фантастических фильмов о пришельцах не смогла бы изобрести подобного монстра.

– Господи! – Кремер был не в силах сдержать потрясенное восклицание. – Что это… Что сделали с этими людьми?!

– Я не знаю… Но подожди. – Актриса выпила еще коньяка и нервно закурила. – Нужно по порядку, иначе ты не поймешь… Доктора Шлессера искали, как нацистского преступника. Но выяснилось, что он покончил с собой – это было подтверждено как документально, так и показаниями свидетелей. После этого интерес к нему как будто пропал. Мало ли их было, этих свихнувшихся нацистских маньяков… Раз его нельзя найти и повесить, то и кончено, так?

– Возможно.

– Но на самом деле все было иначе. Нашлись люди в НКВД, в других властных структурах, которые прислушались к профессору Муромцеву. Эти люди хотели завладеть секретами Шлессера для себя. Только на себя они работали, хотя и под зонтиками спецслужб… Была специально создана организация под каким-то безликим названием, вроде «Информационно-аналитического отдела», потом его переименовали, кажется, в «институт» или «центр»… Сначала этот отдел искал уцелевших ассистентов Шлессера. Нашли только одного – Георга фон Отера. Этот фон Отер в конце войны попал в советский плен, выдал себя за лейтенанта вермахта, не замешанного в военных преступлениях. Но его подлинную личность установили, выдернули его из сибирского лагеря. В Казахстане построили небольшую исследовательскую станцию, потом она разрослась до настоящего научного центра. Там работали и фон Отер, и Муромцев до самой своей смерти… Все это под крылом спецслужб, как ты понимаешь. Позже туда приехал и отец, ученик Муромцева. Я была еще совсем молоденькая… Вообще-то мне, конечно, не полагалось там быть, но с отцом считались, он был им очень нужен… Они не могли обойтись без него, а он поставил условие, чтобы дочь была с ним. А когда я вышла замуж… Мой муж был всего-навсего капитаном, но имел там кое-какое личное влияние. Хотя уж само собой мне не полагалось знать, что там творится! Но я любопытна, Кремер, я любопытна… Я расспрашивала людей, я обольщала, я пробиралась в секретные архивы. Постепенно я узнала многое… Эта машина в подземном зале… Эти люди в саркофагах – последствия ее работы.

– Ее работы?! Но что же это такое?!

– Они называли ее «биорезонансным модулятором». Не знаю, что это значит и как действует, но они воссоздавали эту машину. Она генерирует какое-то излучение…

– Превращающее людей в монстров? Но зачем строить такую машину? Они что, создавали какое-то сверхоружие?

– Нет, вряд ли… Там что-то другое, чего я не знаю!

– И твой отец занимался этим проектом?

– Нет, как раз наоборот. Он пытался синтезировать вещество, которое нейтрализует излучение, своего рода противоядие. Оно им тоже требовалось позарез. Это еще не созданное вещество они называли «Фантом-зет». Но относительно своих истинных замыслов они держали отца в неведении. Он считал, что спасает мир от какой-то вероятной угрозы…