Приказано совершить подвиг - Александр Тамоников

– Идем, Сергей Станиславович, посмотрим, как ВМО обустроился, – обратился комбат к Кувшинину, который после осмотра подразделений давно уже находился в КНП.

Старшие офицеры и прапорщик вышли во двор. Уточнили, где выставлять охранение, предупредили командира ставропольской роты о соседстве тыловиков, определили, что в случае необходимости личный состав ВМО усиливает роту. Кувшинин проинструктировал, как проходить посты, довел порядок назначения и смены паролей с отзывами и предупредил о постоянно ведущемся противником снайперском обстреле позиций батальона. Белов все внимательно выслушал, обещал часам к 9 вечера приготовить горячий ужин и обдумать, как завтра организовать помывку личного состава. Он привез с собой не только продукты, воду, но и нательное белье на весь батальон, мыло, около тридцати комплектов обмундирования и обувь. Всех, конечно, не переодеть, но заменить камуфляжи и обувь у тех, кто сильно поистрепался, можно.

– Ты, Витя, должен знать, – сказал прапорщику Голубятников, – что у нас в подвалах удерживаемых домов прячутся мирные жители. Где больше, где меньше, и чечены, и русские, и представители других национальностей. Среди них много женщин, стариков и детей. Только в подвале КНП около сотни беженцев. Спустись туда, найди некоего Викторова Илью Владимировича, он там за старшего; пусть уточнит, сколько всего людей прячется у нас на плацдарме. В первую очередь выдели им воду, а также прикинь, сможешь ли хоть особо нуждающихся обеспечить горячей пищей. Понял?

– Понять-то понял, накормить накормим, есть чем, но вот только одно непонятно, чеченов-то чего держите в подвалах? Пусть валят к своему Дудаеву.

– Белов! – повысил голос комбат. – Я тебе что сказал? Помочь всем, кто находится под нашей защитой. И русским, и чеченцам. Дудаев, Масхадов, подчиненные им бандформирования – это одно, а мирное население – совсем другое. Или, по-твоему, чеченцы не такие же люди, как мы с тобой?

– Да нет, я не то имел в виду!

– А надо иметь в виду то, что тебе приказано. И чтобы я больше подобных разговоров не слышал, понял?

– Так точно, товарищ подполковник.

– Все возникающие вопросы решаешь с начальником штаба, а сейчас разворачивай пункт питания, кухни свои, доставай продукты и… в подвал! Фамилию старшего у беженцев запомнил?

– Так точно! Викторов Илья…

– Илья Владимирович, – уточнил Голубятников. – О работе с беженцами доложишь лично мне завтра утром. Вопросы есть?

– Никак нет!

– Вперед! А то, что пришел, – молодец. Благодарность тебе за это!

– Да не за что, товарищ подполковник.

– Не понял? – удивленно поднял брови комбат.

– Служу Отечеству!

– Вот так! Теперь правильно. Служи, Витя!

Голубятников вернулся на КНП, а Кувшинин остался с Беловым, помочь в организации несения караульной службы и взаимодействия с бойцами роты капитана Уханина. Для последнего взвод материального обеспечения явился неплохим подспорьем. В подразделениях обеспечения служили бойцы, ни в чем не уступающие своим товарищам из боевых рот.

Ровно в 19.00 сержант Выдрин доложил, что комбата вызывает на связь командир 8-й роты капитан Соколенко.

– Это Страж, – раздался в трубке голос капитана. – К посту охранения вышла колонна БМД, на пароль их командир ответил правильным отзывом. Судя по всему, прибыли нарофоминцы.

– Хорошо, – ответил комбат, – сейчас подойду.

Забрав с собой штатного связиста и пару бойцов охранения, Голубятников вышел во двор, где вовсю кипела работа по развертыванию взвода материального обеспечения. К нему подошел подполковник Ребров со своей группой заместителей и охранения:

– Ну, вот и мы! «Коридор» прошли без проблем.

– Как дальше будешь действовать?

– Как и обговаривали. Спешиваемся, выходим на исходный рубеж, осматриваемся, и вперед!

– Мои все предупреждены, если что, поддержим и огнем, и живой силой, при необходимости – артиллерией. Наши «Ноны» пристреляны, огонь откроют сразу, лишь бы ты цели указал.

– Думаю, обойдемся без «Нюрок». В контакт с духами можем войти сразу же, тогда не до артиллерии будет, она стрелять не сможет.

– Это верно, – согласился командир рязанских десантников. – Давай, спешивай личный состав, с передовой ротой пройдем до восточной границы моего плацдарма, оценим обстановку непосредственно в секторе, который тебе предстоит взять; ну а дальше сам.

Подполковник Ребров отдал все необходимые распоряжения, и к посту подошла передовая рота, ее провели к зданию строящегося нового вокзала. Голубятников и Ребров поднялись на командно-наблюдательный пункт мотострелковой роты. Оттуда сектор, определенный для захвата нарофоминцам, несмотря на темноту, просматривался полностью и достаточно хорошо.

– По железке, – уточнил Голубятников, – метров через триста, – переезд, это тебе как ориентир. Участок за переездом южнее – твой район.

– Понял, – кивнул Ребров. – Что еще?

– «Зеленка» перед тобой. Граница сектора захвата тебе известна. Роты 51-го полка Островского занимают позиции севернее, во втором квартале. Вон они, – указал на пятиэтажки Святослав, – слева. На юге, до переезда, стоят подразделения псковичей. Они здорово нам помогают, наглухо блокируя подходы к плацдарму с юга. Управлять ротами с пункта будешь?

– Наверное, – внимательно осмотрелся Ребров.

– Давай отсюда, – предложил Голубятников, – здесь место удобное, и я с тобой побуду, пока твои не войдут в сектор.

– Согласен! Спасибо, – ответил подполковник Ребров.

Святослав присел на принесенный мотострелками ящик. Комбат 119-го парашютно-десантного полка вызвал на КНП командиров рот и поставил боевую задачу, передав информацию, полученную от Голубятникова. Ротные сосредоточенно слушали командира, сверяя увиденное на местности с картами. Закончив доклад, Ребров спросил:

– Какие будут ко мне вопросы по выполнению поставленной задачи?

Вопросов у командиров рот не было. Все было оговорено, согласовано и отработано еще в парке.

– Хочу предупредить вас о внезапно возникшей угрозе, – вступил в разговор Голубятников.

– Мне ты ничего об этом не говорил, – удивленно посмотрел на него Ребров. У тебя есть еще какая-то информация по духам?

– По духам нет. Есть информация по своим.

– Не понял?

– Объясню! В Грозный ввели внутренние войска МВД. На днях это происходило или раньше, не знаю, но мы – я имею в виду себя и своих заместителей – сегодня при возвращении из парка после совещания на КП сводного полка встретились с группой спецназа внутренних войск. Вроде ничего необычного – спецназ решает свои задачи, а где и как им работать, нас касаться не должно. Если бы не одно «но»! Данная группа проводила рекогносцировку местности для того, чтобы ночью силами отряда спецназа численностью в триста профессионально подготовленных бойцов, ни много ни мало, выбить духов, удерживающих привокзальную площадь.