Проба пера - Иван Сербин

Манила и Хевра не без интереса наблюдали за происходящим.

— Ты свой выбор сделал. Теперь спускай курок, — спокойно сказал Дима. — Только позволь тебе напомнить: если на этой площадке прозвучит хотя бы один выстрел — никто отсюда живым не уйдет.

* * *

Новость Челнока очень обрадовала. Война еще не закончилась, но пик ее, похоже, миновал. Во всяком случае, можно было возвращаться в собственный дом. Теплая постель, горячий душ, вкусная еда и нормальный сортир.

Он испытал настоящее облегчение, когда высадил Светлану и Степана в коттеджном городке у дома Мало. Новые знакомые из орловской бригады умчались в город. Трех охранников Челнок забрал с собой, остальных отпустил отдыхать. Все-таки пацаны двое суток на ногах.

— Может, останешься? — спросил Степан девушку без особой надежды.

Она покачала головой:

— Извини, не могу. У меня работа.

Степан вздохнул тяжко. Подумал, предложил:

— А бросить работу ты не можешь? У нас денег хватит…

— При чем здесь деньги? — Ирина улыбнулась, взяла его за руку, сжала пальцы. — Степа, мы разные люди. Слишком разные. Пойми.

— Что, никаких шансов?

Она покачала головой.

— Ни малейших.

Челнок вышел из дома, подошел к машине, спросил Ирину:

— Тебя подбросить?

— На вокзал, — кивнула она. — Домой поеду. Моя работа закончена. Крохи больше нет, Стрекозу искать не для кого.

— Ну, почему? — хмыкнул Челнок. — «Папа» новый горит желанием с ней познакомиться. Я думаю, он заплатил бы тебе за эту девицу реально.

— А кто хозяйство принял?

— Младший. Дима.

— Дима? — Ирина была сильно удивлена. — Это тот мальчик? Жених?

— Он самый. Кстати, вполне реальный пацан. Правильный, при характере. — Челнок забрался в машину, открыл дверцу с другой стороны. — Садись. Так что? Насчет работы?

— Поговорить с ним сначала надо, — уклончиво ответила Ирина, устраиваясь на пассажирском сиденье.

— Отвечаю, ему эта девица нужна конкретно. Он ее ищет. Я как раз сейчас по этому поводу к Сапфирову еду.

Челнок запустил двигатель, нажал на газ.

— Зачем? — насторожилась девушка. В ней тут же проснулся охотник.

— Насчет Стрекозы выяснить. Этот Сапфиров — последний, кто ее видел. Может быть, ему известно, где Стрекоза сейчас.

— Поехали, — Ирина взглянула на часы. — Любопытно посмотреть на эту девицу своими глазами.

Сапфиров жил в центре, в солидном кирпичном доме. Занимал четырехкомнатную квартиру на третьем этаже. Машина его — «Вольво» модного цвета «вишневый металлик» — стояла у подъезда.

— Дома, — прокомментировал Челнок. — Ну и отлично.

Слава богу, здесь не было настолько мощной охраны, как в столичных жилых комплексах. Никто не стал их слишком уж дотошно расспрашивать, проверять документы. Пенсионерка-вахтерша похлопала подслеповатыми глазами, спросила с вялым интересом:

— К кому?

— К Сапфирову, — ответил лаконично Челнок. — Он дома?

— Дома они, — кивнула вахтерша. — Где ж им быть?

Челнок и Ирина поднялись на нужный этаж, достали оружие. Челнок нажал кнопку звонка. За мощной стальной дверью с роскошной мягкой обивкой гремела музыка. Длинная трель попросту утонула в ней.

— А почему «они»? — хмыкнул Челнок, снова нажимая кнопку звонка.

— Форма речи, наверное, — предположила девушка. — Не слышат, похоже.

— Он бы еще громче музыку включил, тогда бы точно услышал…

Челнок осторожно толкнул створку. Та легко поддалась. Волна ритм-энд-блюза вырвалась на площадку, раскатилась по подъезду.

— С ума сойти. Как он не оглох…

Челнок приоткрыл створку пошире. Ирина проскользнула в квартиру. Челнок шагнул следом.

— Хозяин! Соседей заливаем! — Музыка продолжала греметь как ни в чем не бывало. Если Сапфиров и был дома, он ничего не слышал. — Осторожно, — Челнок взвел курок. — Почаще оглядывайся.

Ирина кивнула. Они вошли в квартиру, двинулись вдоль длинного коридора, пытаясь различить за раскатами музыки посторонние шумы.

— Тихо! — вдруг сказал Челнок. — Слышишь что-нибудь?

К музыке примешивался странный утробный полустон-полувой.

— Что это? — Челнок нахмурился.

Ирина пожала плечами. Они миновали гостиную, остановились у закрытой двери следующей комнаты. Музыка и стон доносились оттуда. Челнок пару раз глубоко вздохнул, резко ударил по створке ногой, вскидывая пистолет. Они с Ириной дружно ворвались в комнату и… остановились на пороге. Выдержанная в бело-розовых тонах спальня поражала воображение роскошью обстановки, но их-то поразило не это. В кровати лежали двое: рыхлотелый, лысоватый мужчина лет сорока и совсем тщедушный мальчишка лет восемнадцати. Оба без одежды. Мужчина дышал хрипло, с присвистом, белые его ягодицы колыхались, как желе. Мальчишка, закатив глаза, постанывал, теребя рукой детородный орган.

— Так, — протянул Челнок. — Вот тебе и «Голубая лагуна», твою мать. — Он подошел к орущему на столике магнитофону, нажал клавишу «стоп».

Тишина ударила по ушам, произведя эффект разорвавшейся бомбы. Мужчина замер, затем, с трудом переводя дыхание, обернулся. Лицо его, и без того красное, залитое «трудовым» потом, стало и вовсе пунцовым:

— Что это значит?

Мальчишка ойкнул, торопливо натянул до подбородка покрывало.

— А это значит, — рассудительно заметил Челнок, — что дверь входную получше запирать надо.

— Я запирал.

— Значит, плохо запирал, раз мы смогли войти.

— А вы… кто, собственно?

— Кто я, не важно. Важно — кто ты. Ты — Сапфиров? — поинтересовался Челнок.

— Сапфиров, — подтвердила Ирина. — Здравствуйте, Павел Михайлович, — она улыбнулась. — А я-то, дура, думала, квалификацию подрастеряла. Обычно мужики хотя бы смотрят, когда я мини надеваю, а этот и бровью не повел.

— Ира, — Сапфиров помотал головой. — Я не понимаю…

— Сейчас поймешь, — сказал Челнок, направляя пистолет толстяку в живот. — Стрекозу знаешь?

— Какую Стрекозу?

— А ты какую знаешь? — вздернул брови Челнок.

— Ну-у-у… — протянул толстяк.

— Нукать будешь «машке», — привычно отозвался Челнок. — Отвечай коротко и понятно. Знаешь Стрекозу?

— Знаю.

— Где я могу ее найти?

— Найти, найти, — мужчина перевернулся на спину, отполз к спинке, накрылся покрывалом. — На «Петрашке». Третья линия.