День луны - Чингиз Абдуллаев

— Товарищ генерал, — сказал он, — прошу подмою личную ответственность отменить все мероприятия. Зал заминирован. Любойвошедший сюда человек будет уничтожен.

— Понимаю, — сказал Лодынин, — постараюсьчто-нибудь сделать.

Абуладзе положил трубку. К нему подошел АркадийАлександрович.

— Они все-таки нас не послушались? — спросил он сугрозой в голосе.

— При чем тут вы, — сделал вид, что нервничает,Абуладзе, — у них свои мероприятия по очистке аэропорта.

— Не нужно мне врать, — усмехнулся АркадийАлександрович и поднял телефон, набрал чей-то номер. — Лось, — громкосказал он, — как у вас там?

— Ничего хорошего. Подтягивают танки ибронетранспортеры. Кажется, готовятся к штурму.

Абуладзе стоял с потемневшим лицом. Он же предупреждал.Майский отошел от полковника и тихо спросил:

— Наш звонил?

— Зароков, Лебедев, Солнцев, Лодынин, — доложилЛось.

Аркадий Александрович быстро подошел к лежавшему на диваненебольшому чемоданчику, достал капсулу.

— Вот и все, полковник, — сказал он, — намостается только разбить капсулу. Они, кажется, не дадут нам улететь из этойстраны.

Я же предупреждал, что третью капсулу тоже разобьют.

В этот момент зазвонил телефон. Абуладзе, глядя на АркадияАлександровича и стоя спиной к телефону, поднял руку. Эдик, находящийся у негоза спиной, быстро вложил ему трубку в руки.

— Да, слушаю вас, — сказал Абуладзе.

— Мы все остановили, — быстро сказалЛодынин, — мы все остановили. Ты меня слышишь?

— Да, конечно. Спасибо.

— Пусть передают тебе капсулу. Экипаж уже пошел ксамолету.

— Они требуют капсулу, — сказал Абуладзе,обращаясь к Аркадию Александровичу, — экипаж уже пошел к самолету.

— Я его пока не вижу, — ответил Майский.

— Идут! — крикнул ему Костя. — Идут.

Трое.

По летному полю шли три человека в форме летчиковгражданской авиации.

— Хорошо, — кивнул Майский, — выйди набалкон, спустись вниз и обыщи всех троих.

Но автомат свой оставь здесь. Седой, возьми у него автомат.

Седой взял автомат, и Костя поспешил к выходу на балкон,чтобы оттуда спуститься к летному полю по лестнице, около которой уже стоялилетчики. Абуладзе угрюмо смотрел вниз.

— Все в порядке! — крикнул через пять минутКостя. — Все чисто!

— Пусть стоят у лестницы и никуда не отходят! —крикнул ему в ответ Майский и, повернувшись к Абуладзе, сказал: — Теперь намнужно выйти отсюда и пройти к самолету. Но сначала я должен отдать вам капсулу.

— Давайте, — протянул руку Абуладзе.

— Откуда вы знаете, что я вам даю именно ту самуюкапсулу? — покачал головой Аркадий Александрович. — Нет, —сказал он, — пусть капсулу примут у меня ваши генералы. И пусть они сразуидут сюда, чтобы вы не успели переодеть своих солдат в генералов. Иначе мыотсюда не выйдем.

— Какие генералы?

— Все, — улыбнулся Аркадий Александрович, —те самые, которые приехали сюда — Я ведь не идиот, полковник. Наши людизафиксировали появление здесь генералов Зарокова, Лебедева, Солнцева иЛодынина. Они приходят сюда, и мы отдаем им капсулу. Первую капсулу, полковник.И только потом взлетаем.

А когда взлетим, может быть, вы получите и вторую капсулу.

— Это несерьезно, Майский, — тяжело сказалАбуладзе, — генералы тут ни при чем.

— Мои люди наблюдают за всем происходящим наплощади, — усмехнулся Аркадий Александрович, — они все видели.Генералы в обмен на капсулы.

— Тогда приготовьтесь умереть, — подвел итогиАбуладзе, — я ухожу.

— А население города? — гадливо улыбаясь, спросилМайский. — О людях вы не подумали?

— Хорошо.

— Я вас не понял.

— Хорошо. Я пойду поговорю еще раз.

— В последний раз, — разрешил АркадийАлександрович, — и на этот раз только на пять минут. Идите быстрее.

Время пошло. Абуладзе хотел что-то сказать, но, передумав,повернулся и начал спускаться вниз по лестнице. До комнаты, где сидели генералы,было ровно полторы минуты.

Но он не стал ничего говорить. Просто попросил генералаЛодынина проводить его обратно.

И, когда они вышли, сказал:

— Мы были правы, генерал. Они требуют, чтобы вы всечетверо прошли к депутатской.

И там они передадут вам капсулы. Понимаешь, что этоозначает?

— Понимаю. Один из нас улетит вместе с ними.

— Тот, кто улетит, и будет настоящим организаторомэтого преступления. Его нужно остановить, генерал.

— Да, — выдохнул воздух начальник ГРУ, —хотел бы я посмотреть ему в глаза напоследок.

Они вышли из здания. Напротив стояли десятки машин.

— Иди спокойно, — посоветовал Абуладзе, — водной, а может, и в двух машинах сидят их люди. И мы пока не знаем, в какой. Тыпроверил заграничные поездки генералов?

— Конечно, проверил. Зароков в этом году был только вМонголии. Лебедев отдыхал в Болгарии и был на симпозиуме в Канаде. А Солнцев —только не удивляйся — был в Германии с группой наших экспертов. И знаешь, гдеименно? В Баварии.

— Ясно. У меня осталось около трех минут, генерал. Ядолжен подняться наверх и сообщить о вашем решении. Посмотри, кто из них будетколебаться, а кто пойдет без возражений.

— Этого нельзя делать, Тенгиз. Ты ведь понимаешь. Емунельзя разрешить улететь.

— Ты же не знаешь наверняка, кто этот человек, генерал.Он гений, понимаешь? Он настоящий гений, если придумал и спланировал такуюакцию. И он наверняка продумал все.

Все до самых мельчайших подробностей.

— Я возьму с собой пистолет, — решилЛодынин, — и тот, кто шагнет к самолету, будет убит. Пусть они потом убьюти меня.

— Это не выход, генерал. У меня осталось две споловиной минуты. Спокойнее, не оборачивайся. К нам идет кто-то из твоих людей.Не оборачивайся. За нами наверняка следят. Сейчас мы войдем в здание.

— Дурацкая ситуация, — пробормотал Лодынин, —чувствуешь себя полным идиотом.

— Не нужно было пригонять сюда столько людей, —досадливо проговорил Абуладзе.

Они вошли в здание, пройдя мимо дверей, около которыхтолпились сотрудники милиции ИФСБ.

— И никакой пользы от них, — сквозь зубы заметилАбуладзе.

— Мы будем ждать у самолета, — кивнул Лодынин,когда они вошли в здание, проходя к вестибюлю. Отсюда нельзя было слышать, очем они говорили. К ним подошел Маркин.