Признание моджахеда - Александр Тамоников

Полковник спросил Тимохина:

— Ну что там у Гарина с Шепелем?

— Хреново, Крым! Гарин сумел прорваться с Сергинским на восток. А вот Мишку с Туркиной пытаются обложить! Шепель принял решение прорываться на запад, чтобы выйти из зоны окружения. Против него семь духов. Удастся ли ему, имея рядом уставшую, испуганную женщину, оторваться от бандитов?

— Так! Где сейчас Шепель?

— А я знаю? Где-то впереди был, когда мы общались по связи.

Крым развернул карту. Быстро сориентировался:

— Впереди был, говоришь? Значит, где-то рядом с небольшой поляной. Подожди, уточним обстановку у Гарина. Вызывай майора!

— Времени у нас, Крым, нет!

— Нет! Но куда рванем? На поляну? Или в обход ее? Представление об этом у тебя есть? Вызывай Гарина!

Тимохин подчинился:

— Второй, я — Первый!

Майор ответил тут же:

— Второй на связи, командир! Вы вышли на духов?

— Подожди, подожди! Нам с Крымовым надо знать место, где вы попали в засаду, откуда ты начал отход и где точно остался Шепель с женщиной!

Гарин, ответив на вопросы Тимохина, продолжил разговор.

— Послушай, Первый! У меня здесь все спокойно. Духи, видимо, не пошли за нами с Сергинским. Они сосредоточились на Мишке. Им нужна баба. Шепель, даже если и сменит позицию, долго не продержится. Ваше нападение духи могут отбить. А вот если я ударю с поляны, то это окажется неожиданным для противника. С двух направлений мы отработаем банду неизвестных охотников за женщинами.

— Предлагаешь бросить человека, за чью жизнь головой отвечаешь?

— Да чего ему будет, этому человеку? Зароется в канаве, отлежится какое-то время. Потом подберем.

Тимохин запретил:

— Нет! Тебе, майор, находиться на позиции вместе с Сергинским! И без разговоров. Информацию принял, до связи!

Гарин в сердцах бросил рацию в траву, недружелюбно взглянул на Сергинского и сорвался:

— А все из-за тебя, интеллигент паршивый, мать твою! Сиди, сторожи тебя, как кучу навоза, а там, — он указал на запад, — командир мой один против целой банды бьется! Я же не могу покинуть тебя. Тоже, ценный кадр!

Сергинский проскулил:

— Ну зачем вы так? Я-то в чем виноват? И… пожалуйста, не оставляйте меня.

— Да пошел ты! Не бойся, режиссер, не оставлю! Потому как приказ имею оберегать тебя. Но лучше молчи. Не ной. Не зли меня, я и так на пределе. Понял?

— Да, да, молчу, молчу!

— Вот и молчи! Черт! Удастся Мишке вырваться из окружения или нет? Слишком уж силы неравны, да и «зеленка» не изучена. Не знаешь, чего ждать за очередным кустом. Но должен, должен вырваться. И Крым с Тимохиным помогут. Обязательно. Все будет пучком. Все будет пучком.

Последнюю фразу майор произносил как заклинание, как молитву.

Тимохин же указал Крымову на карту:

— Они вот здесь напоролись на засаду, перед выходом на поляну. Непонятно, почему духи, если они ждали наших, не выпустили их на открытое пространство, где свободно могли обстрелять бойцов и захватить заложников.

Крым, сворачивая карту, ответил:

— Значит, что-то помешало им. Или кто-то не выдержал и открыл огонь раньше времени. Так. Значит, от поляны Шепель решил прорываться на запад. Значит, духи пойдут за ним и Туркиной, охватывая полукольцом. Слушай, Саня, а ведь бандиты действуют не хаотично. И ошибок они не совершают, как это может показаться с первого взгляда. Они специально отсекли Гарина, дав тому уйти на восток. Он мешал боевикам выдавить Шепеля с Туркиной на запад.

— Выдавить?

— Именно! И командир боевиков знает, что делать. Ради достижения цели он даже спокойно жертвует частью своих людей, заставляя Шепеля расходовать боекомплект. Так что не все так просто, Саня!

— Кажется, ты прав! И что будем делать?

— Как что? У нас много вариантов? По-моему, всего один. Выйти в тыл духам и расстрелять их к чертовой матери, пока они не обработали Мишку с Туркиной!

— Так чего стоим? Вперед?

— Вперед! На прежнюю позицию Шепеля. Оттуда разворот на запад, дальше действуем по обстановке!

Офицеры спецназа, поправив оружие, начали быстрое сближение с опушкой лесного массива, одновременно внимательно осматривая местность.

* * *

Доложив о решении на отход в западном направлении, Шепель взглянул в глаза Туркиной:

— Валя! Сейчас нам предстоит сделать бросок на запад. Ты пойдешь впереди, я прикрою тебя сзади. Что бы со мной ни случилось, продолжай уходить на запад, но не выходи из леса. Наши найдут тебя.

— А если тебя ранят?

— Продолжай отход!

— Ты думаешь, о чем говоришь? Я брошу тебя на растерзание этим шакалам?

Шепель повысил голос:

— А ну отставить разговоры! Сказано уходить в любом случае, значит, уходить! Это приказ, ясно тебе?

Валентина возмутилась:

— Ты чего кричишь на меня? Заладил одно и то же, уходить, уходить, не дождешься, понял?

— Слушай, девонька, ты перед женишком своим будешь выпендриваться и характер показывать. А передо мной не стоит! Я заставлю тебя выполнить приказ.

— Интересно, каким…

Затянувшийся нервный диалог молодых людей прервала длинная автоматная очередь, сбившая траву у самого лица Шепеля:

— Черт! Только время с тобой, дурой, потерял. Внимание, на счет «три» вскакиваем и быстро перемещаемся на сто метров. Ориентир — очередная полоса кустарника. За ней, похоже, поляна. Но там видно будет, главное — дойти до нее. Вопросы есть?

— Есть!

— Вопросов нет! Раз, два, три! Вперед!

Валентина вскочила и бросилась к полосе кустарника. За ней последовал Шепель. Передвигаясь, он крутился юлой, три шага вперед, разворот, очередь влево по центру, вправо. При этом он старался прикрыть собой женщину. Где-то справа раздался вскрик. Есть. Пуля Шепеля зацепила бандита. Вновь маневр и очереди. Капитан отслеживал количество сделанных им выстрелов. На полпути пришлось отщелкивать магазин. Шепель быстро вставил в автомат новый. Пули противника ударили в шлем, но, срикошетив, ушли вверх. Еще пуля попала в спину. Вновь спас бронежилет. Но удар был сильным. Капитан споткнулся. Валентина тут же присела. Превозмогая боль, Михаил подмигнул ей:

— Пока живы, девочка. Ничего, родная, прорвемся.

Вырвав из пояса две наступательные гранаты, выдернув зубами кольца чеки, капитан, поднявшись, метнул «эргэдэшки» в стороны. И тут же крикнул Туркиной:

— Вперед!

Сзади, сбоку прогремели взрывы. И вновь раздались вопли. Осколки задели бандитов.