Русский вор - Михаил Серегин

– Посмотрим, – задумчиво произнес Пепел.

Через несколько минут вернулся шофер, посланный на разведку, и, усевшись за руль, доложил:

– Их там четверо – Седой, двое его людей и еще какой-то мужик связанный. Этот самый Седой говорит, что в дом могут зайти пять человек, включая и Машу. Остальные, по его словам, должны остаться во дворе. И еще он сказал, что вы можете взять с собой оружие.

– Да не верю я ему, не верю я этому козлу, – снова взъерепенился Бармалей.

– Не веришь, не ходи, – ответил Пепел. – Мы вдвоем с Машкой пойдем.

– Дурик, пришьет он тебя там, ты и пикнуть не успеешь, – злобно проговорил Бармалей.

– Он же не отморозок обколотый, – с сомнением произнес Пепел, – куда он после этого денется, нас здесь больше десятка… Давай, Санек, двигай к дому, – обратился к шоферу Пепел. …Полунин глядел из окошка на то, как иномарки одна за другой подъехали к дому. Из машины вылезли Пепел, Бармалей и Мария, которые в сопровождении двух охранников направились к входу в дом.

Остальные охранники, человек семь-восемь, рассредоточились вокруг дома.

– Ну что ж, – произнес Полунин, – гости вот-вот будут. Шакирыч им уже открывает.

Полунин перевел взгляд на Багрова, который сидел в середине комнаты на стуле, со связанными руками.

– Вот что, Борис Сергеевич, если вы поведете себя разумно и поможете мне, то я постараюсь сохранить вам жизнь.

Багров исподлобья посмотрел на Полунина и ничего не ответил. Через несколько секунд в помещение вошли пятеро «гостей» в сопровождении Шакирыча.

Вошедший первым Пепел угрюмо посмотрел сначала на Багрова, потом перевел взгляд на Полунина и спросил:

– Ну и для чего ты нас сюда позвал?

– Ты мне сегодня задал два вопроса, – ответил Полунин. – Первый: кто убил Леню Быка? Второй: куда делся общак?

– Неужели у тебя есть ответы? – насмешливо спросил Пепел.

– Да, – произнес Полунин. – Так сложились обстоятельства, что мне удалось это выяснить. Перед тобой сидит человек, который имеет непосредственное отношение к убийству Быка.

Полунин кивнул на Багрова.

– Ты хочешь сказать, что это он стрелял в Леню?

– Нет, не он, – ответил Полунин. – Он организатор убийства, а непосредственного исполнителя я два часа назад собственноручно отправил в мир иной, в тот момент, когда он попытался проделать со мной то же самое. Эти двое вывезли меня за город, в лес, подыскали мне подходящее местечко для могилы и даже заставили ее копать. Но, видимо, бог решил, что мне рановато еще на тот свет, и поэтому прислал мне помощь.

– Все это интересно слушать, – произнес Пепел, – но неплохо бы перейти к доказательствам.

– Я думаю, Борис Сергеевич сам все расскажет в таких подробностях, которые смогут убедить вас в том, что этот рассказ – правда.

– Я ничего рассказывать не буду, – вдруг произнес Багров, – пока не получу гарантии своей безопасности.

– Жаль, – ответил Полунин, – я все же думал, что вы будете умнее. Тогда я сам расскажу все то, что мне сообщил Багров, когда мы ехали сюда.

– Мне все это начинает надоедать, – занервничал Пепел.

– Не торопись, – успокоил его Полунин. – Для начала мы вспомним, как был убит Леня, а потом уже перейдем к вопросу, из-за чего они это сделали.

– Лады, послушаем, – согласился Пепел.

Все остальные молчали, напряженно глядя на Полунина.

– Убийство Быка планировали очень тщательно, и участвовали в нем несколько человек. Для начала одна из шишек администрации позвонила Лене и назначила встречу на очень раннее время в его офисе. Я вам уже назвал фамилию этого человека. И доказал, что это именно его ждал Бык. Таким образом, убийца точно знал, когда Леня будет на работе. Он также знал, что в здании есть черный ход, через который можно проникнуть непосредственно в кабинет Волошина.

– Это знали многие, – встрял в монолог Полунина Бармалей. – Все те, кого он выпроваживал через эту дверь.

– Да, но не все знали, что через эту дверь лишь выпускают, а впускают только избранных, своих. Киллер своим не был, однако его впустили.

– Что ты хочешь этим сказать? – вдруг подала голос Мария.

– Только то, что его провел свой человек, тот, кто знал порядки Быка.

– Ты имеешь в виду охранника? – спросил Пепел.

– Нет, я имею в виду не его, я говорю о том, что предатель подсказал киллеру условный код, которым можно было постучать в дверь и после которого эту дверь открывали без тщательной проверки.

– Какой еще код? – удивился Пепел. – Почему я об этом ничего не знал?

– Потому, что личной охраной Быка занимался Бармалей, – ответил Полунин. – Это он и придумал такую систему. Достаточно было выстучать на двери мелодию «Спартак-чемпион», чтобы охранник понял, что пришел свой человек.

– Но там был «глазок», – удивился Пепел, – можно было посмотреть и увидеть, что перед дверью стоит чужой.

– Думаю, так охранник и сделал. Но знакомый сигнал ввел его в заблуждение. И хотя охранник открыл дверь, не снимая на всякий случай цепочку, все-таки этого оказалось недостаточно, чтобы спасти свою жизнь и жизнь Быка.

– Это правда, Бармалей? – спросил Пепел, повернувшись к своему коллеге. – Про сигнал?

– Правда, – неожиданно ответила за Бармалея Мария, – мне Ленька рассказывал. Он говорил, что Бармалей взял себе за правило приходить к нему через заднее крыльцо.

– Так это правда? – повторил свой вопрос Пепел.

– Да вы что, охерели, что ли, все! – неожиданно рассмеялся Бармалей.

Однако улыбка тут же сошла с его лица, когда он встретился взглядом с Пеплом.

– Ты что, мне не доверяешь? Ты кому веришь? Этим козлам и этой дуре?

– Я никому просто так не верю, – ответил Пепел. – Я верю только фактам.

Пепел посмотрел на Багрова и спросил:

– Так это его ты подкупил?

Тот снова промолчал.

– Ну ничего, – заверил Багрова Пепел, – ты у меня все расскажешь. Ты у меня откровеннее, чем на исповеди у священника, будешь. Я тебе собственноручно яйца откручу.

– Что здесь рассказывать? – вдруг заговорил Багров. – Все и так ясно. Обижен он был на своего шефа, денег мало платил, власти много не давал. Ему хотелось большего, чем быть простым вышибалой долгов. На этом мы с ним и поладили. Я платил ему за информацию о делах Быка и обещал помочь своими связями, если он решит отделиться от Волошина. Что совершенно не входило в мои планы, ведь этот придурок себя не иначе как местным Аль Капоне видел и таких бы дел наворотил…

Лицо Бармалея побагровело, от слов Багрова он пришел в дикое бешенство.

– Ах ты, сука вонючая, сдал меня, значит! – прорычал он. – Надо было тебя сразу сдать Быку, как только ты ко мне подкатил.