Приказ есть приказ - Игорь Берег

Чтоб им всем! Сначала Куропаткин намекает на что-то происходящее дома, теперь вот Сидихин. Достали уже своими секретами!

Но раздражения своего Евгений не показал, с каменным лицом проводил Германа к кубинцам, представил Тибурона. Сидихин крепко пожал капитану руку, внимательно посмотрел ему в глаза.

— Наслышан, наслышан. Рад, что будем работать вместе. Я привез приказ вашего командования. Турист! Организуй разгрузку вертолета. Только пусть не светятся сильно перед местными и осторожней будут: там взрывчатки много.

Евгений бросил взгляд на Серхио. Тот кивнул, поняв, о чем речь. Миронов перевел ему только предупреждение насчет взрывчатки. Один из солдат сбегал и прикатил двухколесную тележку, которую фуражиры раздобыли в первый же день после прибытия отряда в Порту-Амбуин. Тогда на ней возили продукты, а сейчас на платформу грузили ящики и коробки с оружием и пластиковой взрывчаткой.

Сидихин и офицеры направились к отелю. Евгений шел и уговаривал себя не нервничать. Сейчас прилетевший руководитель операции все обстоятельно расскажет, и туман неизвестности рассеется.

Напрасно он надеялся! Сидихин не стал даже заходить в отель, велел только принести из вертолета ящик финского баночного пива «Синебрюхофф». Пиво, наверное, всю ночь стояло в холодильнике, еще не успело согреться, и золотистые банки «потели», когда их доставали из ящика. Герман устроился на стуле под навесом у входа в отель и дернул за кольцо, знаком предложив офицерам присоединяться к нему, угощаться. Что те с удовольствием и выполнили.

Никакого разговора руководитель операции не затевал, просто сидел и с удовольствием рассматривал залитую солнцем площадь. Могло показаться, что он и прилетел сюда только за тем, чтобы полюбоваться курортным городком, да попить холодного пива.

Евгений баночное пиво уже пил во время подготовки операций в Латинской Америке. Да и отечественное «Столичное» довелось как-то попробовать. Перед московской Олимпиадой вдруг выпустили не очень большую партию такого напитка, и если хорошо постараться, то можно было раздобыть пару баночек.

— Ничего, — согласился он. — Только почему оно финское? «Синебрюхофф» — очень на русскую фамилию похоже.

— Историю учить надо, — наставительно сказал Герман. — До революции Финляндия была частью Российской империи. Потом большевики им независимость подарили. А пивоварня осталась. И до сих пор успешно работает.

— Нам тут пара бочек местного в качестве трофея досталась. Понравилось.

Серхио присоединился к разговору о пиве:

— Я бутылочное пил местное. И «Нокал», и «Куку». Хорошее пиво. Только говорят, что анголане не сами варят, им из Европы поставляют пивной концентрат, они его водой разбавляют и дают настояться.

Евгений вспомнил, что во время поездки по Луанде видел на крыше одного дома огромные рекламные буквы «Кука». Значит, это о пиве? Дом, высокий и когда-то очень приличный, теперь выглядел совершенно облезшим и был почти до середины первого этажа завален мусором. Но часть квартир в этом доме занимали советские специалисты. И как они, бедняги, там жили?

Он вспомнил и рассказал забавную историю, связанную с употреблением пива в Лубанго. Купить хмельной напиток господам советникам было очень легко, особенно, если они уже ухитрились продать несколько «Командирских» часов и запаслись местной валютой — кванзами. Трудность заключалась в том, что по одной-две бутылки его не продавали, только ящиками. Но для того чтобы купить ящик с полными бутылками, нужно было сдать такой же ящик, с бутылками пустыми. У пивоваров наблюдался перманентный дефицит тары. И вот все старались раздобыть вожделенные ящики правдами и неправдами. Более того. Когда кто-нибудь из специалистов уезжал в Союз насовсем, он дарил свой ящик самому близкому другу как драгоценность.

Посмеялись на эту тему. Потом помолчали, и тишину лишь изредка прерывало шипение очередной вскрытой банки. Неожиданно Сидихин спросил совершенно равнодушным тоном, даже не повернув головы:

— Василича давно видел?

Евгений понял, что речь идет о Симонове.

— Вчера, — сознался он. А чего скрывать, если сам шифровку экс-майора в Луанду передавал?

— И когда следующая встреча? — тем же тоном осведомился Герман.

— Завтра.

Сидихин с довольным видом потянулся.

— Хорошо у вас здесь, черт побери! Так бы и остался на недельку! — и добавил без паузы: — Вместе на встречу поедем.

Евгений возражать не стал. Вместе, так вместе. Ему еще предстояло выпросить «лендровер» у комиссара.

Остаток дня прошел незаметно. Герман во внутренние дела кубино-советского отряда не лез, вел себя, словно приехал на отдых: с аппетитом пообедал, похвалив стряпню кубинских кулинаров, после обеда подремал пару часиков в приготовленном для него номере, потом попросил сводить его на океан. Отправились вместе с Тибуроном и парой вооруженных солдат. И опять Евгений свою группу не стал тревожить. Ну, прилетел офицер из Луанды с инспекцией, что из того? Как прилетел, так и улетит!

Парни, хорошо знавшие своего командира и чувствовавшие, как он напряжен, с вопросами не приставали, занимались делами и не высовывались.

На пляж Евгений, подумав, все же прихватил традиционную бутылку «Принца Чарли» и не менее традиционную гроздь бананов. Сидихин, узрев, что принес из своего номера Миронов, хмыкнул и удовлетворенно кивнул. А почему бы трем благородным донам и не выпить по несколько капель на берегу Атлантического океана? Тем более, вне службы.

Это они и проделали, предварительно окунувшись в соленые волны. Сидихин, несмотря на прошедшие с их первой встречи годы, был все так же узок в талии и широк в плечах, отчетливо мускулист. Ощущение внутренней силы, исходившей от него, со временем не только не смягчилось, но даже увеличилось. Серхио, с уважением поглядев на Германа, показал Евгению большой палец. А тот только отметил про себя, что шрамов у Юрия Германовича со времен операции в Перу немного прибавилось. Так ведь не в Сочи служил! У самого Евгения тоже на теле кое-что имеется.

Он все ждал, когда Сидихин заведет основной разговор, расскажет о предстоящей операции. И постепенно понимал, что не будет сегодня никаких серьезных разговоров. Может быть, завтра, после встречи с Симоновым. А пока следует по мере сил и возможностей развлекать гостя, позволить ему провести сегодняшний день в расслаблении и отдыхе. И Евгений с удвоенным усердием принялся подливать начальнику виски. Споить его и что-нибудь выведать в пьяном разговоре, он, разумеется, и не рассчитывал, помнил, как и в каких количествах должен уметь поглощать спиртное офицер-оперативник СОБ. Иногда работа требовала такого умения. Нет, он просто старался сделать Герману приятное. Ведь они живут в здешних райских условиях уже несколько недель, а Сидихин неизвестно из какой дыры прибыл в Анголу. Вот и пусть понежится.

Герман благосклонно принимал эти знаки внимания. Он действительно наслаждался выпавшим кратковременным отдыхом. Работа начнется завтра, со встречи с Алексеем Васильевичем Симоновым. А сегодня следует отдыхать, бездумно смотреть на океан да потягивать виски. Жалко, что льда нет, но и так сойдет. Ребята, похоже, обжились здесь капитально, жаль будет их выдергивать из рая. Но ничего не поделаешь, служба. Дело им предстоит нешуточное, и все ли вернутся с него живыми — неизвестно. Как хорошо, что ему удалось убежать из Москвы на время всех происходящих событий! Смена политического руководства всегда чревата самыми тяжелыми и непредсказуемыми последствиями. Может быть, они и не будут кардинальными, но произойдут обязательно. И лучше поберечься, не садиться на карусельную лошадку, а посмотреть на аттракцион со стороны. Новый генсек начнет сразу же закручивать гайки и тасовать персоналии. Он человек хоть и мудрый, но решительный, мочалку жевать не станет. Может быть, об активном полковнике, находящемся где-то далеко, на другом континенте, в первое, самое опасное, время и не вспомнят. Очень вовремя подвернулась эта операция! Задумывалась давно, но конкретные детали еще предстоит проработать. И в темпе. Хорошо, что здесь группа Миронова. Опытные парни, а главное, удачливые! Тщательная подготовка операции — дело первейшей важности. Но когда присутствует удача — совсем хорошо. Сидихин не был суеверен в общепринятом смысле этого слова, но, как каждый человек рискованной профессии, верил в удачу. Есть такое драгоценное зернышко в душе — все будет получаться. Нет — будешь расплачиваться за успех потом и кровью. Не надо путать везение и удачу. Везение — это так, шутка природы. А удача заложена глубоко-глубоко, на подсознательном уровне. Если веришь в Бога, можешь считать, что за спиной стоит ангел-хранитель, который эту удачу и дарит тебе. Если не веришь — полагай, что удача твоя составлена из природных данных, приобретенных навыков и быстроты мышления и реакции.