Глаз ведьмы - Василий Веденеев

— Все верно, — она положила пустой конверт в сумочку и поставила ее на край стола. Интересно, сидящий напротив идиот что-нибудь заподозрил или ее маневры ему не удалось разгадать? Конечно, действует она весьма примитивно, но и Геннадий не гигант мысли.

— Удостоверилась? — издевательски ухмыльнулся он и глотнул коньяка из поданной официанткой рюмки. — Приличный коньячок. Давай, пей и пошли.

— Торопишься?

— Хозяин не любит лишнего ждать.

— Ничего, обойдется! — Тамара пригубила коньяк, но отставила рюмку и выпила минеральной, а потом неожиданно заявила: — Поскучай несколько минут в одиночестве.

— Ты куда? — вскинулся Геннадий.

Немного наклонившись к нему, Тамара трагическим шепотом объяснила:

— В туалет.

— Я провожу.

— Сама найду дорогу. Или ты хочешь вместе со мной зайти в дамскую комнату?

— Зачем, я подожду у дверей.

«Не выпустит, — поняла Тамара. — А встречаться с Хозяином мне явно не стоит. Что же делать, что?»

Надо как-то обмануть это животное, столь недвусмысленно намекнувшее, что нечего рыпаться, а лучше безропотно сложить лапки и следовать за ним с тупостью телки, которую ведут к мяснику. Здесь он не осмелится что-либо ей сделать. Хотя как знать? Скудные мыслительные способности зачастую порождают у таких, как Геннадий, чувство собственного неоспоримого превосходства и шалую храбрость, когда, будто пьяному, море по колено. Ну, хватит рассуждать, нужно поскорее решаться, не то будет поздно.

— Хорошо, пошли! — Тамара взяла со стола сумочку. — Постережешь мои деньги! — она издевательски захохотала.

Сидевшие за другими столиками повернули головы в их стороны, угадав назревающий скандал. Наблюдать за чужими скандалами всегда любопытно. А Тамара уже почти кричала:

— Ты пойдешь в дамский туалет, извращенец!

— Замолчи, дура! — он схватил девушку за руку и резко развернул лицом к себе.

И тут Тамару ударила его коленом в пах, вложив в этот удар всю силу. Она прекрасно понимала: если не удастся сейчас, не удастся уже никогда!

— О-у-у… — Геннадий захлебнулся криком и, согнувшись в три погибели, кулем осел на пол.

Не теряя времени, Тамара метнулась к дверям и выскочила на улицу. Куда бежать? За угол, чтобы скрыться из глаз!

— Стой, стой! — она отчаянно замахала рукой проезжавшему мимо такси, но пожилой водитель даже не повернул голову в ее сторону.

Зато буквально через пару секунд притормозил далеко не новенький «москвич» с кудлатым парнем за рулем.

— Девушка, вам куда?

— В Сокольники, — не думая выпалила Тамара первое, что пришло на ум. Инстинкт подсказывал: заметай следы, не рвись сразу туда, куда тебе нужно. Если начнут искать, то могут добраться и до водителя, подхватившего тебя у кафе.

— Садитесь. Как поедем?

— Быстро, — улыбнулась Тамара, внутренне еще вся дрожа от пережитого. Она даже не предполагала, что способна на такие подвиги.

— Понял.

Кудлатый начал выжимать из «москвича» все его оставшиеся лошадиные силы…

Когда у Геннадия немного прояснилось в голове и боль в низу живота отпустила, девчонки уже и след простыл. В этом он убедился, выскочив из кафе и, как бешеный кобель, потыкавшись в разные переулки и закоулки. И правда, что же она, совсем дура ждать, пока он оклемается и потащит ее к Хозяину?

Следом за Геннадием из кафе выбежала официантка и начала вопить, что он хочет скрыться, не заплатив по счету, и он не глядя сунул ей сто долларов. Сейчас не до того, чтобы считать деньги, — нужно думать о своей забубенной головушке и находить оправдание допущенному просчету. Естественно, Хозяин и не думал встречаться с Тамаркой: на кой ляд она ему сдалась, когда дело сделано? Геннадий должен был под благовидным предлогом отвезти девушку за город и там пустить ей пулю в затылок. Доллары, якобы заработанные Тамарой, являлись задатком Геннадию за совершенное убийство. Но хитрая бестия обманула его, безошибочно почуяв нависшую над ее головой опасность.

Как теперь сказать Хозяину, что все сорвалось и девка сбежала? И не звонить нельзя — начнут искать и, когда найдут, точно не помилуют.

Геннадий вытащил из перчаточного отделения машины мобильный телефон и заставил себя набрать номер.

— Алло? — трубку взял сам Хозяин.

— Это я. — Геннадий облизал пересохшие губы.

— Все?

— Все только начинается.

— Не понял?! — в голосе Хозяина послышались металлические нотки: в делах подобного рода он не терпел шуток.

— Она сбежала, — решившись, выдохнул Геннадий.

Ответом ему было гробовое молчание. Видно, Хозяина настолько потрясло сообщение, что он на время лишился дара речи.

— Как это произошло? — наконец проговорил он. — Она что, сразу?

— Нет, в кафе. Двинула мне по яйцам и наутек.

— В кафе? Что ты там делал, решил за ней приволокнуться?

— Да нет же, нет! Она устроила истерику…

— Ладно, — оборвал объяснения Хозяин. — Ты где сейчас? Ага, понятно… Через полчаса подскочи к Чистым прудам, я подъеду и поговорим. Знаешь кафе «Ностальжи»? Встань около него.

В трубке запикали гудки отбоя. Геннадий сложил ее и бросил на заднее сиденье. Кажется, Хозяин не намерен снимать с него голову? И то хлеб…

На Чистые пруды он приехал раньше срока и успел выкурить пару сигарет, пока не появился знакомый светлый «мерседес». За рулем сидел неизвестный плотный мужчина, а сам Хозяин развалился на заднем сиденье.

— Растяпа, — недовольно бросил он подбежавшему Геннадию. — Садись, поехали!

— Куда?

— Делать дело! Садись!

Геннадий покорно сел. Коли ты провинился, лучше не спорить, иначе потом денег не видать, как собственных ушей без зеркала. Эту простую истину он усвоил давно и крепко.

— А машина?

— Потом заберешь, — небрежно отмахнулся Хозяин. — Я за тебя работать не собираюсь, понял?!

— Да-да, — поспешил согласиться Геннадий. Чего зря злить тех, у кого власть и деньги?

— Она сейчас в Лосинке. Подъедем туда и пойдешь вот с ним, — Хозяин показал на спину водителя, — чтобы тебе еще раз не врезали по гениталиям. Потом получишь деньги и отчаливай. Когда понадобишься, дадим знать.

— Откуда известно, что она в Лосинке? — осмелился задать вопрос Геннадий. Действительно, откуда это может быть известно Хозяину, не ясновидящий же он?

— Техника, — усмехнулся сидевший за рулем мужчина. — Ей вставили в сумку маячок, а дура даже не подозревает об этом.

Дальше ехали молча. Хозяин мрачно курил и глядел в окно. Геннадий украдкой потрогал рукоять спрятанного в подмышечной кобуре пистолета и подумал: если бы знать наперед, как все случится, он замочил бы Томку прямо в машине — плевать, потом помыл бы салон. Зато никаких хлопот, а уж за город как-нибудь да выскочил бы или свалил бы тело в тихом переулке.