Где дом твой, киллер? - Александр Койфман

— На иврите, но с акцентом. Арабы, наверное.

— Еще хуже. Подумают, что теракт. Пресса раззвонит, приставать начнет. Нам это нужно?

Лола опять повторяет:

— Как ты можешь так говорить? А с этими что?

Показывает на лежащих бандитов.

Генри, совсем равнодушно:

— Ничего. Приедет твоя полиция, заберет их. Очухаются.

Две полицейские машины резко тормозят рядом с Генри. Двое полицейских выскакивают из первой машины. Смотрят попеременно на лежащих бандитов и на Генри.

Первый полицейский подходит к лежащим бандитам, рассматривает их, потом смотрит на лежащие рядом с ними ножи.

Второй полицейский, недоуменно (на иврите):

— Что здесь случилось?

Генри, спокойно (по-английски):

— Вот эти пристали к нам с ножами. Потребовали бумажники. Видите, ножи валяются. Плащ мне изрезали и пиджак испортили.

Второй полицейский смотрит на Лолу. Она поясняет ему:

— Он из Германии, иврит не знает.

Переводит Генри.

Второй полицейский:

— Ваши документы.

Лола вынимает из сумочки и подает теудат зеут. Генри молча подает полицейскому свой германский паспорт.

Еще один полицейский, вероятно офицер, не спеша выходит из второй машины:

— Что у них тут?

Второй полицейский докладывает:

— Вот этот немец говорит, что на них напали бандиты с ножами, порезали ему плащ. И он их пришиб немножко.

— Что за хрень? Как он мог уложить мордой в асфальт двух бандитов. Ты спросил его?

— Да он иврит не понимает. Как я его спрошу? Он, кажется, на английском говорит. Документы я проверил, вот они у меня.

Офицер обращается к Генри на английском:

— Сэр, не объясните мне, что произошло?

— Мы с Лолой искали, где поставили машину. Немного запутались. А тут эти наскочили, стали требовать деньги, угрожать ножами.

— И что дальше?

— Ну, я их и уложил аккуратно, чтобы случайно не убить. Но они мне плащ порезали, придется новый покупать.

Второй полицейский услышал слово «плащ» или догадался, ворчит:

— Вот, настоящий немчура. Его могли убить, а он о плаще беспокоится.

Лола, вопросительно глядя на офицера:

— Господин офицер, мы можем идти? Мы уже опаздываем на ужин.

— Придется подождать. Сейчас приедет следователь. Я ему доложу, и он примет решение. А я пока запишу ваши адреса и телефоны.

— Господин Генри Полонски здесь отдыхает. Приехал на короткое время. Проживает у меня. Так что можно записать мои данные. Если он потребуется следствию, я ему передам приглашение.

— Хорошо. Адрес я уже записал, дайте ваш телефон. Не волнуйтесь по поводу задержки. Без нас вы снова запутаетесь в этих переулках, а мы вас до машины подбросим.

Следователь подъехал почти сразу. За ним из машины вышел фотограф. Офицер отошел со следователем в сторону, пересказывает ему версию Генри.

Следователь говорит с Лолой и Генри. Фотограф фотографирует все подряд: лежащих на асфальте бандитов, Генри и Лолу, отдельно плащ на руке Генри и плащ, развернутый так, что видны порезы.

Следователь вежливо отпускает пострадавших, но говорит Лоле:

— Вы можете идти. Но завтра мы вызовем вас в полицию, нужно записать все детально.

Офицер приглашает Лолу и Генри в машину:

— Я представляю, где ваша стоянка. Будем там через пять минут.

20:40. Кафе «Sus Etz» на улице Шенкин.

За столом Илона, Эйтан, Лола, Генри и Оксана.

Лола энергично рассказывает о приключениях. Илона и Оксана время от времени ахают. Эйтан с удивлением посматривает иногда на Генри.

Генри сидит молча. Левая рука перевязана, спрятана под пиджаком, взятым Илоной у Эйтана, и который Генри явно маловат.

Эйтан, тихо:

— Вы служили в армии?

— Нет, не пришлось. У нас армия вся по контракту.

— Но тогда, как удалось справиться с ними?

— Я в молодости спортом много занимался, в том числе карате два года. Не думал, что когда-нибудь пригодится.

Лола удивляется:

— Главное, как Генри спокоен был все время. Я потрясена.

Оксана смеется:

— Да он вообще почти всегда спокойный. Даже тогда, когда я его ругаю.

Генри взмолился:

— Может быть перестанем обсуждать этот инцидент?

— Ладно. Оксана сказала мне, что вы, Генри, почти весь участок привели в порядок?

Генри что-то отвечает.