Карьерист. Трилогия - Антон Фарутин

— Да, дорогой Дэмиан. Вы обязательно увидите сегодня Энрике. Он просил, чтобы я привезла вас вечером на одно из наших производств.

— А почему вечером? Это будет достаточно удобно?

— Не волнуйтесь, — ответила Натали. — Здесь в Боливии, многие дела решаются после заката солнца. Когда на улице не так жарко, мозг работает лучше.

С этим было трудно не согласиться. Демьян здорово утомился сегодня днем. Несмотря на прохладный воздух в машине, он сильно уставал во время коротких вылазок по осмотру вилл. Возможно, его организм еще не адаптировался в полной мере к горному климату, а возможно это была обычная реакция на палящее солнце.

В южных странах по этой причине часто устраивают дневную сиесту, а государственные и муниципальные учреждения часто работают ночью. Боливия была одновременно и южной и горной страной, здесь были свои правила.

Вернувшись в гостиницу, Демьян снова принял душ. Затем он прилег на кровать, чтобы немного отдохнуть перед вечерней поездкой и моментально уснул.

***

Звонок телефона вырвал его из сладкого забвения. Оказывается было уже восемь часов вечера и Натали ожидала Демьяна в холле. Демьян удивился как Натали удается так хорошо выглядеть при столь плотном рабочем графике. Несмотря на позднее время она была свежа и улыбчива, хотя Демьян был уверен, что сеньор Мартинес всех своих сотрудников держит в постоянном тонусе и Натали не была исключением.

Они сели в машину и Демьян узнал Гонсалеса, который видимо был личным шофером Натали. Тот резко нажал на педаль газа и машина рванулась сквозь ночь, вырезая из нее яркими ксеноновыми фарами куски дороги.

«У богатства есть свои прелести», — подумал Демьян откидываясь на удобное кожаное сиденье автомобиля. — Но и вкалывать этим ребятам тоже приходится не мало».

Через полчаса машина подъехала к высокому белому забору, обнесенному сверху клубками колючей проволоки. У ворот на кронштейне была хорошо заметна огромная видеокамера в защитном металлическом кожухе. Гонсалес моргнул фарами, и их незамедлительно пропустили на территорию. Здания цехов представляли собой светлые одноэтажные корпуса, правда некоторые из них были довольно высокими. Над крышами виднелись десятки больших и малых труб, из которых струился белый пар. Фабрика гудела.

Войдя внутрь, Демьян сразу увидел Энрике, которого сопровождал какой-то мужчина в светлом комбинезоне. Тот шел в накинутом на плечи белом халате и смешной белой кепке с коротким козырьком на голове. Впрочем ему самому вскоре выдали точно такую же кепку и белый халат с логотипом Биотек Фармасьютикалс.

— Добрый вечер, Дэмиан. Добро пожаловать на наше маленькое производство.

— Здравствуйте, Энрике.

— Это сеньор Гомес, наш технический директор, — представил Энрике мужчину в комбинезоне. — Впрочем, я думаю мы отпустим его пока, а я сам покажу вам наши производственные мощности.

Сеньор Гомес уважительно поклонился и пошел проверять работу ночной смены, в то время как Энрике повернулся и пошел по проходу в сторону большой двери с надписью «Склад». В этом небольшом, но очень энергичном человеке чувствовалась большая способность повелевать людьми, его движения были плавными, но очень уверенными. За таким человеком хотелось идти куда бы он ни шел, и Демьян поддался этому ощущению.

— Здесь находится склад ингредиентов, — показал Энрике на высокие многоярусные стеллажи с крупными разноцветными ярлыками. — А вот там дальше расположен склад упаковочных материалов, пойдемте кстати посмотрим пару новых образцов.

Энрике пошел в сторону ярко освещенного помещения, где несколько рабочих с трудом катили огромную бобину с упаковочной пленкой. Увидев хозяина, все трое уважительно поздоровались. Демьян отметил, что сеньор Мартинес, несмотря на свой высокий статус, держится дружелюбно и общительно. Сейчас в нем не было того несколько высокомерного Энрике, что запомнился Демьяну по вечернему приему на званом ужине. Сейчас он представал в новом качестве — трудолюбивого профессионала, знающего и любящего свое дело.

Шум в этом помещении был больше обычного, очевидно за стеной находилось какое-то оборудование, которое создавало постоянный мерный гул. Иногда что-то ритмично стучало и Демьян предположил, что это пресс или аналогичное оборудование, которое мерно штампует какие-то упаковки. Они подошли к бобине и Энрике попросил снять с нее защитную пленку. Взявшись за край, он вместе с рабочими вытянул несколько метров упаковочной фольги и внимательно ее рассмотрел. Затем обернулся и кивком подозвал Демьяна подойти ближе:

— Новый способ печати, — чуть повысив голос прокричал Энрике, перекрикивая фабричный шум. — Ротогравюра. Мы недавно решили перейти на нее, потому что теперь можем использовать до девяти цветов сразу. Рисунок получается значительно более живой!

Затем он ткнул пальцем в какой-то элемент дизайна и вновь повысив голос, добавил:

— Вот тут смотрите внимательно. Видите цвета немного наползают друг на друга?

— Да, — сказал Демьян, с трудом разглядев на рисунке отклонение в пару миллиметров.

— Надо будет поставщику показать, чтобы в следующем тираже исправил!

Энрике жестом показал рабочим, чтобы ему отрезали кусок фольги с дефектом. Сложив образец пополам, хозяин убрал его в карман халата:

— В нашем бизнесе мелочей нет! На первый раз накажем поставщика скидкой, а если повторится, то завернем всю партию назад. Хотя четкость картинки мне понравилась!

— Ага, — Демьян лишь энергично кивнул, понимая что перекрикивать шум не имеет смысла.

Было очевидно, что Энрике знает на своем производстве каждый винтик. Он ходил туда и сюда, от станка к станку, из цеха в цех. Рабочие и мастера ночной смены видимо давно привыкли к подобным визитам своего босса и не отрывались от своей работы. Иногда Энрике подходил к сотрудникам и о чем-то коротко расспрашивал их. Демьян попросту следовал за ним по пятам и старался запомнить как работает тот или иной механизм. Это было действительно очень интересно и экскурсия произвела на него должное впечатление. Все двигалось, шумело, стучало, переливалось в емкости, двигалось по транспортерам, штамповалось, упаковывалось и снова двигалось, двигалось и двигалось. На погрузочную площадку то и дело въезжали разные машины — одни разгружались, другие напротив забирали готовый товар. Кругом сновали электропогрузчики, перемещая обтянутые стрейчем паллеты с коробками. Непрерывный конвейер империи Энрике Мартинеса работал даже ночью, впрочем как и сам Энрике.

В какой-то момент Энрике сказал, что ему надо срочно принять участие в совещании, а Демьяна он распорядился отвезти в гостиницу. Была уже поздняя ночь и голова мало что соображала от избытка впечатлений за день и мерного гула большого производства.

В машине Демьян немного подремал и полусонный вернулся к себе в номер. Его мозг пытался еще над чем-то думать, но сон брал свое. Толком поговорить с Энрике опять не удалось и Демьян понял, что решить вопросы по-быстрому видимо не удастся. Распорядок жизни местного партнера и странная рутина его поручений медленно, но верно затягивали процесс решения вопросов.

С другой стороны Демьян не мог не отметить, что эта новая и весьма странная жизнь, которая незаметно засосала его в себя, начинает ему нравиться. Засыпая, он чувствовал огромную усталость от прошедшего дня, но одновременно испытывал большое удовлетворение. За один день с ним произошло так много разных событий, что картинки ярких воспоминаний тут же наполнили собой его разум и Демьян Петрович вновь мгновенно забылся в сладком сне.

ГЛАВА 6. ЧЛЕН СЕМЬИ

Энрике Мартинес стоял у окна своего кабинета и задумчиво смотрел на восходящее солнце. Он привык вставать рано, с первыми лучами светящегося диска. В детстве у него не было возможности подолгу нежиться в теплой постели, потому что у него не было ни постели, ни самого детства.

Мать Энрике была индейкой племени Аймара, того самого племени из которого происходил нынешний президент