Удавка для опера - Владимир Колычев

И снова повез его поезд в Семиречье. И опять он вернулся оттуда с полным рюкзаком. Но жизнь скромного подпольного миллионера его уже не прельщала. Он развил бурную деятельность. Воплотил в жизнь план, который вынашивал в голове все эти годы. Он собирался взять месторождение в долгосрочную разработку, выкачать из него все золото. Раньше это не представлялось возможным. А в начале девяностых, во времена всеобщего хаоса, возможно было все…

Целый год он собирал вокруг себя стоящих людей, воспитывал их, подминал под себя, проверял на вшивость. И только когда понял, что его не предадут, выехал в Сибирь. Поселился в Семиречье. Прописался там. И начал тайную свою деятельность.

Золото само шло в руки. Его добывали, в самодельных печах отделяли золото от серебра, формировали в слитки. Дело встало за сбытом. Но и тут Нырков выкрутился. Нашел нужных людей в высших эшелонах власти, заручился их поддержкой. Ему создавали «дыры» в таможенном пространстве. Золото уходило за границу. Там же и оставались деньги за товар, оседали на заграничных счетах.

Но всему хорошему когда-нибудь приходит конец. Поверхностные залежи золота начали иссякать. И приходилось ввозить далеко-далеко в тайгу специальную технику для глубинных разработок. Дело снова пошло на лад…

Два года назад месторождение выработалось почти полностью. Но работы не свернули. Их просто перенесли в другое место. Вовремя нашли еще одно месторождение, не столь богатое, но золота в нем было очень много. Потом нашли еще одно. И еще… Но все три месторождения находились далеко от города. Вдали от населенных пунктов.

Затем нашли еще одно месторождение. Очень богатое. Но оно находилось совсем рядом с Семиречьем, всего в пятидесяти километрах в глубь тайги. Крохотные таежные поселения, охотники, грибники, ягодники, просто любители природы. И не дай бог кто забредет в эти места, увидит разработанный рудник, технику, людей. Хорошо, если работы примут за государственные разработки. А если нет? Если начнут совать нос не в свое дело, искать правду? Тогда могут возникнуть очень большие проблемы.

Нырков опутал своей паутиной все Семиречье, его люди влезли во все сферы жизнедеятельности города. Как некогда у всемогущего КГБ, у него везде были свои агенты. Вернее, не у него, а у Чусова — он отвечал за безопасность всего предприятия.

С выбором его мэром города Нырков стал здесь единственным хозяином. И недавно выделил средства на восстановление Гаврииловской часовни. Якобы для того, чтобы остановить нашествие нечистой силы. Чтобы люди вернулись в свои поселки, а охотники не боялись ходить в лес.

Нечистая сила… В окрестностях Семиречья бродили стаи волков. Волки необычные — все как на подбор сильные, зубастые. Охотничьи артели справиться с ними не могли. Убивали волков десятками. Но их только становилось больше…

А они просто не могли перевестись. Их разводили в специальных питомниках, специальными биодобавками стимулировали рост, силу, агрессивность. И памятью хищников манипулировали. Вводили в мозг шифр «свой — чужой». Чтобы волки не трогали своих…

Высочайшие покровители в столице, собственная мощная служба безопасности, полсотни вооруженных до зубов боевиков, управляемые стаи волков. Все это позволяло держать в секрете «золотую тайну». Но бдительность притупилась.

И если бы не случай, Чусов мог бы и не раскусить секретных агентов, под личиной монтажников прибывших в Семиречье. Впрочем, ничего бы страшного не произошло. Служба, которая послала к нему разведчиков, клюнула на приманку.

Спиртовой завод — не самый важный объект. В стране происходят криминальные события и покруче. Может быть, именно поэтому таинственная Служба послала сюда не самых лучших своих агентов. Спору нет, они профессионалы. И Вероника мастер своего дела. Только глупа. По-бабьи глупа. Ввязалась в историю с Лозовым. Чем себя и выдала…

История со столичным ментом — случай. Но случай этот наделал много хлопот. И в столице громыхало так, что только держись. Менты оказались хитрее всех. Ушли от Долговязого, добрались до Семиречья. Но увязли в ловушке — захватили спиртовой завод, усеяли землю трупами.

Теперь вся эта «гвардия» у него в кулаке.

Стоп! От нее нужно срочно избавляться. Завтра утром их всех должны будут переправить в область. А этого не должно случиться…

Нырков посмотрел на часы. Половина четвертого. Уже утро. Не поздно ли?

Нажрался он вчера как свинья. И совсем выбросил из головы указания человека, который прибыл от Долговязого. Весь день по пути на лесную заимку пьянствовал в машине. А вечером завалился спать. И все проспал…

Нырков потянулся к телефону. Надо срочно связаться с Чусовым. Он что-нибудь придумает. И Шамана тоже к делу подключить.

Золотоносный рудник, самый дальний и самый укрепленный. Колючая проволока, пулеметные вышки. И два десятка бойцов — все, что осталось от вчерашней бойни. И с ними Чусов и Шаман. Оба вчера геройствовали, штурмовали спиртовой завод. Едва ноги унесли. А Чусов вчера еще организовывал встречу с москвичами, с людьми от Долговязого. Нужно было ему ставить задачу насчет ментов и агентов, а не пьяному Матвею Даниловичу. Человек столько перенес. Стресс решил снять. А его загрузили…

Но, возможно, еще не поздно загрузить Чусова. Он в соседнем домике. Спит. Но пора просыпаться. И Шаману хватит спать. Не заработал…

* * *

Весь остаток позавчерашней ночи Рита не находила себе места.

Слишком поздно поняла она, что Рома и Вероника разыграли ее. Она обиделась и выскочила из машины. А они уехали. Потому что боялись брать ее с собой. Знали, на что идут…

Она слышала грохот канонады со стороны завода. Понимала, что там сейчас жарко. И очень волновалась, переживала за Рому. И за других. Только о Ныркове она не думала.

Нырков — преступник и негодяй. Рома обязательно разоблачит его и отдаст в руки правосудия.

Утром она проходила мимо отделения милиции. И увидела, как рядом остановились три микроавтобуса. Ей стало интересно. Она спряталась за угол дома. И видела, как из машин поодиночке выводят Рому, его брата, Веронику и еще каких-то мужчин. Все они были в наручниках. Значит, арестованы. И Рома арестован. А Ныркова среди них нет…

Вся местная милиция была собрана вокруг отделения. Весь день наблюдала Рита, как милиционеры с автоматами патрулируют здание. Боятся, что арестанты сбегут?

Только ночью Рита отправилась домой. Но утром следующего дня снова на посту. Простояла до обеда. И видела, как к зданию милиции подъезжает фургон с зарешеченными окнами. В таких машинах перевозят преступников. И еще одна машина, «Жигули* с мигалками. В ней три автоматчика.

Она видела Рому. Вместе со всеми остальными его сажали в фургон. Туда же сели и два вооруженных милиционера.

Машина тронулась и поехала. Рому увозили далеко-далеко. И она узнает, куда именно. Что бы с ним ни случилось, она больше не отречется от него.

Рита плакала, слезы застилали ей глаза. И она не увидела, как вслед за милицейскими машинами с места тронулась красная «Нива»…