Право имею - Вячеслав Базов

— Но ты и видел, как убили Ника, — напомнил Глеб. — Однако он…

— Снова скоро умрет, — перебил Леонид. Убрал пистолет в кобуру и успокоился окончательно, пригладил волосы. — Ладно, развлекайся пока. Но все в силе. И лучше тебе подключаться сейчас, пока я еще могу ввести тебя в курс дела.

Охранников отпустили, стоило Леониду выйти. Они, нехорошо поглядывая на Чертей, только отряхнулись и ушли, не ответив. В глазах читалось: «Ничего, скоро снова облажаетесь и тогда-то!» Все замерли на месте и молча слушали, как выезжала с двора машина босса. В это время только Тимур спустился и, пройдя мимо Евы и Ника, пока машина еще выруливала на дорогу, дошел до кухни и спокойно налил себе кофе. Глеб смотрел на него и думал, что Тимур уже совсем не мальчишка. И вытянулся он не за те пару недель, что его не было. Просто Глеб только теперь это заметил. Конечно, комплекции Ника или Глеба у Тимура еще не было, но выглядело так, словно он этой формы сможет за полгода добиться. Обычно близость смерти подстегивала заниматься усерднее.

— Значит, скоро хоронить придется меня. Если будет, что хоронить, — спокойно произнес Ник. Но хорохорился он так же, как и Глеб, улыбка не желала оставаться на его лице, норовила сползти.

— Он мог соврать, — попробовала Ева. Ник отмахнулся:

— Да подумаешь. Мы стольких убили, что… Глеб, скольких?

— У меня сто шесть, — отозвался Глеб и только после этого понял, что Ник впервые с прошлого задания заговорил с ним. Словно простил. Это отчего-то больно резануло — Глеб не знал, как можно его прощать.

— Девяносто три, — Ник вошел в кухню и быстрым движением вдруг глянул на каждого, словно пересчитал. Глеб даже напрягся на секунду, но Ник тут же вернулся к прежнему себе. Чуть более безопасному.

— Почему ты отказался? — подала голос Ева. — Сделал бы вид, что согласен. Отпустил нас после того, как он умрет и…

— Выглядит так, будто я собираюсь вас отпускать? Троих профессиональных убийц и девушку, которую обучили пользоваться своей способностью?

— Кристину? — переспросил Тимур.

— Она опасна, — кивнул Глеб. — Чуть ли не более опасна, чем вы. Это все равно, что бойцовскую собаку с поводка спустить. Нет, я бы оставил все, как есть.

— А знаешь, почему он отправил тебя на это задание? Почему выбрал тебя теперь? — спросил Ник, садясь напротив. Глеб посмотрел на него так, словно вопрос был риторический: «Потому что Тимур мал, Ева тут недавно, а ты еба**тый. Хватит искать двойные смыслы». — Он же проверял тебя. Он знал, что она тебя узнает. И хотел знать, на что ты способен ради Чертей. Ради себя. Сорви крышу у меня — ты убьешь меня. Убежит Ева — ты найдешь ее и притащишь к нему. Приказал он запереть Тимура в подвале с пистолетом и прикованной жертвой — да, конечно, кого прикуем? По-моему, он сам охренел после того, как ты вдруг взял и отказался. Этого он не предвидел?

— Он же сказал. Глеб согласится. Просто ломается немного, — как-то разочарованно произнесла Ева, глядя в пол. Она стояла в дверях, прислонившись к косяку. Глеб покрутил чашку, в которой кофе оставалось на глоток, спросил:

— А куда я денусь?

— Тогда почему ты отказал? Цену себе набиваешь? — продолжила Ева.

— Потому что не хочу. Это как смерть — ты можешь отказаться, ты можешь не хотеть, но кто ж тебя спрашивает.

— То есть очкарик будет у нас за главного? — усмехнулся Ник и тут же снова поблек, вспомнил. — Как же круто, что я не доживу.

Глеб запустил в него куском хлеба со стола, попал в висок. Буквально два часа назад после такого могла бы завязаться драка, сейчас же Ник просто швырнул кусок обратно, и Глеб поймал его во воздухе. Обратно на тарелку положить было нельзя, пришлось сверху накрыть ломтиком сыра и есть, хотя кусок в горло не лез.

— Что делать будем? — грустно спросила Ева.

— Найдем моих братьев и убьем, раз уж вы снова меня слушаетесь, — быстро ответил Глеб, словно только этого вопроса и ждал. — Не знаю, как им удалось сбежать. Надо вернуться в город и попробовать отловить их вне дома.

— Это месть? — Выглядело так, словно Ева просто уточнила. Они уже давно выяснили, что нет.

— Да. За тех мальчишек, что они убили. Разве не этим занимаются Черти? — невозмутимо напомнил Глеб. Ева показно хмыкнула и пошла собираться. Ник быстро поднялся и отправился следом. Глеб не спешил — повернулся к сидящему за столом Тимуру и негромко спросил:

— Ты хочешь поговорить?

— Да. Когда к этому привыкаешь? К тому, что надо убивать… К тому, что в тебя стреляют и тоже могут убить. Что ты с ними один на один и если что друзей у тебя и нет, чтобы спасти.

— А к нам ты через сколько привык?

— Так и не привык, — мрачно признался Тимур, глядя в стол и разминая в руках хлеб. Глеб пожал плечами:

— И к этому так и не привыкнешь. Но это обычно не длится долго.

— Да ты просто бесишься, что меня на твое место поставили! — сорвался Тимур, вскочив из-за стола. Глеб посмотрел на него серьезно:

— А что я не так сказал? Можно либо как Ник плевать на все и ловить кайф с того, как и кого убивать. А можно продолжать себя жалеть.

— Ага, а можно забить на все и следовать правилам, как ты! Оправдываться тем, что тебя заставили! Что у тебя нет выбора!

— Он есть у тебя? — Глеб говорил по-прежнему спокойно.

— Есть! Я бы ее убивать не стал. Я бы ей объяснил, что моя жизнь зависит от того, чтобы она молчала! Она бы поняла, раз любила тебя! Сколько людей знают, что вы Черти и что такое Черти?! Вот эти вот мордовороты, что с ним были, знают же, куда ездят. И ничего! Их никто не мочит! Инструкторы наши! Не знают, кого обучают?! Доктора не просекли, кого лечат? Ну ладно, даже если и не просекли. Остальные-то?! Остальные! Черти стоят этого всего?! Правда?! Семь лет прошло, она тебя перешитого и в маске узнала. Понимаешь?! Родная мать бы не узнала, а она узнала! Ты хоть понимаешь, или давно труха уже внутри вместо человека?! А ты сам! Без колебаний. Даже Ника не попросил!

— Он не стал бы стрелять, — перебил Глеб. — Никто бы не стал. Я должен был сам.

— Кому должен?! Чертям должен?! Тебе убивать не нравится, да? Ты тут по долгу службы? Тебя заставили?! Прямо выбора не оставили? Что, если я