Десантники не сдаются - Сергей Зверев

Он сел в метро. Вагон был почти пустой, но Раздыхайло стоял, держась за поручни, застыв, как античная статуя, и пялясь бездумно в рекламу самого чисто чистящего порошка. И незаметно было, что его хоть в какой-то мере колышет окружающий мир.

Несколько остановок он задумчиво пялился на пролетающие в темноте размазанные огни туннеля. Потом осознал, что проехал свою остановку, пришлось выходить и пересаживаться на обратный поезд. Вернулся на две остановки. Пересел на другую ветку и, наконец, добрался до цели.

Выйдя из метро в шумный московский вечер, Раздыхайло огляделся мрачно. И двинул в сторону облюбованного им кафе «Каприз».

Обслуживала его та самая официантка, которой он накануне мерил ауру.

Она поздоровалась, кокетливо поправила пышную прическу и зачем-то проверила, застегнута ли пуговица на белой накрахмаленной форменной блузке.

— Как сейчас моя аура?

Раздыхайло рассеянно посмотрел на нее. Узнал. Взгляд его немного просветлел. Он провел руками, повторяя очертания вполне привлекательной девичьей фигуры. Сделал несколько пассов, прикрыв глаза. И сообщил диагноз:

— Истощилась.

— Почему?! — чуть не подпрыгнула девушка.

— Не знаю. Видимо, кого-то подпитывали своей биоэнергией. Всю ночь. Так бывает.

— Точно. Кровосос этот из меня все силы высасывает. И чего он мне… — Задумалась о чем-то своем. — А как бы мне подпитаться энергией? От кого? — томно и многообещающе посмотрела на ученого.

Тот вскользь взглянул на нее. Провел руками. И сделал заключение:

— От дуба. Это ваше дерево.

Выражение лица официантки стало кислым. Она пожала плечами и отчалила от столика, шепча себе под нос:

— Сам ты дуб.

Он начал потреблять пищу, как-то механически двигая челюстями, похоже, не ощущая вкуса еды. Запивал негазированной водой. Пару раз тянулся к мобильному телефону, но звонить не стал.

Без всякого аппетита доел второе блюдо. Потом все-таки решился взяться за телефон.

— Саша. Ну что, ты встречаешь груз? Не опаздывай… Хорошо, давай…

Позвонил по другому номеру.

— Когда ты будешь, Ник? Я сам не подъеду. Сашок заместо меня… Он встретит, груз на склад отвезет. Встреча, где договаривались. Чего в такой дыре? Чтобы не потерялись. И тебе по дороге все равно. Сами вы склад не найдете… Он там поблизости… Да ладно, не шуми… На склад все скинете… И сегодня обратно. Привет родному городу…

Раздыхайло просидел в кафе еще полчаса, задумчиво потягивая минеральную воду и иногда водя рукой, ощущая течение энергии. Подозвал официантку. Та надулась, смотрела на него подчеркнуто презрительно, но с некоторой надеждой.

— Счет, пожалуйста, — попросил он.

Он расплатился, округлив счет сразу на семьдесят рублей.

— До свиданья.

— Счастливого пути, — скривилась официантка и упорхнула к следующему клиенту. Раздыхайло озадаченно посмотрел на нее и его губы тронула легкая улыбка.

Он вышел на улицу. И неторопливо двинулся пешком. Солнце закатилось за дома, очертания предметов приобрели вечернюю четкость. Звенела гудками и моторами улица, переговаривались люди. Гремела из окон музыка.

Через пятнадцать минут он подошел к подъезду, в котором снял квартиру после того, как хуже горькой редьки надоела стерильная и скучная гостиничная обстановка, приложил магнитный ключ к гнезду.

— Подождите, пожалуйста, — подскочил к нему неопределенного возраста мужчина. — Ключ забыл.

— Что? — Раздыхайло кинул рассеянный взор на мужчину. — А, да, конечно…

— Вы здесь живете? — Мужчина не умолкал. Он, похоже, относился к общительным живчикам, обожающим доставать своим благодушием знакомых и незнакомых людей.

— Нет, квартиру снимаю.

— А я на девятом этаже. В прошлом году квартиру купил. Они тогда дешевле были. А сейчас такую уже не купишь…

Треща, как пулемет, туземец дошел до лифта. Гостеприимно распахнулись механические двери.

— Мне девятый, — снова напомнил мужчина. — Вам какой?

— Пятый, — рассеянно произнес Раздыхайло.

— Прекрасно… Меня зовут Виктор. — Он посмотрел ученому в глаза, и положил руку на плечо, когда они стояли близко друг от друга в тесном лифте. — Я хороший человек. Я очень хороший человек. Я ваш друг…

Раздыхайло попытался сбросить мягкой тяжестью навалившееся на него оцепенение. Но у него ничего не получилось…

* * *

Все предосторожности оказались излишними. Жертвы оказались натуральными лохами.

На голубом седане «Ниссан-максима» прибыло двое получателей. Они прождали с четверть часа. Пассажир курил, присев на капот. Водитель сидел за рулем, распахнув дверь, и время от времени озирался.

Наконец, послышался рев. Обогнув вставший на вечный прикол ржавый автобус, на пятачок въехал «КамАЗ» с тентом. Номера были военные.

На асфальт из кузова выпрыгнуло двое охранников с помповиками, которые начали бестолково озираться и изображать активную деятельность. Кабан с первого взгляда определил, что охрана наемная, профессиональной работе не обученная и единственно озабоченная тем, чтобы пустить клиенту пыль в глаза. Из кабины вылез высокий сухощавый мужчина в коричневом костюме и при галстуке.

— Чудо. По трассе переть на грузовике через всю Россию в таком виде. — Кабан навел на обладателя коричневого костюма бинокль.

— Урод, — согласился Лось.

Охранники продолжали вести себя как полные лохи. Теперь они стояли, расставив широко ноги и пялились куда-то перед собой, не слишком обращая внимания на окружающее.

— «Синица», «коршун», вперед, — произнес в эфир Кабан. — Начинаем…

На дороге появился неторопливый «жигуленок»-«Семерка». Неожиданно он резко набрал скорость и свернул в сторону пятачка. Затормозил. Из него выпрыгнули двое с автоматами. С другой стороны показались еще двое — Афган и Сутулый, до того мирно сидевшие в дренажной трубе.

— Оружие на землю! — скомандовал Афган, выразительно взмахнув автоматом Калашникова с укороченным стволом. — Быстро!

Как-то медленно, неохотно, без интереса один из охранников, по виду явно кавказец, стал поднимать помповик. Не успел. Хлопнул выстрел, и охранник как кегля повалился со стуком на землю. Его напарник, взглянув на него вскользь, бросил на землю свое оружие. Остальные послушно подняли руки.

— Из машин вон! Тихо, чтобы нас не нервировать! — прикрикнул Афган.

Водитель нехотя покинул «КамАЗ». К этому времени куда более расторопный шофер «Ниссана» уже стоял, вздернув повыше руки, чтобы, не дай бог, никто не заподозрил его в агрессивных намерениях.

— Поехали, Лось, — велел пахан.