Обратный отсчет - Лев Пучков

— Есть! Такая страшная аллергия — просто ужас!

— Тем хуже для вас. Говорят, вы не тот тип, которого побоями можно склонить к даче показаний. Изощренно пытать вас — времени нет. Так что колоть все равно придется…

* * *

В процессе непринужденного дорожного общения выяснилось, что ехать надо прямиком на дачу Доценко — в Лесной городок, что за Одинцовом.

Так и сделали.

На даче была охрана, подвал, сюрприз и сенсация.

Охрана была представлена парным суточным постом из состава третьего отдела СБ «РОСГАЗа», который как раз и занимался разными приватными делами. Дабы избежать ненужных жертв в самом конце разработки, Петрушин с видимым наслаждением рявкнул в мегафон:

— Операцию проводит Исполком Государственной комиссии по борьбе с коррупцией! Любой, кто не сдастся в первые десять секунд, будет убит на месте!!!

Ну и сдались — даже не в десять, а с ходу. Пацаны неглупые, понимают, что против Системы не повоюешь.

Подвал был оборудован для содержания людей: четыре небольшие зарешеченные камеры на два человека, одна большая на восемь. В большой сидели какие-то два типа, вполне приличной наружности, — потом надо будет разобраться, кто такие.

В роли сюрприза выступил Володя Кудрин. Когда вломились, он как раз ремонтировал в гараже машину под присмотром одного из охранников. На ногах у мастера были хромированные кандалы фашистского производства, но оказалось, что по факту это всего лишь бутафория.

— Я их в первый же день расколупал, — радужно улыбаясь, сообщил Володя. — Думал, как заснет сторож — убегу. А они на посту не спят, гады!

Собственно обыска не было: «поплывший» Николай показал место «схрона». В схроне обнаружили «страховку» (выражение Николая): целую кучу видеокассет, флэшнакопители и папку с документами.

Собственно, это и была сенсация: папка и видеокассеты…

Часа через три, уже в половине первого ночи, Витя позвонил Сенковскому по «экстренному» номеру, полученному от Николая.

— Извините, что так поздно, Лев Карлович…

— Я не понял — вы кто такой? Откуда у вас этот номер?!

— Вас беспокоит председатель Госкомиссии по борьбе с коррупцией.

— Так… Вот так новости…

— Зовут меня Виктор Николаевич.

— Очень при… Хотя какой тут, к черту, «приятно»! Ну и что вы хотите?

— У меня для вас две новости…

— Прекратите паясничать! Говорите толком, что вам нужно!

— Плохая новость: вам придется подыскать себе нового начальника СБ. Потому что человек чисто физически не может совмещать отбывание пожизненного заключения и руководство охраной такой империи, как ваша.

— Я не понял… Это что, шутка такая?!

— Это не шутка, Лев Карлович. Хорошая новость: стреляться не надо, мы люди приличные, есть тема для беседы.

— Какая у нас с вами может быть тема? О чем вы говорите?!

— Может, Лев Карлович, может. Я как раз сейчас смотрю такой интересный видеофрагмент… Алло, Лев Карлович, вы меня слышите?

— Какой еще фрагмент? — Голос Сенковского мгновенно охрип и сел на два тона. — Где вы его взяли?

— Взяли в тайнике у вашего начальника СБ. У него есть такая странная привычка — собирать всякую дрянь и прятать в норку… А суть фрагмента такова: один пожилой, но еще крепкий и стройный мужчина оказывает знаки внимания некоей юной леди. Ммм… Они не совсем одеты…

— Прекратите…

— А еще в тайнике оказалась папка с некими интересными документами… Тут копии: свидетельство о рождении, экспертиза ДНК, экспертиза по отцовству…

— Хватит!!! Я прошу вас… Что вы хотите?

— Давайте так: я завтра подошлю к вам моего директора. Он вам кое-что покажет и в общих чертах обрисует ситуацию. Когда вам удобно?

— Когда — мне? Вы еще спрашиваете, когда мне удобно?

— Не надо так убиваться, Лев Карлович! Все в порядке, вы живы, ситуация вполне решаема… Так когда?

— Ну… Пусть к одиннадцати подъедет. Я буду ждать.

— Хорошо, как скажете. Да, хочу напомнить, Лев Карлович…

— Что еще?

— Мы, Лев Карлович, не частное предприятие. Напоминаю: мы — Государственная комиссия. Человек, который к вам приедет, — директор Исполнительного комитета этой комиссии. Это на тот случай, если у вас по данному поводу возникнут некие интересные мысли. Я достаточно ясно выразился?

— Достаточно.

— Ну и славно. Спокойной ночи, Лев Карлович…