Два шага до катастрофы - Сергей Москвин

– Все верно: разрыв главной электрической цепи.

Халим открыл глаза. Доктор свернул экранное окно, потом подошел к спутнику и, выбрав из пучка тянувшихся к нему проводов один, к чему-то его подсоединил.

– Вот теперь бомба полностью готова к взрыву! – торжественно объявил он. – Тебе все понятно?

Халим судорожно кивнул. После устроенной Доктором демонстрации у него совершенно не было сил, чтобы озвучить свой ответ словами. Доктор снисходительно улыбнулся:

– Через час за мной прилетит вертолет, я уже договорился. Улечу, и объяснять будет некому. На всякий случай я оставил в компьютере пошаговую инструкцию о том, как активировать бомбу.

Халим опешил: когда он успел договориться?! Ведь он безвылазно сидел в этом каземате! Ах да, у него же свой спутниковый телефон. К счастью, от объяснений с Доктором его избавил раздавшийся из-за двери голос Питона:

– Кеплаг! Тебе лучше подняться на мостик!

Уже когда Халим вышел из отсека, Питон шепнул ему на ухо:

– Звонил Хозяин. Сказал, дело срочное.

Хозяином он называл Абдуллаха. Интересно, что тому понадобилось.

Толстяк перезвонил через пять минут. Халим уверенно взял трубку спутникового телефона.

– Я слушаю, – как равный равному ответил он. Теперь, когда у него была атомная бомба, он действительно мог себе это позволить.

– Американцам откуда-то стало известно о нашем плане, – не тратя времени на приветствие, сообщил Абдуллах. – Они досматривают все суда, пересекающие их морские границы.

Халим побледнел – второй раз за сегодняшний день. Однако в голосе Абдуллаха не было паники. Толстяк явно знал, как справиться с возникшей проблемой.

– Но от оружия, ниспосланного нам Аллахом, нет и не может быть защиты. Мощь, заключенная в этой бомбе, способна превратить в руины города и целые страны за тысячи километров…

Халим мало что понял из сказанного, но решил дать выговориться Абдуллаху до конца.

– Наши лидеры отправили тебе по факсу координаты новой цели, – продолжал тот. – Взрыв бомбы в этом месте вызовет такое землетрясение, которое сравняет Америку с землей.

Халим поспешно включил судовой факс и, едва из аппарата выполз первый лист, с нетерпением выхватил его.

– Что это? – поинтересовался Питон.

– Конечная цель нашего маршрута! – возбужденно воскликнул Халим, сунув ему в руки полученный факс.

– Остров Мушир… Курильская гряда… – оторвавшись от бумаги, Питон поднял на него удивленный взгляд. – Значит, мы уже не идем в Сан-Франциско?

Халим с превосходством взглянул на него. Все, что известно Питону, это то, что захваченный спутник нужно доставить в указанное место. Больше он ничего не знает, поэтому умрет в безвестности. Как и все остальные, кто находится на борту. Зато он, Халим-Кеплаг, обессмертит свое имя в веках.

– К шайтану Сан-Франциско! Меняем курс!

* * *

Проснувшись на рассвете, когда Людмила еще крепко спала, Егоров встал с дивана, куда они перебрались, лишь окончательно расшатав кресло – Андрей подозревал, что ножки у кресла придется если не менять, то серьезно чинить. Стараясь не разбудить мило улыбающуюся во сне Людмилу, он прошел в ванную, наскоро принял душ и умылся. Отросшая за ночь щетина заставила несколько раз пожалеть об оставшейся дома бритве, но все равно не смогла испортить впечатления от прекрасного вечера и незабываемой ночи. Подмигнув в зеркало своему небритому отражению, Егоров вернулся в комнату и, взглянув на часы, поспешно включил телевизор, посмотреть который вчера ему так и не довелось. На экране промелькнула заставка новостей, после чего диктор назвал темы утреннего выпуска, упомянув и о проведенной накануне спецоперации ФСБ.

– Вчера в Москве сотрудниками столичного управления ФСБ была обезврежена находящаяся в федеральном розыске чеченская террористка Эльза Макоева, вдова известного полевого командира Магомета Макоева…

Егоров улыбнулся. В операции принимали участие только сотрудники управления по борьбе с терроризмом. Журналисты, как обычно, несколько исказили факты. Но для дела допущенная ими неточность значения не имела.

– Машина Макоевой была остановлена силами спецподразделения по борьбе с терроризмом на одной из московских улиц. В ответ на требование сдаться террористка ответила огнем и была уничтожена в ходе возникшей перестрелки…

Камера, демонстрирующая обстрелянную «Ауди», приблизилась к разбитому стеклу, за которым на переднем сиденье лежал труп Макоевой, но, щадя нервы зрителей, телеоператор не стал показывать прошитое пулями тело.

– Вместе с Макоевой в машине находился ее сообщник, который также оказал вооруженное сопротивление и был уничтожен в ходе спецоперации. Его личность в настоящий момент устанавливается.

На этот раз на экране все-таки появилось лицо убитого террориста.

– Граждан, которым что-либо известно об этом человеке или встречавших его, просят сообщить об этом по телефонам, которые вы видите на экране, – закончил комментатор.

Ниже посмертной фотографии террориста появились три телефона, включавшие номер дежурной части управления по борьбе с терроризмом.

– Почему «вчера»? И место показали совершенно другое?

Егоров обернулся. Людмила уже не спала и, застенчиво прикрыв грудь простыней, смотрела на экран.

– Так нужно для дела, – ответил он, указав взглядом на экран, потом пересек комнату и уселся на диван, рядом с ней. – С добрым утром.

– Чему ты улыбаешься? – Людмила испуганно провела рукой по лицу. – Я, наверно, ужасно выгляжу? Глаза опухли, да?

Егоров улыбнулся еще шире.

– Разве что губы.

Женщина потупилась.

– Не смотри на меня так, я стесняюсь.

– Стесняешься? Это мы сейчас исправим.

Резким движением он отбросил на пол простыню, открыв обнаженное женское тело, хранящее тепло постели.

– Прекрати. Что ты де…

Людмила не договорила. Вернее, это он не дал ей договорить. Ее дыхание сбилось. Андрей легко преодолел слабое сопротивление женщины. Она приняла его в себя и, вцепившись зубами в угол подушки, страстно застонала… Но даже любовная схватка имеет свой финал. Сильно выдохнув, Егоров упал на смятую простыню. Людмила в изнеможении распласталась рядом с ним, не в силах произнести ни слова. Несколько минут они лежали неподвижно, потом женщина слабо зашевелилась и открыла глаза.

– Мне так хорошо. Я как будто заново родилась на свет. – Она перевернулась на бок и нежно провела пальцами по мускулистой груди Егорова. – Я могу хоть что-нибудь для тебя сделать?

– Можешь. – Егоров улыбнулся. – У тебя есть бритва?

– Бритва? – удивилась Людмила. – Электрическая?

– Любая.