Неучтённый фактор - Олег Маркеев

Дмитрий позвонил в дверь. Подождал, пока Бетховен, шаркая тапочками, не подойдет к двери. Не подошел. Значит, никто его с пистолетом к спине к дверям не подвел.

Вставил ключ в скважину. Провернул то щелчка. Мягко толкнул ногой. И таким же замедленным движением приподнял пистолет на уровень талии.

Выждал четыре удара сердца и переступил через порог.

В полумраке витал густой шлеф ментола. Слабый свет шел из большой комнаты, там сипло дышал Бетховен.

– Опять приперло, Борис Борисович? – спросил Дмитрий.

– Д-х-аа, – прокряхтел спертый спазмом голос.

Щелкнул замок двери.

– Это никуда не годится! Вы нам живым и здоровым нужны.

Дмитрий повернулся, чтобы набросить цепочку на дверь.

Он почувствовал, как загустела темнота за спиной, дыхнула в затылок жарким дыханием зверя, изготовившегося к прыжку.

– Не стреляй, Странник! – успел прошептат он. – Когти Орла…

Старые львы

Они вышли на цель, как стая ночных бомбардировщиков, в режиме полного радиомолчания.

Обложили дом с четырех углов. Выставили засады на путях вероятного прорыва. Запустили в подъезд разведку: Фаддей и Степан сыграли алкашей, измученных холодом и жаждой накатить честно добытую бутылку.

Владислав и Наташа остались в машине одни.

Наташа вольготно развалилась на заднем сиденье, еще не остывшем от грузных седалищ "стариков". От нечего делать, полировала пилкой ногти. Владислав беззвучно барабанил пальцами по баранке.

– Ты шефу доложился? – спросила Наташа.

– Начальство любит решение, а не проблемы.

– Мудро. Но стремно. Результат же не всегда бывает положительным.

– Не каркай.

Она послюнявила ноготь. Провела по нему пилкой.

– Слушай, ты ногти полируешь, потому что дура, или у тебя это нервное?

– Женское.

Владислав усмехнулся.

– На захват мальчиков надо было брать, – обронила Наташа.

– Чтобы тебе не скучно было с ними в тесноте ехать?

– Мне и с Фаддеем было весело. Все коленки излапал. Как-бы невзначай.

– Дала бы по рукам.

– Да бог с ним, убогим. Не лишать же последней радости лишать старого пердуна. Мальчиков надо было брать, Стас. Твои "старики" в сыске сильны. А в захвате – стадо бегемотов.

– Ты видела бегемотов?

– Только в зоопарке.

– Вот и не звезди!

Наташа зевнула.

– Стас, а ты уже подумал, что Салину лепить будешь?

– Не проблема. Он сам Рожухина к нам привел. Что-что, а свои ошибки Салин признавать умеет.

– Похвальное качество. Знаешь, о чем я думаю? Маловато будет одного агентика в нашей конторе. Девочка-припевочка и мальчик-туберкулезник – нифига себе "Красная капелла"![14]

Владислав бросил взгляд в зеркальце заднего вида. Плотно сжал губы.

– Сначала Рожухина возьмем, остальное подождет.

Наташа, как кошка, потянулась.

– Конечно, лучше его живым взять. Я под горячую руку на "конвейер" не хочу попасть.

Владислав холодно усмехнулся.

– Заслужишь, попадешь.

В переулке показалась приземестая фигура Фаддея.

– Нет, ты посмотри на его походку! Бегемот с геморроем.

Владислав цыкнул на нее. Приспустил стекло.

Фаддей наклонился к щели и прошептал:

– В адресе!

– Уверен?

– На все сто. Его голос.

Наташа сбросила ноги на пол, перегнулась через спинку сиденья.

– Стас, давай я пойду! Любой из вас Димке "момент истины" устроит и без моей "химии". А там отмычечкой надо сработать, тихо-тихонечко. Ну, Стас!

– Без тебя, красавица, разберемся. – Фаддей болезненно поморщился. – Я замки сбивал, когда твой папа на твою маму еще не лазил.

– Стас, посмотри на его руки и на мои.

Наташа выставила ладонь с широко разведенными пальцами. Тонкими и чувственными, как у пианистки.

Владислав на секунду задумался.

– Наташа ломает замок. Входят Фаддей и Степан. Я – следом. Стрелять только по конечностям. Все!

Странник

Максимов насторожился раньше, чем возник этот звук.

Сквозь негромкое урчание ноутбука, отчетливо послышалось тихое царапанье в замочной скважине.

Максимов на ставшими пружинистых, как у кошки, ногах прокрался в коридор. О н и стояли за дверью тамбура. Несколько человек. Тишина в подъезде изменилась. Стала живой, вязкой.

«Чувство кольца».

Он остро почувствовал их готовность к броску. И еще страх. Не испытывают страха только дураки и мертвецы.

Бесшумно вернулся в комнату.

Дмитрий сидел в кресле, вытянув ноги и откинув голову на подголовник. Руки неподвижно лежали на коленях. Расслабленый и равнодушный ко всему. Как человек, достигший конечной точки долгого пути.

– "Пальчики" с клавиатуры сотри, а флэшку не трогай, – прошептал он в потолок. – Не забудь мой подарок. Может пригодиться.

Максимов взял со стола два черных кубика, не больше игральных костей.

– Как пользоваться, знаешь?

– Ударного действия?

– Нет. Просто чиркни по одежде.

– Прогресс, – проворчал Максимов.

Дмитрий повернул к нему голову.