Чёрные вдовы - Владимир Волкович

Бандит закричал подбегавшим:

– Стреляйте, эта стерва за столбом!

Сейчас же раздалась очередь, пули защёлкали по столбу. Сколько нападавших, она не рассмотрела, а высунуться не было возможности.

«Надо что-то предпринять, – лихорадочно думала Мария, – они, в конце концов, зайдут с двух сторон, у них как минимум два автомата, она ничего не сможет против них со своей «береттой»[45], тем более что осталась одна обойма».

– Эй, крошка, выходи, иначе я за твою задницу и доллара не дам! – крикнул один из подбежавших.

Мария осторожно выглянула из-за столба. За невысоким забором укрылись три человека, это она определила по голосам. Они советовались, как дальше поступить.

– Зайдёшь с левой стороны, – скомандовал кто-то, – стреляй короткими очередями, не давай ей высовываться, а мы – справа.

«Нет, этого нельзя допустить, – подумала Мария, – спрятаться негде, они меня достанут».

– Эй, не стреляйте, я выхожу!

– Ну то-то же, подними руки, только без фокусов!

Мария вытащила из кармана куртки чёрные перчатки, вложила в правую пистолет. На улице почти все фонари перебиты, темно, издалека не увидят, что одна из перчаток на руке неестественно оттопыривается. А вблизи она им рассматривать долго не даст.

Медленно приближалась с поднятыми руками. Из-за забора, увидев хрупкую женщину, вышли трое, двое, как и предполагала, с автоматами, один держал пистолет. Тот, кто лежал за бетонным блоком, стонал от раны. Она уже была близко, когда один опустил автомат, а второй перебросил свой за спину, видимо, решили, что от женщины не исходит опасности, третий так и держал пистолет, целясь в неё.

До бандитов оставалось всего несколько метров, она уже смутно различала лица в полумраке улицы. Пора! Первый выстрел достался тому, кто с пистолетом, она знала, что у него палец на спусковом крючке, нужно было опередить, вторая пуля – для того, кто опустил автомат, но держал его в руке. Третий бандит лихорадочно сдернул с плеча оружие, она нажала на спусковой крючок, но выстрела не последовало. Осечка! И второй раз затвор сухо щёлкнул. «Как же так? Это надёжное оружие никогда не подводило. Всё, теперь не успеть. Сейчас последует очередь. Конец! – Эти мысли пронеслись в её голове мгновенно. – Ещё секунда, ещё одна, чёрный зрачок дула автомата смотрит на неё. Почему он не стреляет? Может быть, решил, что конкуренты мертвы и добыча достанется ему, тем более что она уже безоружна». Но это так и осталось неизвестным, секунды промедления стоили ему жизни. Откуда-то грохнул выстрел, за ним второй. Бандит, так и не нажав на спусковой крючок, упал.

Мария застыла:

– Силы небесные!

Ни в какого бога она, конечно, не верила, но сейчас случилось чудо. Прошло ещё несколько томительных секунд, из темноты появился Санчес. Она сорвалась с места, бросилась к нему и обняла. Если б смогла зарыдать, было бы легче.

– Всё хорошо, Клаудия, всё хорошо. – Он гладил её по спине, по волосам.

– Ты… ты спас мне жизнь, Мануэль, – проговорила, запнувшись.

– Значит, так суждено тебе – жить, – ответил не торопясь, чтобы её успокоить.

Мария вдруг поняла в тишине, что раненый бандит перестал стонать.

– Там, за блоком, ещё один, раненый.

– Хорошо, возьмём живым, чтобы узнать, что это за люди. Посиди здесь, а я поинтересуюсь.

Мария опустилась на корточки у забора и постаралась унять внутреннюю дрожь. Сначала услышала разговор, но не прислушивалась, о чём, потом там, куда ушёл командир, хлопнул выстрел, и сразу же ещё один. Санчес появился через минуту и на молчаливый взгляд Марии проговорил:

– Сначала он с готовностью отвечал на мои вопросы, но потом вижу, как-то придвигается боком. Я насторожился и вовремя, он смог достать пистолет, который лежал рядом, но я опередил, ударил по руке – его выстрел ушёл в сторону, и мне пришлось его пристрелить. Это – заключённые, из уголовников. Они совместно с нашими сандинистами, которые там в тюрьме сидели, смогли поднять восстание и перебить охрану. Их вырвалось человек двести, большинство уголовных. Так что теперь надо ожидать вооружённых нападений на мирное население с целью грабежа.

– Скажи, Мануэль, как ты здесь оказался? – задала Мария мучивший её вопрос.

Прежде чем ответить, он долго смотрел на неё, поправил волосы, спадающие на лейкопластырь в том месте, где скользнула пуля:

– Знаешь, Клаудия, я не мог повернуться и уйти. Хотел, но что-то не давало, не пускало, не позволяло сделать это. В итоге побрёл за тобой, сам не зная, зачем, думаю, дойду до того угла и вернусь. Именно у этого угла, где намечал вернуться, я и услыхал пистолетные выстрелы. Пошёл быстрым шагом, а потом, услышав автоматные очереди, побежал, всё ускоряясь. Когда был на месте, потребовалось несколько секунд, чтобы оценить обстановку и выровнять дыхание, ты уже сняла двоих. Медлить нельзя было ни секунды, и я выстрелил, почти не целясь. Не зря мы тренировались в стрельбе с ходу.

Мария, не говоря ни слова, вдруг безотчётно наклонилась к Санчесу и поцеловала его в губы, потом ещё раз. Это были поцелуи благодарности, не глубокие, не страстные, но она почувствовала, что они возбуждают Мануэля. Его руки, успокаивающе поглаживающие её, мягко перешли к ласкам. Она отодвинулась, но неожиданно спросила то, от чего отказалась полчаса назад:

– Ты проводишь меня?

– Конечно, разве я смогу отпустить тебя одну после того, что случилось.

Как только вошли, Мария заявила:

– Я переоденусь и приму ванну, тёплая вода успокаивает.

– Я тоже хочу, сегодня пришлось побегать.

Мария внимательно посмотрела на него и спросила:

– Хочешь вместе со мной?

От неожиданности он ничего не ответил, а лишь кивнул.

Его руки скользили по её обнажённому телу, но она пока не могла сразу расслабиться и отдаться.

– Ты – божественна!

– Подожди, – шепнула, – я хочу выпить. Нас ожидает чудесный вечер после всего, что мы пережили.

Вечер, подогретый вином, плавно перешедший в ночь, действительно оказался прекрасным. Мария наконец сумела снять напряжение и заводила партнёра, но Мануэль казался неутомим. Она использовала ласку, которой научила одна из проституток ещё во Франции. Тренируя интимные мышцы, сумела их развить и, произвольно сокращая, дарила мужчине в постели незабываемое наслаждение. Редкая красота, идеальная фигура и опытность в любовных утехах делали мужчин её рабами. После первой проведённой ночи они хотели её снова и снова. Однако никакой душевной тяги Мария к мужчинам не испытывала, она обычно использовала их. Сегодня был акт благодарности за спасение.

– О… о… ох! – хрипло кричал Санчес, что означало, что наступил пик оргазма, – о… о… о!

После того как она ушла в ванную, он ещё некоторое время приходил в себя, а когда