Я - телохранитель - Владимир Гриньков

– Как служба?

– Нормально.

– Ну давай, бди, – напутствовал его Андрей Ильич.

Прибывшая ночью женщина ушла с ним. Мужчина остался. Вышел к своей машине, поднял капот и стал возиться над ним, не обращая внимания на мороз. Номера у машины были не местные, как отметил про себя Китайгородцев.

Парень из охраны принес завтрак: для Анатолия и для того мужчины, который приехал на машине. Пока парень выставлял на стол завтрак, телохранитель успел кое о чем его расспросить.

– Ты из охраны?

– Да.

– Слушай, собаки спать мешают.

– Мы привыкли.

– Давно вы собак держите?

– С прошлого года.

– А раньше без них обходились?

– Да.

– Что такого случилось, что пришлось их завести?

– Нашего одного убили.

– Кого?

– Охранника.

– Кто?

– Я не знаю. Не нашли.

– Здесь убили? На территории?

– Да.

– В прошлом году?

– Да.

– Понятно.

Когда парень ушел, Китайгородцев неспешно позавтракал, думая о своем. Из состояния задумчивости его вывел шум – это пришли девочки. Он слышал их голоса и голос того мужчины, что оставался в доме. По некоторым репликам догадался: мужчина – родственник Тапаева. Ехали ночью… Города еще не видели… А хотелось бы посмотреть… Не покажет ли Аня? Ехать можно прямо сейчас – вот она, машина… И Риту возьмем, конечно!

Пришлось выйти на сцену и Анатолию. В город Риту без сопровождения он бы не отпустил.

– Мы едем, – сказала она ему.

Подразумевалось, что Китайгородцев. должен их сопровождать. В голосе Риты улавливались хозяйские интонации – у нее же есть свой телохранитель! Кажется, это возвышало ее в собственных глазах.

Через пять минут они выехали. У въездных ворот не было никого, но они открылись автоматически. Глазок телекамеры проследил за тем, как они покинули территорию тапаевского поместья, и ворота закрылись.

– Тетя Люда похудела, – вздохнула Аня.

– Да уж, здоровья у нее не прибавляется, – произнес ее родственник с неожиданной для Анатолия желчью в голосе.

Аня отчего-то смутилась, посмотрела на дорогу и сказала тихим голосом:

– На перекрестке – направо.

Некоторое время ехали молча.

– Кто еще будет? – спросил в полной тишине Анин родственник.

– Дядя Юра…

– Брат?

– Да. Потом еще Скворцова…

– Ну-ну, – сказал мужчина.

Очень неодобрительно, как показалось Ки-тайгородцеву.

– С сыном? – помолчав, спросил родственник.

– Вряд ли, – покачала головой Аня.

– Вот и я думаю, что вряд ли. Хорошо она твоего папку за жабры взяла…

Аня снова смутилась. Разговор был ей явно неприятен.

– Что тут у вас интересного можно посмотреть? – сжалился над ней родственник.

– Центр. Площадь. Потом еще – парк. Там ледяные фигуры. Можем в музей местный…

– Не нужен нам музей, – оборвал ее мужчина. – Там – пыльные чучела и по всем стенам лапти развешаны. Знаю я эти ваши музеи. Ни уму ни сердцу.

– И еще Виталий Степанович приедет, – вдруг сказала Аня. – Из Москвы.

– Это какой Виталий Степанович?

– Врач, который Романа лечил.

– Романа-наркомана, – едва ли не песней пропел жестокосердный Анин родственник.

И в следующую секунду их автомобиль с хрустом сминаемого бампера въехал в так некстати резко затормозивший прямо перед ними дряхлый «Москвич».

Телохранитель Китайгородцев:

«Москвич»… 2140… Номерной знак «Н 573 КР»… Цвет – бежевый… Заднее правое крыло – перекрашено… Четверо… Мужчины. По 22 – 25 лет…Стоп! Крыло – перекрашено?!! Подставили?! Бригадой работают? Вышли из машины все одновременно… В руках – ничего… А у нас – иногородние номера… Да, специально подставили своюрухлядь! Трое заходят со стороны водителя… Там будет прессинг… Один – здесь… Этот – дляподстраховки… Ничего, нормально… Город маленький, люди бедные… Много не потребуют…»

– У вас есть деньги? – резко обратился Анатолий к водителю.

– Что?

– Да не волнуйтесь вы…Все нормально. Деньги есть у вас? Дайте им сколько просят, и пускай едут.

– Они же специально! Специально подставили машину! Вы разве не видите?! Ничего я им не дам! Это же рэкет! Да я на них милицию!..

«Так! Открыли дверцу со стороны водителя… Только с ним будут разбираться? Только с водителем… Надо отдать деньги… Закончить этот балаган и увозить Риту…»

– Ну ты чего, мужик, какая милиция? Ты нам машину разбил! Посмотри, как задницу раскурочил! Ты че, платить не хочешь?

– А это что за девки? Базя, гля, девки какие!

«Ага… Тянет ручку задней двери… Там – Рита… Пора… Предохранитель… Из кобуры… Дверцу – ногой…»

– Ложись! Поубиваю! – заорал Анатолий.

«Замешкались… Выстрел в воздух… Теперь ствол – в лоб ближайшему… Упал с перепугу…И все остальные – сразу же, как по команде…»

– Лежать! Не шевелиться! Стреляю без предупреждения! Ноги шире! Шире, я сказал! Руки – за голову!

«Дверца… Ох и рухлядь… Отвалится скоро… Ключ – в замке зажигания… Ключ – в бензобак… Бросить в бензобак… У «Москвича»горловина бака – за номерным знаком… Крышка горловины… Открыто… Ключ – в бензобак…Не скоро они теперь отсюда уедут… Если только провода напрямую… Но мы уже будем далеко…»

– Считать до ста, пацаны! Потом можно подняться!

«Так! В машину… Рита – бледна, но все нормально… Пистолет пока в руке… Предохранитель…»

– Поехали! И чем быстрее, тем лучше!

– Куда? – Водитель весь бледный.

– Домой! Теперь только домой!

* * *

Богданов пришел сразу, едва только прослышал о случившемся. Вошел в комнату к Китайго-родцеву, сказал со смешком:

– Ну, рассказывай, как ты наших рэкетиров недоделанных уму-разуму учил.

– Шалят на дорогах, да?

– Шалят, – засмеялся Андрей Ильич. Словечко это ему явно понравилось. – Это у вас там, в Москве, мол, кровь настоящая и звериная же стокость, а у нас тут – так, шалости одни, все по-детски… Вот и рэкетиры у нас какие-то недоделанные… Дурью маются, понимаешь. Как увидят на дороге машину с чужими номерами, так тут лее под нее свою подставляют, чтобы деньги на ремонт стребовать. Ремонтйруют-то потом сами, а деньги пропивают. Такой вот нехитрый бизнес.