Охота за тенями - Валерий Михайлович Гуминский

— Всё это домыслы, — оборвал его Константин Михайлович. — Надо парня возвращать домой, и быстро. А если у него ещё и багаж с архивом рунолога — тем более.

— Он завтра вечером вылетает в Петербург, — ответил граф. — Препятствий со стороны полиции не предвидится. Но я уже дал распоряжение своим агентам проследить за бароном.

— Это правильно, — кивнул Александр. — Нельзя полагаться на случай и феноменальную везучесть Назарова. Магическая Инквизиция ещё сильна, и главную роль в её окончательном уничтожении предстоит сыграть Ордену Гипербореев. Закончите эту историю, Святослав Бориславич. Даже разрешаю устроить геноцид Ордоса по всей Европе.

— Ватикану это не понравится, — хмыкнул Константин Михайлович, ощутив раздражение старшего брата.

— И что он сделает? Войной на нас пойдет? Я же не направляю карающую длань на церковь и Папу. Пусть живёт и окармливается со своей паствы. Речь идёт о карательном органе Ватикана, глубоко сплетённом с британскими спецслужбами. Нужно расцепить эти щупальца и лишить англичан подпитки.

— Тогда почему с нами нет Житина? — улыбнулся Великий князь. — Это его епархия.

— Потом, — отмахнулся Александр. — Сначала надо вернуть Назарова домой, выслушать его доклад о произошедшем и наметить пути реализации. Святослав Бориславич, у вас есть что ещё сказать?

— На данный момент — всё, — признался граф.

— Тогда можете быть свободны. Отслеживайте ситуацию с Назаровым. Если чехи вздумают использовать нашего волхва в своих комбинациях, сразу дайте знать. Можете звонить напрямую в секретариат, вас свяжут со мной.

— Всё понятно, государь, — Сумароков встал, по-военному вытянулся и энергично кивнув, покинул кабинет.

Константину Михайловичу показалось, что граф с трудом сдерживает радость. Наконец-то ему развязали руки, и скоро по Европе пронесётся с карающим мечом русский Борей.[1]

Оставшись наедине с братом, Александр хитро прищурился и поинтересовался:

— Не будешь коньяк?

— Да ну его, — отмахнулся Великий князь. — Лучше домой поеду. Проведу остаток дня с женой, как и планировал.

— Ты подожди пока бежать, — императору надоело сидеть, и поднявшись, он прошёлся по кабинету, держа в одной руке пепельницу, в другой — сигару. — Надо насчёт Мишки поговорить. По-семейному.

— Да всё уже обговорено, — Константин Михайлович редко показывал своё раздражение, но сейчас оно как будто по своей воле вырывалось наружу. Так бывало, когда личные планы рушились или корректировались на ходу, а ещё и внешний фактор в виде зятя добавил огня. — Пусть сидит ровно, пока контрразведка ведёт игру и ищет иностранные контакты.

— Кое-что нашли, — усмехнулся Александр, подходя к столу. Освободив руки от сигары и пепельницы, он похлопал по лежащей на краю папке. — Помнишь, о чём докладывал генерал Ивенский, когда ездил в Яссы за нашим братцем? Михаил связался с довольно известной в тех краях Виорикой Катаржи, которая стала его любовницей. Она, оказывается, активно работает на разведку Ватикана, а значит, есть подозрения, что и англичанам сливает информацию. Сейчас девушка в активной разработке.

— Куда ни плюнь — везде шпионы, — проворчал Великий князь, раздумывая, не последовать ли совету брата насчёт коньяка. — Давай отпустим Мишку обратно в Яссы, пусть доведёт до конца то, что планировал.

— Организовать зачистку перед троном? — поднял бровь император.

— Меня интересует не то, что он задумал, а с какой целью эту информацию нам подсунули. Ну не верю я, что Михаил с ума сошёл. Ну, бабник он, надо признать. Любит волочиться за хорошенькими барышнями, дома не всё ладно. Но логики в устранении своих братьев, племянника-наследника и наших семей я не вижу, хоть убей.

— Полагаешь, нужно выпустить рыбку обратно в реку? — задумчиво поинтересовался старший Меньшиков.

— Конечно, только в садке, — ухмыльнулся Константин Михайлович. — Огромном, просторном садке. А мы будем следить, что за щуки, налимы и сомы начнут плавать вокруг него.

— То есть ты хочешь, чтобы я послал его в Яссы?

— Да не обязательно. Позвони ему и скажи о полном снятии подозрений. Пусть возвращается к своей работе. Захочет поехать в Яссы — не препятствуй. Только проинструктируй Возницына и Житина, чтобы они не мешали друг другу. А то начнутся межведомственные стычки, а дело пострадает.

— Понял, — рассмеялся Александр. — Но ты неправ. Я обязательно прикажу ему вернуться к своим обязанностям. Не должно быть двоякости: или приказ, или просьба. А вообще-то я тоже к этой мысли неоднократно возвращался. Как только Михаил исчез с горизонта, сразу всё затихло. Кроме татуированных идиотов, из-за которых чуть Владислав не погиб. Надеюсь, Назаров разберётся с этой проблемой.

— Пора его в Коллегию Иерархов продвигать, — неожиданно предложил младший Меньшиков. — Или в Военную Академию на преподавательскую должность назначить.

— Вот как? Поясни.

— У нас намечается дефицит высококвалифицированных боевых артефакторов. В последние годы упор делался на сверходарённых, как будто их в России великое множество. Таких, как Никита, очень и очень мало. Поэтому следует пересмотреть учебные планы и начать готовить универсалов, используя те ресурсы, которыми они владеют. Например, кадет пестует две Стихии — неважно какие — поэтому преподаватели должны вывести его на суперпозицию. То есть, помимо филигранного владения Стихийными атрибутами он должен овладеть артефакторикой и рунологией на уровне если не гроссмейстера, то хотя бы бакалавра.

— Многостаночник, что ли? — фыркнул Александр, но продолжил слушать внимательно.

— Универсал, — брат поднял назидательно палец вверх. — С таким подходом и Назарова можно многостаночником обозвать. А ведь он, помимо Стихий, овладел именно этими двумя специализациям.

— Одарённый, владеющий Пятью Стихиями, сам по себе становится универсалом, если не ленится, — возразил император. — Тухлое дело. Каждый год Военная Академия выпускает тридцать-сорок боевых волхвов. А если начать обучать по новой методике, то из них только один-два проявят себя. Да и то, это лишь мои измышления, не подтверждённые фактами.

— Да потому что подтверждать нечего! Надо сначала запустить программу, а через пять лет получим ответ, — разгорячился Константин Михайлович. — Вода камень точит, Сашка! Зато в случае успеха, через поколение получим несколько десятков универсалов, каждый из которых в одиночку может уничтожать целые дивизии врага!

— Ага,