Сирийский гамбит. Операция "Мертвая рука" - Александр Полюхов

Двигатели меняли тональность жужжания – Airbus маневрировал, заходя на посадку. Пассажиры загалдели в ожидании прибытия в Шереметьево. Матвей открыл глаза: в пути делал вид, что дремлет, на самом деле системно анализируя лондонские события. Взгляд в иллюминатор вызвал удивление: вместо снижения над водохранилищами лайнер делал разворот над Киевским шоссе. «Уважаемые пассажиры, по погодным условиям наш рейс приземлится в аэропорту Внуково». Салон наполнился недовольным шумом.

– Пройдемте, пожалуйста, со мной, – пограничник на паспортном контроле вежливо пригласил Алехина.

В помещении погранпоста маячили два энергичных парня в серых костюмах.

– Вас ожидают во Внуково-2.

– Кто?

– Мы не уполномочены. Ваш багаж?

– Я налегке.

На выходе из зоны таможни Матвей покосился на боковые стойки с загадочной для обывателя надписью «Янтарь». Прибор радиоактивного контроля молчал. Это обнадеживало.

Скучная коробка правительственного терминала, знакомая по ТВ-хронике официальных визитов, располагалась в паре километров. Перед ней стоял огромный ИЛ-96 с лаконичным логотипом «Россия». В зале мельтешили строго одетые люди, и Алехин в спортивном костюме выглядел белой вороной. Надпись England на спине и вовсе превращала его в изгоя. Даже обычно невозмутимый Чудов поднял брови, кивком отпуская сотрудников Федеральной службы охраны, доставивших невольного гостя.

– Здравствуйте, Матвей Александрович, – тем не менее, елейно начал он, – видел по телевизору, как вы яростно болели на футболе. Понравилось на новом «Уэмбли»? Абрамовича видели? Или принца Гарри?

– Твои интриги, Игорь? – не стал тратить время на любезности Алехин, увидев своего бывшего подчиненного («Заматерел, но сухой и подвижный по-прежнему. Задницу за письменным столом еще не отрастил»).

– Чур, меня! Скромному заместителю директора не по чину менять место посадки международных рейсов. С вами хочет по-товарищески переговорить Администратор. Будет с минуты на минуту. Тут славный буфет – кремлевское управление делами угощает.

– Почему встреча здесь?

– Провожают Президента в поездку по Сибири. Гидроэнергетику едет развивать. Вон, борт № 1 ждет. Чай, кофе? Коньячку?

– Хорош прикалываться. Что случилось?

– Мы представили вас к награде. Представление вызвало вопросы.

– Колись!

– По-моему, работу хотят предложить. В память о чекистской дружбе.

– Ты же знаешь: я дружу только с детьми и собаками.

– Не будьте столь категоричны. С руководителем и надо обращаться как с ребенком или щенком. Ласково и чутко.

– Судя по тому, что ты перешел в общении со мной на «вы», контора как-то замешана. Давай на «ты», только честно.

– Ничего не знаю. Клянусь.

– Тут прокол: клясться – не твой стиль. Чувствуешь за собой грех.

– Ей Богу!

– Надеюсь, просто темнишь. Если нет…

– Угрожаешь? – пятидесятилетний генерал недоуменно поднял кустистые брови к высокому лбу, плавно перетекающему в бритую голову, и повел мощными плечами. Ни капли нервозности или волнения на худощавом подвижном лице, ни одного лишнего движения сильных рук. – Пора пугаться?

– Нет, просто включился мой дар предвидения.

Внезапно акустический шум в терминале изменился: начали прибывать охраняемые лица. Жилистый Администратор появился стремительно и слишком целеустремленно для «товарищеской беседы». Язык тела опытного аппаратчика не мог скрыть его напряжения. «У него приказ от босса, – моментально сообразил Алехин. – Не сам решил встретиться. Дело – дрянь».

– Чудов, оставьте нас. Матвей Александрович, извините, что выдернули вас, как морковку из грядки. Времени в обрез, вылет через семь минут. Подробнее пообщаемся позже, сейчас о главном: я ознакомился с вашей ролью в афганских операциях – поздравляю с их успешным завершением. Эта работа будет оценена по достоинству.

– Благодарю за добрые слова. Другой награды не надо. Пришлось исправлять ошибку Политбюро ЦК КПСС. От меня что-то требуется? Не так ли?

– Да. Хочу спросить: готовы действовать в национальных интересах?

– «Национальные интересы»! Я – аполитичный пенсионер, никак не участвующий в жизни страны. Почти отшельник.

– Отчасти именно поэтому. И с учетом недавних подвигов. У нас есть предложение. Серьезное.

– Спасибо за доверие, не стоит грузить меня секретами. Не ищу трудоустройства. Как говорится, кто воевал, имеет право у речки тихонькой вздремнуть, – безнадежно пытался отбояриться Алехин.

– Полковник, отказ не принимается. Возникла крайняя необходимость в ваших услугах. К тому же – не уверен, что знаете – Степан вернулся на Родину, – Администратор пустил в ход козырную карту, фиксируя взглядом собеседника.

Ветеран разведки умолк, осознав серьезность скрытого шантажа. Такой жесткости и на самой начальной стадии не ожидал. Безопасностью ребенка – пусть взрослого и порвавшего с родителями – пренебрегать нельзя. Видимо, наверху действительно сложилась аховая ситуация, раз берут за горло. Выхода нет: предстояло поломаться и дать согласие. Пока придется играть по их правилам. Осталось выяснить степень заинтересованности шантажистов.