Операция "Возмездие" - Владимир Паутов

— Может, пригласить его на беседу? — угодливо поинтересовался помощник.

— Вот именно! — снисходительно похлопал по плечу подчиненного начальник Контрразведывательного центра ЦРУ. — Но пусть это приглашение сделают парни, которых выделит тебе мистер Торнтон. Уверен, после встречи с ними у представителя настроение будет несколько другим, и сговорчивость появится! Теперь понял?

— Да, сэр!

— А вот, если мы не найдем точек соприкосновения в нашей беседе и взглядах на некоторые проблемы, тогда уже необходимо будет… — Неттелфильд не стал договаривать до конца начатую фразу, но по выражению его лица можно было догадаться, какую судьбу он готовит «ревизору» из ЦРУ.

— Я все исполню как надо, сэр!

Больше на эту тему Неттелфильд и его помощник не говорили. Они допили бутылку виски и Ник Роуз ушел. Перед тем как за ним закрылась дверь, Джеймс задержал помощника и тихо, почти шепотом, проговорил:

— Не тяни с этим делом, Ник!

* * *

Утром я вновь встречался с генералом Робертом Хэксли. Мне нужно было предупредить его, чтобы он поторопился подать рапорт об отставке. Мы с Сокольниковым были реалистами и потому не испытывали иллюзий по поводу нашей неуловимости. Рано или поздно оперативники ЦРУ и бойцы «Полковника» вышли бы на наш след.

Держать своих врагов за полных идиотов не входило в практику офицеров спецназа ГРУ. Генерал Роберт Хэксли снабжал нас бесценной информацией. Кто служил в разведке, поймет меня, что порой маленькое сообщение, состоящее из пары предложений, может сыграть решающую роль не только в судьбе отдельного человека или группы людей, но и целого государства, а иногда и всего мира. И в этом моем утверждении нет преувеличения или завышения собственной значимости. Конечно, работа офицеров спецназа несопоставима с деятельностью сотрудников внешней разведки, но иногда некоторые задачи могли выполнить только мы, бойцы отрядов специального назначения Главного разведывательного управления.

С генералом Хэксли я, как всегда, встречался в спортивном клубе. Это не вызывало ни у кого подозрений. К тому же среди посетителей теннисного корта иногда случалось, что они вдруг переставали ходить в клуб по тем или другим причинам. Такое поведение членов клуба было в обычае вещей, так как многие дипломаты и бизнесмены постоянно куда-то уезжали и некоторое время спустя вновь возвращались. Поэтому мои отлучки были самым обычным делом предприимчивого коммерсанта, каковым меня и знали в этом элитном спортивном заведении. Ну, а мои щедрые чаевые прислуге давали возможность знать обо всех новостях, какие произошли в мое отсутствие.

Когда в условленное время я приехал в клуб и, поставив свою машину на стоянку, направился к корту, где мы обычно играли с генералом, меня догнал старший менеджер.

— Господин Валдис, генерал сегодня приехал немного раньше и не один. С ним очень красивая незнакомка. Я ее здесь вижу впервые.

— Спасибо, Хусейн! — ответил я услужливому арабу и протянул ему пятидолларовую купюру. Тот угодливо поклонился и оставил меня.

На теннисном корте Роберт Хэксли действительно играл с очень красивой девушкой. Увидев меня, генерал приветливо помахал мне рукой. Я ответил ему и присел в кресло на соседнем корте.

Роберт играл довольно уверенно, но его партнерша находилась в прекрасной спортивной форме и не уступала генералу. Трудно сказать, кто из них выиграл бы сет, если бы соперница Роберта вдруг не оступилась и не подвернула ногу. Такие травмы на теннисных кортах не редкость. Девушка негромко вскрикнула, села на траву и не могла подняться. И генерал, и я, конечно, тут же бросились ей на помощь.

Травмированная теннисистка не могла ступить на ногу, поэтому генерал Хэксли отправился в администрацию клуба за врачом, ну а я, подняв девушку, на руках бережно донес ее до кресла. Через пару минут генерал привел с собой клубного врача и медсестру. Доктор, осмотрев ногу, ничего страшного не обнаружил: перелома и даже сильного растяжения связок не было. Правда, в области лодыжки появилась небольшая опухоль. Медсестра наложила тугую повязку и после этого ушла вместе с врачом, порекомендовав красавице покой.

— Как вы чувствуете себя? — участливо спросил я девушку.

— Спасибо, мистер… — Она вопросительно посмотрела на меня.

— Ой, простите, я так обеспокоился вашей травмой, Скарлет, что совсем забыл познакомить вас со своим постоянным спарринг-партнером. Валдис Круминьш, бизнесмен из Эстонии! — представил меня своей партнерше генерал Хэксли.

— Из Латвии, — поправил я Роберта.

— Простите, Валдис, конечно, из Латвии!

— Очень приятно! — протянула мне руку Скарлет. — Спасибо за помощь!

— Ну, что вы, мисс или?.. — Я внимательно взглянул на девушку.

— Мисс! — кивнула она в ответ и довольно внимательно посмотрела мне прямо в глаза.

Кстати, я узнал ее сразу, как только увидел, хотя с момента той нашей встречи минуло уже почти шестнадцать лет. Произошло наше знакомство при необычных обстоятельствах в августе девяносто первого. Я тогда вместе с Дмитрием Сокольниковым и Алексеем Чернышевым, моими боевыми товарищами из отдельного отряда специального назначения ГРУ, находился в командировке в Турции. Перед нами была поставлена задача захватить и разгромить секретную лабораторию ЦРУ, которая работала под видом обычной туристической базы. Там разрабатывался и проходил испытания психотропный препарат широкого спектра действий.

Однако подробно рассказывать, как мы уничтожили лабораторию, не имеет смысла, так как это тема отдельного разговора, да и времени сейчас нет, однако напомнить парой слов о том, что произошло почти два десятилетия назад, попробую.

…Уничтожив охрану объекта, мы ворвались в комнату разработчика психотропного препарата, и оказалось, что он там был не один. С ним находилась молодая девушка с голливудской внешностью и фигурой манекенщицы. Вполне естественно, возник вопрос: «Что делать с девицей?» По законам разведки мы были просто обязаны ликвидировать ее как ненужного свидетеля или забрать с собой. Тащить девушку через горы мне показалось вообще абсурдным делом, а убивать было жалко. Я, по существу, искал причину оставить ее в живых и оправдание этой причины для самого себя нашел в Димкином совете. В тот момент я даже почувствовал какую-то легкость на душе, когда Дмитрий сказал: «Оставь, пусть живет!» Когда я наклонился к пленнице, чтобы заклеить рот девушки пластырем и связать руки, она вдруг крепко обвила мою шею руками и стала целовать прямо в губы, долгим и страстным поцелуем. Я был, естественно, ошарашен таким поворотом. Даже сквозь комбинезон мне передавался жар прекрасного тела юной пленницы, я чувствовал упругость ее груди и шелковистость нежной янтарной кожи. От девушки исходил необыкновенного вкуса аромат: «Ты хочешь меня связать? Ну, сделай это, возьми меня! Я люблю, когда меня истязают!» Покидая спальню, я последний раз взглянул на шикарную блондинку, лежавшую на кровати со связанными руками, и сказал на прощание по-русски: «В другом месте мы могли бы с тобой провести прекрасную ночь! Постарайся больше не попадать в такие истории». Хлопнув дверью, я вышел из комнаты, не зная и даже не предполагая, что встреча эта будет для нас непоследней…