Кровавый путь - Максим Гарин

В начале третьего Комбат и его люди уже находились метрах в пятидесяти от колючки.

– Там, за бетонным забором, лаборатории.

– А что это за антенны? – спросил Комбат, прижимая бинокль к глазам.

– Не знаю. Наверное, антенны для связи, – заметил Роман Богуславский.

– Ас кем связываются твои сектанты?

– Да какие они мои, я этих говноедов ненавижу! – возмутился парень.

– Ну, ладно, тихо. Роман, не расстраивай свою подругу. Видишь, она чуть сдерживается, чтобы не разрыдаться. А что за бетонным забором?

– Там несколько зданий, в которых живут ученые и охрана. А в большом доме и находится сама лаборатория.

– Слушай, а электричество откуда, по этой линии идет?

– Кроме линии, там есть еще две военные электростанции, я это знаю потому, что мой знакомый возил туда мазут.

– Понятно, – сказал Борис Рублев, – значит, бессмысленно обрезать линию, все равно подключат военные электростанции. – Неплохо они устроились, – разглядывая в бинокль вышки, расставленные по периметру территории, заметил Комбат. – Сколько же там вооруженных людей? Хоть примерно ты можешь сказать?

Роман задумался.

– Может быть, человек сорок…

– Почти полроты, – криво усмехнулся Комбат. – Многовато на нас троих, да и патронов у нас мало. Ну да ладно. А где живет твой дед?

– Там есть маленький домик, так вот, в нем и живет мой дед. У него есть личный охранник, который ходит за ним день и ночь, даже в туалет.

– Наверное, действительно, твой дед представляет большую ценность для этого Учителя, или как вы его там называете.

– Учителем его называют, – сказал Роман Богуславский.

– Послушай, Андрюха, сейчас попасть туда сложно, а вот когда стемнеет, можно попробовать.

– Там, за бетонным забором, еще есть колючая проволока.

– Это понятно. Колючей проволоки, Роман, мы не боимся. Надо ждать темноты.

– Слушай, Комбат, – вдруг сказал Бурлаков, – смотри, туда едет машина.

– Вижу, не слепой.

– А что, если…

– Логично. Разумное дело говоришь. Попробуем, если, конечно, нам повезет, если туда будет ехать еще машина. Пошли, быстро к дороге! – и Комбат двинулся вперед.

За ним Андрей, Роман с Мариной и Григорий Бурлаков. Гриша то и дело оглядывался, боясь, как бы сзади кто-нибудь не напал. Но опасаться, в общем, не имело смысла. О существовании Комбата и его друзей сектанты даже не подозревали. Они были уверены, что все, находившиеся на катере, покоятся на дне реки и волноваться нечего.

И лишь один Учитель, словно что-то предчувствуя, вызвал начальника охраны и приказал ему усилить охрану лабораторий и его дома. Вооруженных людей и так хватало, – считал начальник охраны, но распоряжение Учителя никогда не оспаривалось. И если было сказано, что охраны недостаточно, значит, так оно и есть.

За два километра, до поселка Комбат и его ребята заняли удобную позицию у дороги. Бурлаков сидел с биноклем и следил за местностью.

Комбат курил, прислонясь спиной к толстому стволу кедра.

"Вот если бы была возможность позвонить Бахрушину, – размышлял он, – тогда все можно было бы узнать: что это за сектанты, откуда у них столько оружия и на кой черт оно им нужно?

А эти вирусы?"

В общем, было много непонятного и угрожающего. А непонятного Комбат не любил, ему во всем хотелось дойти до сути. Он любил, чтобы все было ясно и четко, ему по душе приходилась определенность. А недомолвки и туман вызывали у него озлобление и раздраженность.

Уже под вечер, когда начало смеркаться, Бурлаков протяжно свистнул:

– Командир, командир, – крикнул он, – по-моему, едет джип. И едет из поселка. Минут через пять он окажется здесь.

– Что ж, хорошо. Попробуем его остановить.

Сделаем так: постараемся обойтись без стрельбы.

Я лягу на дорогу, прямо под колеса. Они должны остановиться.

– Послушай, Иваныч, а если не остановятся? – заметил Подберезский.

– Тогда я откачусь в сторону. Если остановятся, выберутся из машины, вот тогда и нападайте.

В джипе ехал начальник охраны и еще двое.

Начальник охраны сидел рядом с водителем, автомат и спутниковый телефон лежали у него на коленях. Они направлялись в деревню.

Вертолет, который доставил японцев, улетел в Иркутск. А ведь он мог бы очень пригодиться!

Комбату доводилось поднимать в воздух «Ми-8» и он был уверен, что справился бы с управлением.

Но полетать не пришлось. После разгрузки тяжелая военная машина поднялась в воздух и взяла курс на юг. Комбат и его друзья видели, как пронесся над тайгой военный вертолет.

– Вот бы нам его, а, Иваныч? – мечтательно произнес Андрей Подберезский.

– Неплохо было бы, Андрюха, да руки коротки.

– Да уж, высоко летит, не допрыгнуть.

Комбат рассмеялся. Ему нравилось, что чувство юмора не покидает Андрея Подберезского даже в самые тяжелые моменты. А сейчас им предстояло захватить машину.

Комбат вышел на дорогу и лег поперек колеи.

Картинно раскинул руки, положил голову на бок – так, чтобы видеть приближающийся автомобиль. В любой момент он готов был откатиться в сторону. Джип ехал не быстро, слишком уж плохой была разбитая дорога, слишком глубокой была колея, разбитая вездеходами и военными «уралами».

Подберезский и Бурлаков спрятались за деревьями. Обо всем было договорено. Боевые действия всегда полны неожиданностей, которые могли случиться и сейчас.

– Что это? Кто это лежит? – первым заметил распростертое на дороге тело водитель.

Он трижды просигналил. Комбат оставался неподвижным.

– Это кто-то из наших, – заметил начальник охраны.

– Не знаю, – ответил водитель.

– В камуфляже… Может, и из наших. Ну-ка, притормози.

Машина, не доехав до Комбата метра три, остановилась.

– Иди, глянь, – обратился начальник охраны к своему человеку. – А ты сиди, – сказал он водителю.

«Ну, ну, давай» – думал про себя Комбат, считая секунды.

Охранник, тяжело ступая, двинулся прямо по грязи к распростертому Комбату. Его правая рука сжимала автомат, и он в любой момент был готов нажать на спусковой крючок, всадить в лежащего на земле всю обойму.

– Эй, вставай! – крикнул охранник.

Комбат лежал неподвижно и сквозь прикрытые веки видел ноги мужчины, видел сапоги со шнуровкой.

«Ну, что ты медлишь? Подойди ближе, переверни меня, переверни».

Словно бы повинуясь тайному желанию Комбата, охранник приблизился еще на шаг и носком сапога ткнул Комбата в плечо.