Разборки третьего уровня - Василий Головачев

Василий снова сбился с ритма дыхания. Ульяна засмеялась, подошла к нему, поцеловала и тут же убежала, не отвечая на его красноречивый вопросительный взгляд. Однако вернулась тотчас же вместе с Парамоновым.

– Положение осложняется, – сказал Иван Терентьевич. – Во-первых, наш дом находится в поле зрения одного из Посвященных высокого уровня. Во-вторых, мы окружены двумя цепями конкурирующих подразделений.

– Вы точно знаете? – усомнился Василий. – Насчет конкурирующих?

Чувствовал он себя еще не настолько хорошо, чтобы свободно входить в состояние меоза и держать темп.

Парамонов и Ульяна переглянулись.

– Первая цепь – это федералы из «Витязя» и «Руслана», общая численность группы – человек двадцать. Вторая цепь – чья-то зомби-команда, скорее всего того самого Посвященного.

– Тогда это неплохо, – пробормотал Василий, проваливаясь в яму слабости.

– Есть шанс натравить их друг на друга. Но мне надо время для восстановления, хотя бы час.

– Ну, я считаю, они вряд ли пойдут в атаку сейчас, днем, – рассудил Парамонов. – Будут ждать сумерек. Восстанавливайся, мы тебя предупредим заранее, если они зашевелятся. Но все равно мы должны наметить какой-то план маневра.

– План прост. – Василий с трудом преодолел новый приступ слабости, стараясь выглядеть достойно. – Уля уходит одна. Я отвлекаю эту банду. Вы забираете контейнер и уходите огородами к Котовскому. Встречаемся в Норвегии в условленном месте.

Иван Терентьевич улыбнулся, Ульяна засмеялась, но тут же стала серьезной:

– Хотя ты у нас и стратег, но я предлагаю другой план. Я отвлекаю Посвященного, а вы с Иваном Терентьевичем уходите с оружием.

– Пожалуй, – кивнул Парамонов. – План не идеален, но лучшего нет.

– Но она женщина! – воскликнул Василий.

– Ты всегда такой наблюдательный? – насмешливо проговорила Ульяна. – Я Посвященная, мне не обязательно владеть рукопашным боем.

– Все равно, этот вариант не пойдет! – твердо заявил Вася. – Посвященного будете отвлекать вдвоем. Возьмете контейнер, но пустой. Пусть думают, что оружие у вас. Я же переложу «глушаки» в сумку и уйду другим путем.

– Василий Никифорович, это не…

– И без возражений, – тихо добавил Василий. – Дайте мне только час времени. В половине шестого я буду готов.

Переглянувшись, Посвященные вышли. Василий глубоко вздохнул, посидел с открытыми глазами, ни о чем не думая, потом принял ваджрасану – позу алмаза, расслабился и перешел на «огненное дыхание», способствующее массажу внутренних органов. Ему нужно было изменить принципы восприятия и взаимодействия с окружающим миром таким образом, чтобы организм полностью очистился от физиологических и психических шлаков, вызванных пси-атакой Носового, и вошел в особое, измененное психоэнергетическое состояние, при котором пробуждаются глубинные резервы психики, способность мгновенно реагировать на любую неожиданную ситуацию и даже предвидеть ее. Это ощущение мастера ниндзюцу называют сакки – «ветер смерти» или «дыхание смерти», и состоит оно из предчувствия опасности еще до ее обнаружения и реагирования в форме смертоносного удара или уклона.

Окончательно успокоившись и уйдя мыслями в себя, Василий привел в равновесие мысленный поток, представляя его медленной рекой, сконцентрировался на сигналах, поступающих из подсознания. Через некоторое время он почувствовал, что владеет собой и может заставить «жить отдельно» любую клеточку тела, реагировать на свет, звук и тепло любую нервную веточку.

Затем сфера гипервидения стала расширяться, охватила комнату, где сидел Василий, весь дом, участок и прилегающее пространство вплоть до реки слева и леса справа. И наконец Вася сам стал частью мира, способной ощущать все его колебания. Он открыл рот и горло насколько мог широко, пока не захотелось зевнуть, медленно напряг мускулатуру живота и выдохнул через рот, издавая длинный протяжный вибрирующий звук ах-х-х из глубин тела. Сохранил этот звук, закрывая губы и прижимая их к приоткрытым зубам. Звук преобразился в вибрирующее жужжащее м-м-м. Василий сжал губы и нажал языком на внутреннюю сторону зубов, превратив м-м-м в н-н-н и заставив звук медленно замирать, пока не кончился запас воздуха. Получилось страдное «слово», напоминающее молитву или гимн: ахх-умм-ммм-ннн, – по сути, звуковая Дзюмон-мантра, в соответствии с концепцией Тайдзокай способствующая «осуществлению предельной правды». Теперь Василий был готов ко всеобщему видению действительности.

В комнату вошел Парамонов, глянул на абсолютно чистое, невозмутимое, глубокое лицо Котова и все понял. Сказал с уважением:

– Ты далеко пойдешь, мэйдзин. Я услышал судзи, но не поверил… не знал, что ты этим владеешь.

– Я готов, – коротко ответил Василий, заставив мышцы тела танцевать волной с плеч до икр.

К операции отхода приступили в начале седьмого, когда дневная жара начала спадать и от реки подул прохладный ветер.

Первыми ушли в подвал Парамонов и Ульяна. Подвал имел выход к реке, не просматривающийся со стороны, и шанс выйти незамеченным у Посвященных был. Затем начал реализовывать свой план Василий.

Он спокойно вышел во двор, сразу ощутив на себе давление чужого взгляда, погрузил в кабину сумку с оружием, открыл ворота и, насвистывая, будто на прогулке, вышел в сад. Физически ощущая напряжение следящих за ним людей, их застывшие на курках автоматов и пистолетов пальцы, Василий размотал шланг для поливки огорода, подсоединил к вентилю на трубе, принес ведро, тряпки: человек собирается помыть машину. Однако нигде он не задерживался ни на мгновение, постоянно двигаясь таким образом, чтобы в него нельзя было прицелиться и выстрелить.

Вывел машину, вылез, не заглушая мотора, включил воду, направив струю в кусты, прямо на того, кто там прятался, и перешел на темп. Облитый водой спецназовец из группы «Витязь», который подобрался к дому совсем близко, не успел даже глаза протереть, когда сбоху мелькнула тень и в голове у него наступило «полное солнечное затмение».

Не останавливаясь, Василий отобрал у уснувшего парня «никонов», прошептав: «Ну, я вам сейчас устрою перехват!» – и дал длинную очередь по кустам малины в конце сада, где сидели в засаде еще двое в защитных мундирах – из второй цепи окружения.

Он не ошибся в расчетах. Очередь нашла прятавшихся, но это были не просто спецназовцы, а парни из команды зомби, приведенной Рыковым, и действовали они не раздумывая, а тотчас же открывая ответный огонь. Правда, Василия там уже не было. Вычислив, где сидит очередной наблюдатель из первой цепи окружения, он достал его в тот момент, когда наблюдатель оглянулся на стрельбу в спину, соображая, что делать. Сообразить не успел, отключаясь от касания Васиного кулака к челюсти справа.

Это был офицер, как определил Вася по единичке на плече маскировочного комбинезона, командир подразделения федералов, и было бы грешно не воспользоваться случаем. Нахлобучив на себя его пятнистую маску, Вася выставил голову над поленницей дров и приглушенно заорал: