Судья и палач - Владимир Колычев

Шилин окончательно выпал из обоймы Степана. Он попал под влияние РУОПа. Насильные сексуальные действия с малолетней — эта статья держала его в узде.

Но поездить на нем не удавалось. Шилин осознавал всю серьезность своего положения, но упорно молчал. Как ни крутили его на признание, так он ничего и не сказал. Но руоповцы все еще надеялись выйти через него на заказчика Филиппова.

Как и предполагал Марков, его убийство наделало много шума. Министр получил нагоняй от президента и сейчас вертелся как белка в колесе. Разумеется, не было покоя и низовым звеньям.

Шилин может расколоться, когда будет пойман Шлыков. А без Шилина Шлыкова не поймать. Такой вот замкнутый круг. И начальство Маркова решило его разорвать. Оно дало добро на использование Шилина.

Его выпустили из Матросской Тишины. И поместили под домашний арест. Он повел навязанную ему игру под жестким контролем сотрудников РУОПа.

Об этом Степан узнал от Маркова.

— Вот здесь он у нас! — сжал кулак Николай. — Никуда не денется…

— И что вы думаете делать?

— Есть предположение, что Шлыков и его подруга собираются смыться за границу…

— Разумно…

— Но сначала им нужно исчезнуть из столицы. В неизвестном, разумеется, направлении. А как это сделать, если перекрыты все выходы?..

— Перекрыты. Но всегда остается щель. Это же Москва, а не деревня Клюевка. Ее в кольцо не возьмешь…

— Да, ты прав, Степан, щели всегда есть… Но все равно, за границу так просто не уйдешь… В общем, под нашим зорким оком Шилин связался со Шлыковым…

— Хоть на это его раскрутили…

— Да вот, недаром свой хлеб едим… В общем, передали Шлыкову сообщение, что Филиппов уже там, — Николай вознес глаза к небесам. — А потом Шилин проявил отцовскую заботу. Дескать, он знает, какая опасность грозит Шлыкову, и хочет ему помочь уйти за кордон. Мол, есть у него такая возможность… Короче говоря, он и Шлыков должны встретиться…

— Шлыков идет на встречу?

— Да. По крайней мере, таким был его ответ…

— Когда и где встреча?

— Завтра, в Бауманском саду…

— Удачи вам…

В операции по задержанию Шлыкова Степан задействован не был. Вообще-то это его огорчало. Но не злило. Он искренне пожелал удачи руоповцам. Пусть вся слава достанется им. А ему достаточно того, что преступник будет обезврежен. Желательно вместе со своей сообщницей.

* * *

— Ну все, пора уходить, — сказал Герман.

Их с Аллой уже искали вовсю. После убийства Филиппова их фотографии регулярно прокручивали по телевизору, печатали в газетах. Только Герман не расстраивался — ведь это не мешало им с Аллой разгуливать по столице. Тут главное — владеть искусством перевоплощения, а с этим у них проблем не было. Зато теперь все знали о киллере-супермене Шлыкове. Получается, он обрел славу, разве это плохо!

А скоро о нем заговорят еще громче.

Они не только по столице свободно разгуливали. Им даже удалось выбраться за пределы Москвы. И обратно вернулись без проблем.

— Завтра у Георгия Андреевича день рождения, — задумчиво, с сатанинской улыбкой на лице проговорила Алла.

Это она об отце Виталика.

— Зачем ты мне это говоришь? — недовольно спросил он.

Он уже вычеркнул Болотова и его сучку любовницу из своих мыслей. Они еще пока живы. Но для него уже мертвы. И нечего думать о них.

— Ты сам знаешь почему…

— Знаю. Но больше об этом ни слова… Надо думать, как уходить за границу…

— Странный вопрос, — скептически улыбнулась Алла. — У тебя же сегодня встреча с Иваном Геннадьевичем…

— Да, и я этого очень жду… — усмехнулся он. — Иван Геннадьевич приготовил нам заграничные паспорта…

— И людей нашел, которые нас через границу переведут. Большое спасибо ему за его заботу…

— Спасибо — это мало. Шлем ему земной поклон и наш подарок…

Подарок должен прийтись ему по вкусу. Хотя, пожалуй, он не успеет его оценить.

* * *

— Внимание! Объект приближается…

Полковник Старов лично руководил операцией. Он очень хотел задержать Шлыкова. Но почему-то не был уверен, что это ему удастся. Однако принял все меры для того, чтобы преступник не мог уйти.

Бауманский сад был наводнен его людьми. Контролировались подступы к скамейке, на которой в одиночестве сидел Шилин. Старов лично наблюдал за ним. И видел, как к нему приближается человек среднего роста, грязный, в отрепьях, натуральный бомж. Именно так выглядел Шлыков, когда его пытались задержать первый раз. Именно в таком наряде он застрелил двух сотрудников милиции, а затем исчез.

Человек в обличье бомжа проходил мимо Шилина. Сердце Старова екнуло. Неужели не он? Но нет, бомж вдруг остановился, подошел к Шилину.

— Извините, у вас не найдется закурить?.. — прозвучал в наушниках его хриплый пропитый голос.

— На…

Шилин достал пачку, вытащил из нее сигарету, протянул бомжу.

— Спасибо! — поблагодарил тот и присел рядом.

У него были свои спички. Он закурил, с удовольствием затянулся и густым облаком выпустил из себя дым.

В контакт с Шилиным он не вступал. Ждал, когда тот сам заговорит.

А вот Старову ждать не с руки. Ему каждая минута дорога. И вовсе не важно, о чем будут говорить Шилин и Шлыков. Главное, задержать последнего.

— Внимание! Приготовились!.. Пошли!

Мимо Шилина и Шлыкова проплыла парочка: мужчина и женщина с коляской. Они шли спокойно, никого не трогали, их никто не беспокоил. И вдруг ситуация резко изменилась. Мужчина метнулся к Шлыкову, мощным ударом сбил его со скамейки. Женщина выхватила пистолет и взяла преступника на прицел. А уже со всех сторон к месту события бежали вооруженные спецназовцы.

И Старов вышел из тени. Быстрым, пружинящим шагом преодолел расстояние, отделяющее его от скамейки.

Шлыкова скрутили, сковали руки наручниками, поставили на ноги.

— Да что такое, мужики? — возмущался он. — Не, какие проблемы? Че я вам сделал?..

Слишком натурально возмущался.

Старое внимательно всмотрелся в его лицо Землистого цвета, одутловатое, синяк под глазом, перегаром разит за версту. И воняет от него жуть как. Самый настоящий бомж. Абсолютно никакого сходства со Шлыковым…

— Это не он…

Если бы он был женщиной, он бы, наверное, расплакался от досады. Но он мужчина. А потому должен стойко принимать удары судьбы…