На крыльях орла - Кен Фоллетт

– Кто хочет выпить, могут не отказывать себе в этом, но, если нам придется передвигаться быстро, нам лучше делать это без наличия алкоголя в наших организмах.

Невзирая на это предостережение, как Гейден, так и Галлахер украдкой подлили в свой кофе ликер «Драмбуйе». Опять зазвонил звонок, и они повторили уже испытанный прием, но это вновь касалось квартирной хозяйки.

Все присутствующие были примечательно добродушно настроены, с учетом того, как много их набилось в гостиную и три спальни этой квартиры. Возможно, единственным раздраженным – вполне предсказуемо – был Кин Тейлор. Он и Пол состряпали большой ужин для всех, почти опорожнив холодильник, но к тому времени, когда Тейлор вышел из кухни, все прочие съели приготовленное до последней крошки, ничего не оставив ему. Он обозвал всех коллективно сворой жадных псов, и они расхохотались точно так же, как поступали всегда, когда Тейлор злился.

Ночью он вновь разозлился. Тейлор спал на полу рядом с Кобёрном, и тот вовсю расхрапелся. Храп был таким ужасным, что Тейлор не мог глаз сомкнуть. Он даже оказался не в состоянии разбудить соседа, чтобы тот прекратил храпеть, и это взбесило его еще больше.

* * *

Той ночью в Вашингтоне шел снег. Росс Перо изнемогал от усталости и напряжения.

Вместе с Митчем Хартом он провел большую часть дня в последней отчаянной попытке убедить правительство вывезти его людей из Тегерана на самолете. Перо встретился в Госдепе с заместителем госсекретаря Дэвидом Ньюсамом, в Белом доме с Томасом В. Бэрдом и Марком Джинсбергом, молодым помощником Картера, осуществлявшим связь между Белым домом и Госдепом. Они приложили все усилия к тому, чтобы вывезти самолетами из Тегерана тысячу американцев, застрявших в Иране, и не собирались строить никаких особых планов для Росса Перо.

Примирившись с мыслью о путешествии в Турцию, Перо отправился в магазин спортивных товаров и приобрел для себя одежду на холодную погоду. Взятый в аренду «Боинг-707» прибыл из Далласа, и Пэт Скалли позвонил оттуда с сообщением, что во время полета выявился ряд механических неполадок: ретранслятор и инерциальная навигационная система не работали должным образом, расход масла двигателя номер один в два раза превышал нормативный, запас кислорода на борту для использования в салоне был недостаточным, отсутствовали запасные покрышки, а клапаны емкостей с водой намертво заледенели.

Пока механики возились в самолете, Перо совещался в отеле «Мэдисон» с Мортом Мейерсоном, одним из вице-президентов «ЭДС».

На «ЭДС» существовала особая группа соратников Перо, таких как Т. Дж. Маркес и Мерв Стоффер, к кому он обращался за помощью в вопросах, не являвшихся частью повседневного бизнеса, связанного с программным обеспечением компьютеров: затеями вроде кампании по спасению военнопленных, борьбе против наркотиков в штате Техас и спасения Пола и Билла. Хотя Мейерсон не привлекался к особым проектам Перо, он был полностью проинформирован о плане спасения и благословил его: он был хорошо знаком с Полом и Биллом, ранее поработав с ними в качестве системного инженера. Что касается деловых вопросов, Мейерсон был для Перо наиглавнейшей личностью, он вскоре стал президентом «ЭДС». (Перо продолжал оставаться председателем совета директоров.)

Сейчас Перо и Мейерсон говорили о делах, рассматривая каждый из текущих проектов и проблем «ЭДС». Обоим было известно, хотя ни один не упоминал это, что Перо может никогда не вернуться из Турции.

В некоторых отношениях эти два человека отличались друг от друга как небо и земля. Дед Мейерсона был русским евреем, который два года копил деньги на железнодорожный билет из Нью-Йорка в Техас. Диапазон интересов Мейерсона простирался от спорта до искусства: он играл в гандбол, оказывал содействие Далласскому симфоническому оркестру и сам был хорошим пианистом. Посмеиваясь над Перо и его «орлами», Морт прозвал своих собственных близких коллег «жабами Мейерсона». Но во многих же отношениях он был схож с Перо, творческим и шустрым бизнесменом, чьи дерзкие идеи зачастую пугали более традиционно мыслящих руководящих работников «ЭДС». Перо дал указание, что, если с ним что-то случится во время спасательной операции, все его права голоса в соответствии с принадлежавшей ему долей акционерного капитала передаются Мейерсону. «ЭДС» будет по-прежнему управлять лидер, а не бюрократ.

В то время как Перо обсуждал дела и бушевал по поводу Госдепа, его самое глубокое беспокойство было связано с матерью. Лулу Мэй Перо быстро угасала, и Перо хотел быть подле нее. Если ей суждено умереть, когда сын будет в Турции, он никогда больше не увидит ее вновь, и это разобьет его сердце.

Мейерсону было хорошо известно, какие мысли у Перо на уме. Он прервал деловой разговор и заявил:

– Росс, почему бы не поехать мне?

– Что ты имеешь в виду?

– Почему бы мне не отправиться в Турцию вместо тебя? Ты внес свой вклад – ты летал в Иран. Нет ничего такого, что я не смог бы выполнить в Турции из того, что сделал бы ты. А тебе хочется остаться с твоей матерью.

Перо был тронут. Морту не надо было заводить разговор об этом, подумал он.

– Если тебе хочется… – Искушение оказалось сильным. – Безусловно, я хотел бы подумать об этом. Дай мне обмозговать твое предложение.

Он не был уверен, что обладает правом позволить Мейерсону сделать это вместо него.

– Давай посмотрим, что подумают другие. – Он поднял трубку телефона, позвонил в Даллас и связался с Т. Дж. Маркесом. – Морт предлагает отправиться в Турцию вместо меня, – сообщил он Т. Дж. – Что ты думаешь на этот счет?

– Это самая дурная затея на свете, – решительно отмел его соображения Т. Дж. – Ты плотно занимался этим проектом с самого начала и никак не можешь рассказать Морту все, что ему необходимо знать, за несколько часов. Ты знаешь Саймонса, тебе известно, как работают его мозги, а Морту – нет. К тому же Саймонс не знаком с Мортом, а тебе известно, как Саймонс доверяет людям, которых не знает. Ну, он просто не станет доверять им, вот и весь сказ.

– Ты прав, – согласился Перо. – Это даже не подлежит рассмотрению.

Он положил трубку.

– Морт, я чрезвычайно ценю твое предложение, но в Турцию отправлюсь я.

– Как тебе угодно.

Через несколько минут Мейерсон ушел, чтобы вернуться в Даллас в зафрахтованном лайнере «Лир». Перо вновь позвонил на «ЭДС» и поговорил с Мервом Стоффером.

– Ну, ребята, теперь я хочу, чтобы вы работали посменно и могли поспать, – заявил он. – У меня нет желания разговаривать с шайкой зомби.

– Есть, сэр!

Перо внял собственному совету и прилег поспать.

Телефонный звонок разбудил его в два часа ночи. Это был Пэт Скалли, звонивший из аэропорта: механические неполадки были устранены.

Перо заказал такси в аэропорт Далласа. Это была гонка на скорости тридцать миль по обледеневшим дорогам, от которых мороз продирал по коже.

Турецкая спасательная команда теперь была в сборе: Перо, Пэт Скалли и Джим Швибах – убойный дуэт; экипаж «Боинга-707» и два запасных пилота, Дик Дуглас и Джулиан «Бабло» Кэйноч. Но самолет не был отремонтирован. Ему требовалась запасная деталь, которую было невозможно найти в Вашингтоне. Гэри Фернандес – руководящий сотрудник «ЭДС», работавший над контрактом по аренде самолета, – имел друга, возглавлявшего наземное снабжение одной из авиалиний в нью-йоркском аэропорту Ла Гардиа. Он позвонил этому другу, друг соскочил ночью с кровати, нашел искомую деталь и отправил ее самолетом, вылетавшим в Вашингтон. Тем временем Перо улегся на скамейку в терминале и проспал еще пару часов.