Сначала догони - Марина Третьякова

— Дернешься, хуже будет… — стальная хватка размазала меня по каменному телу ночного гостя, и вдох застрял в горле.

Стянул сгибом локтя шею, не давая дышать, вцепилась в удавку, но его рука такая огромная и сильная, что сдвинуть невозможно. Вторая рука как змея обвила талию и ноги оторвались от земли.

Повисла прижатая к огромному телу и не могу вдохнуть. Кровь грохочет в ушах и его ровное слегка сбившееся дыхание обжигает ухо.

— Без фокусов, — глубокий баритон прошелся по ушам грубостью тона, и я смогла лишь пискнуть, когда на секунду хватка усилилась, а потом рука на шее начала расслабляться. Незнакомец ослабил нажим, и я начала жадно глотать кислород как будто вынырнула из ледяного колодца. — Ответишь на мои вопросы, останешься жива.

Ощутила под ногами спасительную землю и дернулась в сторону, но не успела сделать и шага. Разгадал, швырнул к стене и накрыл своей тенью, отрезая пути к побегу.

— Я предупреждал тебя… — обхватил шею стальной хваткой, боль как раскаленный прут прошила тело и ударила в мозг. А потом тьма поглотила, и я потеряла сознание.

Очнулась как-то резко. Так же быстро, как и вырубилась. Открыла глаза, и поняла, что руки связаны пластиковым хомутом. Лежу на полу в коридоре, а этот громила возится за моим ноутбуком и просматривает видео сегодняшнего признания. Вот дьявол!

— Очнулась. Отлично.

Встает из-за стола на кухне и подходит ко мне, поднимая за капюшон на кофте. Та натягивается на шее и едва не перерезает мне глотку. Никогда больше не буду такие носить. Поднимаюсь на ноги и дрожу, боясь поднять голову и посмотреть на этого огромного верзилу, а он, напротив, сжимает мой подбородок и заглядывает в мои слезящиеся от линз глаза.

— Чем опоила этого? — кивает в сторону ноутбука, прошивая прямым немигающим взглядом. От страха внутренности скручиваются узлом, и тошнота подкатывает к горлу, и я не могу разлепить побелевшие губы. Разжимает пальцы на подбородке и перемещает ниже на шею, которая чудом не свернулась после его удушения. Мое молчание злит, и этот огромный и сильный зверь делает еще шаг ко мне и встает вплотную. — Отвечай, — чеканит с нажимом, а я отворачиваю голову в сторону. — Что за яд ты ему подсыпала?

Молчу, ощущая тяжесть его тела и грубость хватки.

— На кого ты работаешь? — встряхивает за плечи и боль простреливает тело. — Будешь молчать?

Грубо разворачивает к стене лицом, прижимает всем телом и страх мгновенно сковывает нутро.

— Не хочешь по-хорошему… — его рука скользит к пуговице на моих шортах, и крупная дрожь прошивает тело.

— Ладно, — срываюсь хрипло. — Я все скажу, только отпусти.

Мой голос как писк мыши по сравнению с его басом. Огромная тень впечатала меня в стену, и рука замерла на ширинке, так и не расстегнув ее до конца. Чувствую твердость его тела своим, и мурашки прошивают кожу снова и снова заставляя пульс сбиваться.

Руки, сдавленные хомутом, горят, видимо сильно затянул. Но кольцо не снял, а это значит у меня есть крошечный шанс спастись. Разворачиваю металл на пальце печаткой внутрь, а потом аккуратно сдвигаю маленький диск в сторону оголяя металлический шип под ним.

— Отпусти… — веду плечом, пытаясь стряхнуть мощное тело, но он все еще туго прижат и мне не удается выровнять дыхание. Скачок адреналина пьянит голову, и хватка ослабевает, а я начинаю медленно оборачиваться к этому зверю, чтобы мой план удался. — Развяжите руки…

* * *

— Ты сегодня очень красивая, — слышу мужской голос из-за спины и резко оборачиваюсь, и тут же оказываюсь сжата в крепких объятиях Влада. Парень сжимает меня, но я торопливо оглядываюсь и высвобождаюсь из кольца его рук.

— Что ты делаешь, вдруг кто-нибудь увидит? — испуганно шепчу и он улыбается, а потом все же отступает, кивая в сторону своей машины.

— Готова ехать? — парень вскидывает брови, а я сглатываю испытывая какой-то странный трепет вперемешку со страхом. Он уже давно предлагал мне покататься на его машине, но я была уверена, что приличные девушки не позволяют себе эту вольность. Мы знакомы чуть меньше месяца, да Влад пытался и раньше строить мне глазки, но я чересчур занятая учебой не отвечала на его взгляды, пока он не пошел ва-банк и не рискнул со мной заговорить.

— Я не думаю что…

— Ой да брось, Лен, ну что я с тобой сделаю? По-твоему я маньяк, ворующий юных дев? — она так заразительно ухмыльнулся, что я не сдержала ответную улыбку. И правда, что он мне сделает? Сын ректора университета, прилежный ученик, почти отличник. Да каждый в нашем ВУЗе знает Влада Спрыкина и знает его отца, уважаемого человека. Ну что я в самом деле-то…

— Ладно, но не долго, — улыбаюсь, Влад берет меня под руку и ведет к машине. А тревога все сильнее проникает в кровь, но я отгоняю ее прочь. Все будет хорошо. Главное не думать о плохом. И почаще заглядывать в улыбающееся лицо Влада.

Мой спутник мечта любой девушки — высокий, стройный, подтянутый. Темные волосы слегка курчавятся, но из-за короткой стрижки это едва заметно. Он очень молод, но природа наградила его броской внешностью, да что греха таить, за ним бегает добрая половина студенток нашего универа — слишком он хорош собой.

Широкий разлет черных бровей, прямой нос, квадратный волевой подбородок, чеканные скулы — весь набор заправского ловеласа, героя из любовных романов, которые я в свободное время щелкаю как семечки.

И я рядом с ним.

Не сказать бы что красавица, но обратил же он внимание на меня, значит было за что. Да, фигура у меня обычная, но вполне стройная. Длинные темно-русые волосы, серо-зеленые глаза, тонкий нос. Единственная ненавистная черта во всем облике — губы, они чуть пухлее чем принято, и это с детства меня бесит, но ничего не поделать, приходится смириться.

Хотя бабушка всегда твердила что я красавица, но я списывала ее слова на слепую материнскую любовь, и не воспринимала всерьез. А вот слова Влада, что я сегодня красивая заставили сердце затрепыхаться, взволновали, залили щеки румянцем.

— Это тебе, — брюнет достает с переднего сиденья букет ромашек и мое сердце подпрыгивает. Улыбаюсь, благодарю его, хочется петь от счастья. Неужели это не сон?

— Они такие красивые, — радостно шепчу и щурюсь от растекающейся в душе неги. В животе порхают бабочки, и радость переполняет словно игристое шампанское бокал.

— Не такие красивые как ты, — открывает для меня дверь и помогает усесться, а потом пристегивает ремень, и только убедившись, что я удобно утроена закрывает дверцу и обходит машину.

Тревога теперь не бьет набатом, скорее звенит тихими колокольчиками где-то вдалеке, но ее звон так легко спутать с возбуждением от предстоящей поездки, что я теряюсь.