Любовь, обман и бриллианты. - Сергей Витальев

Сергей Витальев

Любовь, обман и бриллианты.

1.

“Всегда держись начеку!”

Козьма Прутков.

Никогда не знакомьтесь с женщинами на улице.

Нет, конечно, если она моложе пяти или старше семидесяти пяти лет, то познакомиться можно. Но если она выглядит лет на двадцать с небольшим, если она невысокого роста, с длинными, светлыми волосами, приятным, я бы даже сказал, миленьким личиком с огромными голубыми глазами, то бегите и не оглядывайтесь. Если, разумеется, не хотите оказаться на моём месте. Я не побежал. Не побежал – и обрёл своё место в углу не слишком комфортабельной камеры, среди малоинтеллигентной публики.

Всё началось с того, что у меня закончились сигареты.

Отложив паяльник и плату с недовыпаянной микросхемой, я потянулся к пачке, но, увы, она оказалась так же пуста, как глаза спившегося грузчика из соседнего молочного магазина. Минут пять, глядя на пачку, я размышлял, что проще: бросить курить вообще или, всё-таки сходить за сигаретами в ближайший киоск. Подумав, я предпочёл киоск. Во-первых, потому что, промучавшись с полчаса-час, пойти всё равно придётся, а во-вторых, несмотря на мелкий дождик за окном, мне не мешало бы проветриться.

Накинув куртку и выйдя во двор, я скорым шагом отправился за вожделенным зельём, прикидывая в уме, как проще, не повредив, выпаять злосчастную микросхему. Наивный, я полагал, что через десять минут снова окажусь за своим рабочим столом, но она уже стояла у подъезда, выбирая свою жертву. Этой жертвой и оказался я.

– Молодой человек! – услышал я приятный, мелодичный голос. – Извините, пожалуйста, вы не очень спешите?

Подумав о том, что спешу и очень спешу, я внимательно посмотрел на незнакомку. Окажись здесь в данную минуту завсегдатай ближайшей пивной Похмелыч, он, закрыв левый глаз, обычно подбитый, сказал бы о девушке сиплым голосом: “Аппетитная бабёнка”. Я же оставил свои наблюдения при себе и просто ответил:

– Да нет, не очень.

– Вы не поможете мне? – жалобно спросила девушка и сделала движение левой рукой, будто собиралась поправить причёску, но, лишь дотронувшись до волос, тут же опустила руку и принялась теребить пальчиками, затянутыми в перчатку, пояс плаща.

– Почему бы и не помочь, – легко согласился я.

– Понимаете, я забыла дома ключи и не могу попасть в свою квартиру. Взяла у соседки топорик, но там нужна мужская сила. Помогите, пожалуйста. – Она посмотрела на меня взглядом, который мог разжалобить палача в расцвете его творческой деятельности, и протянула небольшой, изящный топорик.

Поднявшись вслед за хозяйкой на третий этаж, я оглядел дверь. Очевидно, жильцы не в первый раз забывали ключи – судя по планке, прибитой к дверному косяку, квартиру уже когда-то вскрывали с помощью топора.

– Подождите, я попробую своим ключом. У меня стоит точно такой же замок. – Я попытался отпереть дверь, но тщетно: мой ключ вошёл, но проворачиваться не захотел.

– Давайте я попробую. Этот замок иногда заедает. – Сняв перчатку, девушка взяла у меня ключи и попробовала сама отпереть дверь. У неё тоже ничего не получилось.

– Ладно, ломайте, – сказала она трагическим голосом, в котором слышалась такая отчаянность, словно весь мир был обречён рухнуть через минуту, и только она одна знала об этой неприятности.

Поддев планку, я её легко оторвал, почувствовав себя при этом лихим взломщиком.

– Как у вас ловко получилось, – польстила мне незнакомка.

– Да это совсем не трудно. – Про себя я подумал, что с этим справился бы и ребёнок, но решил пока не открывать девушке эту тайну.

К счастью, нижний замок не был заперт, иначе пришлось бы потрудиться подольше. Мы вошли в квартиру. Я хотел сразу же взяться за дело и прибить планку на место, но девица почему-то предложила мне пока пройти на кухню, а дверью заняться чуть позже.

Оставив топорик в прихожей, я прошёл на кухню. И первым, что засёк мой натренированный глаз, была пепельница на подоконнике с несколькими окурками и начатая пачка “Примы” без фильтра. Мне некогда было раздумывать над довольно странным вкусом девицы – у каждого свои причуды, я просто жадно затянулся, позаимствовав из пачки сигарету.

Стоя возле окна, я пытался вспомнить: выключил я перед уходом паяльник или нет. Неожиданно мои воспоминания были прерваны.

– Вы что, опять дверь сломали? – услышал я за спиной чей-то голос.

Обернувшись, я увидел, что девица вдруг постарела лет на сорок-пятьдесят и успела переодеться во что-то не слишком броское. Она же, взглянув на моё лицо, задала новый, не совсем понятный вопрос:

– Что-то я вас раньше вроде как не видела. Вы им кем доводитесь, родственником?

– Да нет, – спокойно ответил я. – Меня хозяйка попросила открыть дверь. Она забыла ключи.

– А где она сама?

Я пожал плечами, а старушка скрылась в комнатах и вскоре снова появилась на пороге кухни, на этот раз, разглядывая меня с нескрываемым подозрением.

– Никого нет, – сообщила она мне. – Вы кто, не вор ли? Я сейчас, пожалуй, милицию вызову.

– Послушайте, – попытался я как можно спокойнее объяснить непонятно откуда взявшейся бабушке ситуацию. – Меня и в самом деле попросила открыть дверь хозяйка этой квартиры. Во всяком случае, она так представилась. Я открыл и пошёл на кухню перекурить, а она прошла в комнату. Можете вызывать милицию, я не собираюсь никуда сбегать. И живу я вон там, – показал я в окно, – в соседнем доме. Подождите, она, наверное, сейчас придёт. Может, она понесла топорик обратно соседке, – вспомнил я слова девицы.

Старушенция снова посмотрела на меня с подозрением, но, увидев, что я не собираюсь ни набрасываться на неё с топором, ни засовывать ей в рот кляп, снова вышла из кухни. Спустя мгновение она вернулась с топориком в руках и спросила:

– Этот топор? Как он сюда попал?

Я кивнул головой в знак согласия. Бабка на сей раз выглядела несколько озадаченно и снова задала вопрос:

– А зачем вы комод сломали?

– Не знаю. Я не трогал вашего комода. Я даже в комнату не заходил.

Чёрная тень подозрения снова легла на бабушкино лицо. Я увидел, что она собирается-таки что-то предпринять и, вполне возможно, вызвать милицию. Те, конечно, разберутся во всей этой нелепой ситуации, но когда они разберутся?.. А мне совсем не хотелось терять время понапрасну. Помянув про себя девицу, втянувшую меня в эту нелепую историю, а потом куда-то испарившуюся, недобрым словом, я рассказал бабке о том, как попал в квартиру, а для достоверности описал ей хозяйку.

Похоже,