Дело об упрямом свидетеле - Эрл Стенли Гарднер

Джерри Бейн яростно тер глаза кулаками в надеждеокончательно проснуться. Откинув одеяло, он спросил:

— Который час, Магз?

— Десять тридцать, сэр, — ответил Магз Магу.

Бейн спрыгнул с кровати, подбежал к открытому окну ипринялся делать зарядку. Она представляла собой ряд быстрых танцевальныхдвижений.

Магу молча наблюдал за ним взглядом человека, привыкшегофиксировать мельчайшие детали. Он впитывал в себя все происходившее вокруг,словно промокашка.

Джерри Бейн перестал танцевать. Вытянув руки вперед, онсделал несколько резких приседаний.

— Как у меня получается, Магз?

— Неплохо, — без энтузиазма ответил тот. — Вы просто не изтех, кто толстеет. Какая у вас талия? — поинтересовался он.

— Двадцать восемь.[1]

Последовавший за этим комментарий Магза был основан напятидесяти годах скептических наблюдений.

— Все это хорошо, пока ты молод, и девушки сходят с ума отхорошего танцора. Но когда приближаешься к тому, что лично я называю возрастомвынужденной конкуренции, требуется мясо, чтобы компенсировать худобу. Когда яслужил в полиции, нас учили: настоящая мощь требует мяса. Обратите внимание, нежира, а мяса и костей.

— Понятно, — иронически улыбнулся Бейн.

Магз бросил взгляд на свой пустой правый рукав и, помолчав,добавил:

— Конечно, сейчас я могу бить только одной рукой. Но этогобудет вполне достаточно, если бить в нужное место и в нужное время… Что хотитена завтрак?

— Яйца-пашот и кофе… Что значит — в нужное время, Магз?

— Нужно бить первым, — пожал плечами Магз. Джерри веселозахихикал.

— Не забудьте выпить апельсиновый сок, прежде чем пойдете вдуш, — напомнил Магз. — Скоро сюда заявится ваш лучший друг Артур Арман Ансон.

Бейн рассмеялся:

— Не называй этот замшелый пень моим другом. Он всего лишьадвокат и распорядитель наследства моего дяди. Не больше. И часто не одобряетмои чувства… Что там у нас в почте?

— Вы заказывали фотографии в агентстве фотоновостей? — всвою очередь спросил Магз.

Джерри Бейн утвердительно кивнул.

— У меня возникла идея. Мой ответ Ансону, — объяснил он.Ведь фотографы агентства фиксируют все новости. Это — шустрые ребята. Так вот.Учитывая твою гениальную память, твое знание криминального мира, всевозможныхпроходимцев и святош, мне пришла в голову гениальная мысль. Мы займемсяизучением фотоновостей. Другими словами, Магз, мы можем организовать дело.Конечно, не совсем обычное, но весьма прибыльное.

— И столь же опасное? — с интересом спросил Магз.

В ответ Джерри лишь пренебрежительно усмехнулся.

— Ты знаешь, Магз, — начал он, — что Артур Арман Ансон позавещанию моего дяди является распорядителем оставленного мне наследства. Таквот, у него хватило наглости заявить мне, что поэтому он может, если сочтетнужным, не дать мне оттуда ни цента… Ты представляешь?.. Те десять тысяч,которые мы получили сразу, — продолжал Джерри, — наверное, уже подходят кконцу. Адвокат, само собой, будет упираться как бык, поэтому нам надо битьточно. По-снайперски. Он живет своими мозгами, а мы будем жить своей смекалкой.Вот так.

— Понятно, — сказал Магз, не меняя выражения лица.

— Ну что, этих десяти тысяч действительно уже нет? — прямоспросил Джерри.

Магз направился на кухню.

— Пойду присмотрю за кофе, — вместо ответа пробурчал он.

— Хорошо, присмотри, — понимающе улыбнулся Бейн.

Он уселся перед зеркалом, открыл пакет с фотографиями, выпилсвой апельсиновый сок, затем включил в розетку электробритву…

— Ансон будет здесь с минуты на минуту, — напомнил Магз,выходя из кухни. — Надеюсь, вы не обидитесь на меня, если я скажу, что адвокатуне понравится ваш вид в пижаме. Очень не понравится.

— Знаю. Этот старый огрызок решил, что имеет правоуказывать, как мне жить. И только потому, что назначен попечителем моегонаследства… Кстати, а сколько у нас осталось на счету, Магз?

Магз старательно прочистил горло:

— Точно не помню, сэр.

Бейн выключил электробритву:

— Магз, какого черта ты мнешься?! Давай выкладывай!

— Извините, но вы перебрали триста восемьдесят семьдолларов. Банк уже прислал официальное извещение…

— Не сомневаюсь, что банк поставил в известность об этом иАртура Ансона. Вот он и несется сюда со всех ног распинать меня, сыпать соль наоткрытые раны…

— Адвокат сжалится и простит вас, — предположил Магз безособой уверенности. Именно поэтому ваш дядя и сделал его попечителем.

— Ну уж нет! — возразил Джерри Бейн. — Кто-кто, но только неАнсон. Этот твердолобый сухарь полон решимости управлять моей жизнью.Приказывать, наставлять! Если я поддамся, то очень скоро стану еще однимАртуром Арманом Ансоном. С изрытым морщинами костлявым лицом, тонкими, каклезвие бритвы, губами и таким же острым взглядом; буду шаркать повсюду с клюкойи потертым портфелем. Да, кстати, Магз, — прервал философствования хозяин, —прости, но пока не знаю, как быть с твоей зарплатой. Ведь сегодня, кажется,день…

— Пусть вас это не беспокоит, — поспешно сказал Магз. —Когда вы меня подобрали, я торговал на улице карандашами и никогда не знал, гдебуду спать.

— Вопрос не в том, что ты делал, а в том, что ты делаешь… —дружелюбно бросил Бейн. — Ладно, сначала бакенбарды, затем душ, потом завтрак,и наконец — финансы.

Джерри Бейн снова включил бритву. Он приводил в порядок своющеку, одновременно рассматривая фотографии, присланные агентством. Это былиснимки размером восемь на десять на прекрасной глянцевой бумаге. На каждом былоотпечатано стандартное предупреждение о необходимости уплаты кредита точно всрок и краткое содержание сюжета. Это чтобы новые редакторы имели возможностьпридумывать и использовать свои собственные заголовки. Первой Джерри отбросилфотографию автомобильной катастрофы.

— Боюсь, замысел этой картинки не очень хорош, Магз. Такоевпечатление, что фоторепортеры носятся как сумасшедшие, высунув язык, ивыискивают жуткие, пугающие людей подробности.

— Да, но при этом хотят этих самых людей кое-чему научить, —заметил Магз.