Золотые рыбки - Алена Судакова

— Зараза!

Семен откинул одеяло, свесился с кровати и нащупал на полу джинсы. Вчера он так устал, что не было ни сил, ни желания складывать одежду. Пришел с работы под утро, стащил все с себя и бросил как попало. Теперь нужно отыскать в этом ворохе сотовый.

Мелодия звонка давила на нервы. Что-то срочное. Хотя когда было что-то неважное или несрочное? Работа у него такая, сыщицкая.

Сотовый нашелся. Семен взглянул на время: половина восьмого. Он спал всего два часа.

— Да… Я…

Голос Олега Сивцева в трубке не предвещал ничего хорошего.

— Краснов, подъем!

— Уже, — пробурчал он. — Надеюсь, не зря.

— Не зря, не зря, — подтвердил Сивцев. — У нас труп.

— Чудесно. А никого другого вызвать нельзя? — спросил Семен.

Впрочем, отвертеться не удастся. Группа — его. Никому нет дела, что он не спал несколько дней, что не был в отпуске четыре года. И личная жизнь треснула по швам из-за работы. Он даже не может нормально заболеть, потому что некому будет его заменить!

— Ладно. Где это? — смирился он, собирая разбросанную одежду.

Сивцев продиктовал адрес, сказал «Машину послал» и отключился.

Семен сделал пару отжиманий, залез под холодный душ. Бросить что-нибудь в рот не удалось: кофе, как оказалось, закончился, а холодильник не заполнялся уже с неделю. Придется звякнуть матери, чтобы она не дала великовозрастному дитяте помереть с голоду и подкинула чего-нибудь съестного.

Он вышел из квартиры, щелкнул замком и едва не споткнулся о разбросанные на лестничной площадке коробки и сумки, заклеенные скотчем. Дверь в соседнюю квартиру была распахнута настежь. Значит, въезжают новые соседи. Стоит вечерком познакомиться. С предыдущими жильцами так толком и не поболтал ни разу — времени не нашел, хотя жили бок о бок лет пять.

Лифт дожидаться Семен не стал, легко сбежал по лестнице, толкнул дверь и вышел на улицу, сразу попав под яркое солнце. Прищурился и нацепил на нос солнцезащитные очки.

— Привет! — из подъехавшей машины высунулся Гриша Коноплев. — Садись, что ли.

Что ли! Семен, буркнув приветствие, сел рядом и закурил.

— Быстро доедем?

— Если не застрянем, то минут через сорок, — ответил Гриша со знанием дела.

— Тогда я подремлю.

Семен затушил сигарету, прицелился и попал окурком в урну. Гриша хмыкнул и, разворачивая машину, доложил:

— Опергруппа на месте. Там уже как в муравейнике.

— Из прокуратуры приехали?

— А как же! Давно. Они все уже облазили. Дело-то дрянь.

Сон как корова языком слизала. Семен выпрямился, повернулся к Грише.

— Женщина? Светловолосая, молодая, красивая, горло перерезано, следов нет…

Он перечислял, а Коноплев кивал.

— Черт! — выругался Семен.

— Ага. Эксперт сказал то же самое.

Прощайте мечты о выходном дне! Семен откинулся в кресле.

А ведь он ждал чего-то подобного, хотя и боялся признаться в этом. Мысли нехорошие в голове бродили. Предчувствие сработало. Как по поговорке: Бог троицу любит. Третья жертва… Серия. Как не хотелось верить в это!

Гриша старался объехать пробки, но все-таки застряли, простояли с полчаса и подкатили к месту происшествия, когда судмедэксперт собрался уезжать. Семен сразу заметил его щуплую фигуру.

— Сергеич! — они пожали руки. — Что там?

— Пока все предварительно, — предупредил тот. — Женщина, лет под сорок или чуть за — сразу не скажешь, сейчас все молодятся. Волосы светлые, как и у прежних жертв. Часть волос срезана. Документов нет. Одета в легкое платье. Вещей нет. Горло перерезано острым орудием. Скорее всего медицинским инструментом — линия ровная. Что еще? Ну следов много: подвал, рабочие ходят проверять домовые счетчики. Вот и на этот раз полезли… А там — она. Этот гад не выключил свет: хотел, чтобы ее увидели сразу. Красивая была…

Петр Сергеевич — Сергеич, как привыкли называть его оперативники, — каждый раз пытался показать, что ему нет дела до погибших, до чужой боли. Но все знали, что это не так и несколько дней он будет ходить хмурый, выкурит вагон сигарет и возьмет пару выходных.

— Ей бы жить да жить, растить детей… Сейчас вроде бы люди перестали доверять друг другу, а вот такие, как она, все равно попадаются. Почему? Почему я, честный человек, хороший работник, исправный налогоплательщик, должен бояться за жену, за дочерей, что они пойдут по улице и угодят к вот такому же?..

Эксперта несло, и Семен поспешил перевести разговор в другое русло.

— Крови много?

— Да уж. Горло все-таки. Но стены без брызг. Все вытекло на пол. Аккуратный, гад! Работает настолько осторожно, что остается чистым… Но кровь есть кровь — все равно набрызгает. Может, на обувь. Пол — бетонный, грязи в трещины понабивал ось достаточно. К стенам он старается не прикасаться, но все равно надевает перчатки. Вопросов много. Будем работать.

Сергеич махнул рукой, потер высоко подстриженный затылок и закрыл свой чемоданчик.

— Экспертизы позже. Но не думаю, что там будет что-то новенькое. Все по написанному сценарию. Поехал я.

Семен проводил его взглядом, потом оглянулся вокруг. Обычный московский двор, привычные пятиэтажки. Все сносят, сносят, а конца и края не видать. Вокруг растут длиннющие тополя, качаются березы, сирень возле подъездов уже отцвела. Колючие кусты шиповника и боярышника заслоняют дорогу — из окон первого и второго этажа ее не разгладишь. У одной из пятиэтажек ребята из его группы и парни из патруля, принявшие вызов. В стороне, зажав сигареты трясущимися пальцами, курят рабочие в синих спецовках — те, что нашли труп. Видно, что нервы сдали. А у кого бы не сдали?

Навстречу спешил Олег Сивцев.

— Привет! Труп отправили в морг. Криминалисты еще работают. Сергеич уже отчалил, — сообщил он.

— Я его встретил. Значит, клиент наш.

— Похоже! — тоскливо согласился Сивцев. — Пойдем вниз или сначала пообщаемся с прокуратурой?

Семен посмотрел туда, где под окнами дома бродил с зажатой под мышкой папкой следователь Потемкин — из молодых да ранних. За ним по пятам следовал участковый с виноватым выражением лица. То, что Потемкину отдали сложное дело, Краснову не понравилось. Но кто спрашивал его мнение? Сам он тоже не дока в таких делах. В другой стороне Шебеко пытался в толпе любопытных выловить тех, кто действительно мог что-то заметить или услышать.

— Потемкин перебьется. Давай, что у нас есть?

Сивцев достал записи, прочитал и добавил от себя: