Осада - Олег Мушинский

Карл в задумчивости погладил подбородок, потом покачал головой.

– Не представляю, – сказал он. – Сэр Жерар – рыцарь ордена. Он дал обеты бедности и нестяжательства и, судя по тому, что я видел, честно их исполнял.

– Это верно, – согласился Тимофей. – У меня сложилось такое же впечатление.

– Поэтому я и подумал вместе со всеми на караванщика, – продолжил Карл. – Такая красавица, как его жена, это ведь тот еще рычаг. Верно?

– Верно, – сразу согласился Тимофей, вспоминая обнаженную прелестницу.

– Но вы все равно считаете, что он на самом деле не виновен?

Тимофей пожал плечами.

– Как у нас на Руси говорят, не пойман – не вор, – сказал он. – К тому же он уж точно не тот человек, который смог бы одолеть в бою сэра Жерара. Тот был прекрасным воином.

– Возможно, сэр Жерар тоже так считал, – предположил Карл. – А излишняя самоуверенность погубила немало славных рыцарей. Отец не раз предупреждал нас с братом против нее. Что, если сэр Жерар недооценил противника и повел себя излишне беспечно, а тот этим воспользовался?

– В твоих словах есть резон, – признал Тимофей. – Я бы даже сказал: серьезный резон. Но вот какая штука, Карл. Если все случилось так, как ты говоришь, то этому баши надо было убивать вовсе не сэра Жерара.

– А кого?

Прежде чем ответить, Тимофей посмотрел по сторонам. Рядом с ними никого не было. Они с рыцарем стояли у стены в трех шагах от закрытой двери главной башни. Сама дверь была толстая, с идеально пригнанными досками без единой щелочки, но прямо над ней располагалось открытое окно. Тимофей шепотом поведал Карлу о том, что он видел в покоях барона, закончив свой краткий рассказ словами:

– Вряд ли она поджидала там сэра Жерара.

– Это да, – Карл кивнул с самым мрачным выражением на лице. – Но черт побери! Ведь это именно барон собирался повесить караванщика. Это с самого начала была его идея. Он должен объясниться!

Рыцарь решительно направился к двери башни. Тимофей бросился за ним:

– Погоди! Да погоди ты, горячая голова!

Карл распахнул дверь. К счастью, за ней никто не подслушивал, а то рыцарь просто смел бы его с дороги. Тимофей перескочил через порог, и дверь сама захлопнулась за ними. Карл уже шагал к лестнице через пустой холл. Левую стену покрывала длинная шпалера, на которой искусно вышитые по ткани рыцари и святые отцы в белых одеяниях призывали менее проработанных крестоносцев идти вперед, к прекрасному граду на холме. Над ними парили ангелы с мечами в руках. Тимофей нагнал Карла, когда тот подходил к граду и одновременно к лестнице.

– Подожди, Карл!

Рыцарь замедлил шаг лишь для того, чтобы Тимофей смог с ним поравняться.

– Знаете, мастер, – на ходу сказал он, – приключение с чужой женой – это одно, а убийство христианина – это уже совсем другое дело.

– Караванщика он пока что не убил, – возразил Тимофей. – Хотел, да, но тут каждый день хотят кого-нибудь убить. Рыцари – народ горячий.

Карл хмыкнул и зашагал вверх по ступенькам.

– А что не так? – спросил Тимофей. – Ты вон сам как рванул. А толку? Хорошо, поругаешься ты с бароном. Женщина у него в постели чужая. Эка невидаль! Он скажет, что она сама пришла, и что дальше? Кроме конфликта с бароном?

– Но ведь он не прав!

– Не прав, – согласился Тимофей, прыгая через ступеньку, чтобы поспеть за рыцарем. – Вопрос: насколько он не прав?

– Но это же очевидно, мастер! Он хотел завладеть этой женщиной и для этого собирался повесить ее мужа.

– Чего в итоге не сделал.

– Только благодаря вам, – возразил Карл, хотя шаг все-таки замедлил.

Теперь Тимофей поспевал за ним без труда. К тому времени они уже поднялись на третий этаж. На площадке стояла здоровенная статуя из светло-серого камня. Она изображала ангела с острыми крыльями и двумя мечами и стояла на самом краю так, чтобы ее без труда можно было сбросить на голову врагу.

– Пусть так, но не повесил же, – стоял на своем Тимофей. – За дурные помыслы пусть с него святой отец спрашивает. Это его епархия. А нам надо разобраться, кто и зачем убил сэра Жерара, в чем ты мне обещал помочь.

Последняя фраза заставила-таки рыцаря остановиться.

– Я, мастер, от своих слов не отказываюсь, – сказал Карл.

– Тогда, пожалуйста, не поднимай бучу раньше времени, – ответил Тимофей.

– Раньше времени. Вы хотите сказать…

Окончание фразы повисло в воздухе, но вполне прочитывалось на лице рыцаря. Мол, неужели барон мог убить сэра Жерара?! То есть, будучи превосходным воином, конечно, мог, тем более что он-то не забыл при выходе на стену ни щит, ни броню и имел все преимущества в поединке, – но как он вообще мог пойти на такое?!

– Я хочу сказать вот что, – тихо произнес Тимофей. – Как мы с тобой слышали, сэр Жерар тоже проявлял интерес к жене караван-баши. Опять же, он был беден. По обету или жизнь так сложилась – не так важно. Важно, что убийца мог себе позволить куда более богатое оружие, а значит, не так уж нуждался в тех монетах, которые он мог взять с трупа сэра Жерара. Это не отменяет полностью возможность ограбления, алчность человеческая подчас бывает безгранична, но, возможно, причиной убийства были все-таки не деньги.

Карл хмуро кивнул.

– Вы думаете, что барон решил одним ударом прикончить двух зайцев? – медленно, одновременно прокручивая эту мысль в голове, произнес он. – Убил соперника и хотел повесить мужа?

– Пока я думаю, что не надо торопиться с выводами, – тотчас ответил Тимофей. – Убил или только воспользовался ситуацией – этого мы пока не знаем. То, что он все-таки не повесил караванщика, пока что говорит в его пользу. Тем не менее эта женщина представляется мне главной из причин, которые могли сподвигнуть кого-то на убийство, и она сейчас у барона. По крайней мере, мимо нас она не проходила, а лестница одна.

– И что мы будем делать?

– Для начала подождем, когда она выйдет, – сказал Тимофей. – Я уверен в том, что видел, но в таком важном деле лишний раз удостовериться не помешает. Да и два свидетеля лучше, чем один, если придется докладывать командору.

– Если? – уточнил Карл.

– Вряд ли его заинтересуют любовные похождения барона с какой-то простолюдинкой. Я имею в виду: сами по себе.

– А если они связаны с убийством?

– Тогда да, но это нам с тобой еще надо доказать. Время у нас есть, так что давай-ка все хорошенько обдумаем и понаблюдаем. Лучше, конечно, незаметно. Вдруг кто-то еще проявит интерес к этой женщине.

Он огляделся по сторонам. Особых укрытий на этаже не было. Разве что пара ящиков, в которых рослый рыцарь при всем желании бы не поместился, да каменный ангел на лестничной площадке.