Блуждающий в темноте - Джозеф Нокс

— Спасибо за возможность, сэр. Это постоянное или временное назначение?

Паррс улыбнулся:

— Посмотри, где стоишь, сынок. Жизнь и есть временное назначение. Проверим, сколько сможешь продержаться? Считай это возможностью реабилитироваться и постарайся протянуть подольше, а не то в такой ситуации частенько помирают. Угоди мне, и это дело станет спасательным кругом в твоей жизни.

Я не поверил ему ни на секунду.

«Спасательные круги» суперинтенданта имели странную привычку душить тонущего, и ко всем была привязана веревка. Только в конце становится понятно, к успеху тебя ведут или к поражению, а общую картину замысла узреть не дано. Он вынуждал меня нарушать закон, чтобы выжить, и угрожал арестом. А после обязательно демонстрировал всем, насколько я вывалялся в грязи, и компрометировал теми поступками, которые сам же вынудил совершить. Он мастерски клепал изгоев, и только после нескольких тяжелых дел я понял, что он всегда появляется в тот момент, когда я уже иду ко дну. Заставляет поверить, что он — моя единственная надежда, кидает мне свой знаменитый «спасательный круг» и оттаскивает еще дальше от берега.

Нет уж, я не попадусь на эту удочку снова.

Как только он упомянул угрозу жизни, мой мозг лихорадочно заработал. Просчитывая варианты. Стратегии отступления и возможности побега. Я слушал и кивал, якобы соглашаясь взяться за расследование, хотя на самом деле не собирался им заниматься.

Единственный путь побега — головой вниз с крыши.

— Поговори с тем, кто допустил утечку фото Вика, и найди эту наркоманку. Уверен, ты знаешь, в какую нору она могла уползти. Думаешь, она поджигательница?

— Не знаю, — проговорил я, медленно возвращаясь в реальность. — Похоже, она перебралась из одного крыла в другое через вентиляцию. На невинное развлечение не похоже.

— Виновна она или нет, думаю, не надо говорить, что будет, если спецназ найдет ее первым.

— Нет, сэр.

— Кстати, пригляди за Ренником.

— Каков прогноз врачей?

— Такой же как у тебя. Пока состояние стабильное.

— Поговорю с ним, как только очнется.

— В общем, решено. Разрабатываем версию убийства из мести…

— Думаю, стоит хотя бы теоретически рассмотреть возможность, что Вик сказал правду перед смертью. — Я сказал это главным образом, чтобы позлить Паррса и чтобы это осталось в материалах дела. Но он вдруг моргнул, будто я плюнул ему в глаз.

— Ладно. Побеседуй с бывшим детективом-инспектором Кевином Блейком. Он же из этой истории бестселлер сделал.

В буквальном смысле. Заслугой Блейка было признание Вика в содеянном. Убийца подписал двадцатипятистраничный документ, а спустя неделю после вынесения приговора пытался отыграть назад. Такое нередко случалось, и позже Блейк написал книгу о том, как Вика арестовали, судили и посадили в тюрьму.

— Доберись до него раньше прессы. Писатель из него так себе, но наплести может с три короба.

— Сэр.

— И уж чтобы расследование было всесторонним, — продолжал Паррс, нанося мне сокрушительный ответный удар, — рассмотри возможность того, что объектом покушения был ты.

— Как, по-вашему, я должен это сделать?

— Ну, поразмысли. Если будешь ошиваться в округе, попытку могут повторить, вот тогда поймем наверняка. Сдается мне, мы оба знаем, кто затаил на тебя злобу.

Я изо всех сил пытался сделать вид, что никого не припоминаю, но Паррс меня раскусил и ухмыльнулся:

— Сходи к нему, поболтайте, обменяйтесь новостями…

— Не представляю, каким образом, — возразил я.

— Я слышал, у него клуб в городе…

Я ничего не сказал, и Паррс кивнул, давая понять, что вопрос закрыт.

— Теперь, когда Сатти еще больше не в себе, чем обычно, тебе понадобится помощь. Пригляд. Я даю тебе нового напарника.

Мне показалось, что я ослышался.

— Учитывая результаты экзаменов и текущую ситуацию, я повышаю тебя до детектива-сержанта. Ответственности больше. Стресса больше. Денег — ненамного. Чейз в ответ на это решение сказала, что ты и своей задницей управлять не в состоянии. Докажем, что она ошибается?

— Кто напарник? — спросил я.

— Констебль Блэк. Ты ее знаешь.

— Констебль Наоми Блэк?

Паррс поморщился, когда я назвал ее по имени, но кивнул. Удивительно. Однажды она помогла мне с наружным наблюдением и произвела впечатление разумного и трудолюбивого профессионала, чья цель — построение карьеры.

Потеряла цель, что ли.

Паррс ответил на вопрос, написанный на моем лице:

— Она только что перевелась в уголовный розыск, и когда я спросил, не желает ли кто поработать с Эйданом Уэйтсом, руку подняла только она. Молодая еще, глупая.

— Она хорошая, — сказал я. — Помогала мне в прошлом году.

— Верно, в деле Зубоскала, — заметил Паррс. — Помню. Ты его почти раскрыл. Может, на этот раз тебя ждет успех? — Он взглянул мне за спину.

У меня возникло нехорошее предчувствие. Я обернулся. Ну разумеется, Наоми Блэк все это время стояла на крыше. Делала вид, что смотрит себе под ноги.

— Я решил, что констеблю Блэк будет полезно уяснить, на что именно она подрядилась, — сказал Паррс. — Нашему мальчику надо поспать, Наоми. Отвезешь его домой? Жду вас в понедельник утром, отдохнувших и рвущихся в бой.

Я плохо знал Наоми Блэк, но понял, что она пришла сюда не по своей воле; ей было неловко, оттого что она все слышала. Наоми отошла от двери и стала спускаться по лестнице. Я собрался пойти следом, но Паррс подошел ко мне:

— Кстати, Эйдан…

Я обернулся.

— Если думаешь, что настало время заглянуть в свою душу, то я избавлю тебя от хлопот. У тебя ее нет.

Я посмотрел в его красные глаза.

— Ты давно продал ее мне. Ты нужен мне на этом корабле, сынок. — Паррс улыбнулся акульей улыбкой. — Ты ведь не бросишься за борт? И держи свое хозяйство в штанах. — Он кивнул на Наоми. — Это приказ.