Убийство под аккомпанемент - Найо Марш

Несколько мгновений Карлайл медлила. Потом голосом, который ей самой показался чуточку визгливым, спросила:

— Что это ты задумал, дядя Джордж?

Он вздрогнул, и револьвер выскользнул у него из рук и едва не упал.

— Привет, — сказал он, перехватывая поудобнее револьвер. — Я думал, ты про меня забыла.

Войдя, она села подле него.

— Ты готовишься к нападению взломщиков?

— Нет. — Он наградил ее взглядом, который Эдвард как-то назвал плотоядным, и добавил: — Хотя можно и так сказать. Я готовлюсь к моему великому выходу. — Он дернул рукой в сторону столика у своего локтя. Карлайл увидела на блестящей столешнице несколько патронов. — Как раз собираюсь вынуть пули, — объяснил лорд Пастерн, — чтобы холостые были. Люблю сам обо всем позаботиться.

— Но что это за великий выход?

— Увидишь сегодня вечером. Вы с Фелиситэ приглашены. Хорошо бы получилась вечеринка. Кто твой избранник?

— У меня его нет.

— Почему?

— Спроси себя.

— Слишком уж ты сдержанна, деточка. Не удивлюсь, если у тебя одна из тех штук… Эдип и все такое. Я залез, знаешь ли, в психологию, когда интересовался совместимостью в браке.

Вставив в глаз монокль, лорд Пастерн пошел к письменному столу, где начал рыться в ящиках.

— А что сегодня намечается?

— Особый, расширенный гала-концерт в «Метрономе». Я играю. Выступление в зале в одиннадцать часов. Мое первое появление на публике. Морри меня нанял. Очень мило с его стороны, правда? Ты получишь удовольствие, Лайл.

Он вернулся с ящиком, доверху полным самыми странными предметами: тут были куски проволоки, лобзик, бритвенные лезвия, огарки, столярные ножи, старые фотографии, детали электромотора, тюбик замазки, какие-то мелкие инструменты и огромное количество шпатлевки в вощеной бумаге. Карлайл прекрасно помнила этот ящик. Его содержимое служило ей утешением в дождливые дни детских визитов. Из всякой всячины в нем лорд Пастерн, который был очень сноровист в таких мелочах, умел мастерить кукол, мухоловки и крошечные кораблики.

— Думаю, — сказала она, — мне почти все в твоей коллекции знакомо.

— Вот этот револьвер мне подарил твой папа, — заметил лорд Пастерн. — Он один из пары. Твой папа заказал их своему оружейнику, чтобы к ним подходили особые патроны. Терпеть не мог перезаряжать после каждого выстрела, как делаешь с тарными пистолетами, сама понимаешь. Они обошлись ему в круглую сумму, знаешь ли. Мы с ним всегда стреляли. Однажды он вырезал свои инициалы на рукояти вот этого. Мы едва не разругались из-за того, какой лучше стреляет, и решили вопрос стрельбой. Вот посмотри.

Она осторожно взяла револьвер.

— Ничего не вижу.

— Тут где-то есть лупа. Посмотри под предохранителем.

Порывшись в ящике, Карлайл нашла линзу.

— Надо же, — протянула она. — И правда, инициалы. С.Д.У.

— Мы был отличными стрелками. Всю пару он завещал мне. Второй лежит в футляре где-то в столе.

Достав пинцет, лорд Пастерн взял один патрон.

— Так-так, молодого человека у тебя нет, — продолжал он, возвращаясь к прежней теме. — Тогда позовем Неда Мэнкса. Это порадует твою тетю. Нет смысла звать кого-то еще для Фэ. Карлос подойдет.

— Дядя Джордж, — рискнула спросить Карлайл, пока он возился со своей задачей, — ты одобряешь Карлоса? Правда?

Лорд Пастерн хмыкнул и забормотал невнятно. Она уловила обрывки фраз: «…идти собственным путем… своя судьба… неправильно браться за дело».

— Он чертовски хороший аккордеонист, — сказал он вдруг громко и несколько туманно добавил: — Лучше бы они предоставили все мне.

— Что он собой представляет?

— Увидишь через минуту. Я знаю, что делаю, — сказал лорд Пастерн, закручивая конец патрона, из которого извлек пулю.

— Тогда ты, кажется, единственный. Он ревнив?

— Слишком долго ей потакали. Это ее приструнит, да оно и к лучшему.