Маска Дантеса - Роман Буревой

— Сын никогда не увидится с отцом?

— Выходит, что нет, как это ни прискорбно.

— Хотя бы поговорить им можно?

— Увы… Надо полагать, ваш друг, разыскивающий пропавшего отца — это Ливий Друз.

Марк пожал плечами: глупо отрицать очевидное. Если отец Флакка, бывший командир «Сципиона», сейчас проживает на Лации, а отец самого Марка погиб много лет назад, то естественно, что третий в компании, Ливий Друз, и есть жаждущий отыскать отца единственный сын.

— Вы можете сообщить Сергию Малугинскому, что его сын здесь, на Китеже?

Андрей Константинович задумался.

— Попробую что-нибудь сделать.

Значит — все-таки жив… Тогда где он? Почему скрывается?

Корвин мысленно уже видел себя остроносой ищейкой, взявшей след. Преступление! Он отчетливо различал его запах. Еще нельзя было сказать — запах крови или запах тайны. Но что-то важное, преступное, связанное с именем Друза, князь Андрей скрывал.

Корвин шел из кабинета, опустив голову, подавшись вперед, будто в самом деле высматривал невидимый след. Остановился внезапно. С террасы доносились голоса. Причем весьма громкие.

Друз и Лери после обеда вышли на террасу. Сюда одна из служанок принесла серебряный поднос с кофе и пирожными на тот случай, если гости недостаточно подкрепились за столом. С террасы открывался прекрасный вид на осенний парк, дул теплый ветерок. На длинном столе, застланном клетчатой скатертью, играли солнечные блики.

Лери опустилась в кресло-качалку, оттолкнулась, скрипнули по-журавлиному ободья.

— Кстати, Лу, хочу тебя предупредить, — Лери хитро прищурилась. — В незнакомые двери здесь соваться опасно.

— В каком смысле? — не понял Друз.

— Можно исчезнуть. Зайдешь в спаленку горничной и очутишься в чистом поле. Или в лесу. Или на другой стороне континента.

— Откуда ты знаешь? Ты здесь один день… да и тот еще не кончился, — напомнил Друз.

— Не забывай про визит моего отца.

— Хочешь сказать, здесь повсюду нуль-порталы? Ерунда! Еще не созданы нулевки, работающие непосредственно на планете.

— Нет, не ерунда! В усадьбе есть какое-то хитрое устройство для розыгрыша гостей. Вообще на Китеже обожают розыгрыши. В отличие от Лация.

— Кто говорит о розыгрышах?! — выпрыгнул чертиком из коробочки Стас. — Кого разыграем? Княжну Марью? Дядюшку? Или Корвина? Корвина стоит разыграть — уж слишком малыш серьезен! Давайте поедем на север, к Дышащему океану, поймаем русалку, и подложим ее Марку в кровать. Отличный розыгрыш. Неужели не хотите?

— Очень хочу, чтобы вы оставили нас в покое, — огрызнулся Друз.

Лери поднялась, намереваясь увести жениха в парк. Но не успела.

— А вы тоже все помните?.. — спросил Станислав у Друза. — Прошлое папы и мамы…

— Ничего он не помнит, — отрезала Лери. — Даже как вас зовут.

— Я — плебей. У меня нет генетической памяти, — заявил центурион.

— А Лери? Она посвящена в маменькины приключения? Как матушка развлекалась в юности?

Прежде чем Лери успела помешать, ее жених сбил князя с ног.

— Не надо! — крикнула Лери.

Друз даже не оглянулся, в ярости принялся пинать лежащего. Марк, в этот миг появившийся на террасе, оттолкнул центуриона и встал между ним и его жертвой. Но Друз вновь ринулся на обидчика. Марк успел поставить блок, потом еще и еще, отбивая атаку за атакой, но пятый или шестой удар пропустил. Кулак Друза угодил в солнечное сплетение. Марка будто лошадь лягнула. Пока Корвин восстанавливал дыхание, племяннику князя Андрея пришлось не сладко. Придя в себя, Марк сам перешел к атакующим действиям, после чего Друз оказался прижатым к полу. Марк не слишком церемонился, заламывая центуриону руку.

— Обещай, что не кинешься в драку снова! — Корвин еще чуть-чуть усилил захват.

— В-возможно… — простонал Друз.

— Клянись Лацием, что не тронешь больше Стаса.

— К-клянусь… не трону… сейчас…

Мерд! До чего упрямый! Но требовать большего Корвин не стал. Разжал пальцы. Друз вскочил. Лери тут же мягким но решительным жестом взяла жениха за локоть. И центурион присмирел.

— За что? — Стас поднялся на четвереньки. Лицо его было в крови. — Я к вам всей душой, а вы…

— Кажется, мы собирались прогуляться по парку, не так ли, Друз? — У Лери дрожал голос: подобной вспышки ярости от жениха она никак не ожидала. Однако и пенять ему не хотела. Ее честь защищал. И честь ее семьи.

— Погодите! — воскликнул Стас, поднимаясь. Но тут же согнулся от боли. Корвин придвинул к нему стул. Молодой князь сел. Взял со стола салфетку, приложил к разбитой губе. — Я этого оставить так не могу. Такого ни один дворянин Китежа оставить без последствий не может. Мы должны драться!

— По-моему, вы уже подрались, — заметил Корвин.

— Я имею в виду дуэль. — Станислав одернул разорванный мундир. Похоже, мундиров на день ему необходимо иметь целый гардероб.

— Что он сказал? Я не ослышался? Дуэль? — Друз смерил Стаса очень выразительным взглядом.

— Я сказал: такое оскорбление должно смывать кровью. После поединка мы вполне можем стать друзьями. То есть это часто бывает, когда прежние дуэлянты становятся друзьями, но простить оскорбление я не могу, а вы…

— Послушайте, что за абсурд… — Корвина, однако, никто не слушал.

— Надо полагать, выбор оружия за мной? — Кажется, мысль прикончить Стаса на дуэли показалась центуриону соблазнительной.

— Ну конечно. Выбирайте! — охотно согласился Станислав. — Вы можете думать до завтра… Посовещаться со своим секундантом. Я бы советовал вам…

— Спортивная спата, — заявил Друз.

— Отлично! Истинно римское решение. Спата! Замечательно! Если бы мы еще сражались верхом…

— Лошадей не надо, — решил Друз.

— Как вам будет угодно. Но Лери должна поглядеть на поединок. Два рыцаря дерутся ради прекрасной дамы… Я приколю на грудь алую розу в вашу честь, прекрасная Лери. Я — ваш рыцарь…

— У меня уже есть рыцарь, князь! — Лери крепко держала жениха за руку.

Корвин проследил, чтобы будущие дуэлянты направились в разные стороны: Друз и Лери спустились наконец в парк, а Стаса Марк сопроводил в его комнату: князю нужно было в очередной раз переодеться.

— Поймите, я не желаю вашему другу зла, — объяснял по дороге Стас. — Кольчуги во время дуэли дают стопроцентную защиту… Ни смертей, ни ранений. Несчастные случаи бывают. Но мы будем благоразумны, я надеюсь. — Похоже, пинки Друза изменили манеру Стаса выражаться. — Так что вам не о чем беспокоиться. Но я не могу простить оскорбление. Даже простой человек не снес бы. А я — князь…