Маньяк всегда прав - Вячеслав Жуков

Каждый из сотрудников четко знал свои обязанности, поэтому лезть с поучениями было излишне. Но именно эта суета больше всего и не нравилась старшему оперуполномоченному угрозыска. Почему-то виделась в их действиях всего лишь формальность. Кипы бумаг, которые необходимо заполнить, а преступник, возможно, стоит где-то в стороне и хихикает в кулачок. Ему бумаги заполнять не надо.

Начальник отдела угрозыска, глянув в непроницаемое лицо капитана, напустился на него, припомнив недавний побег Валяева.

– Ну, чего ты тут стоишь? – негодовал майор Верин. – Вот доигрались. Второй труп безголовый. Упустили Валяева, растяпы!

Камагин не стал убеждать начальника в невиновности Валяева. Даже побег не давал повода считать его виновным. «Парень мог просто испугаться», – решил капитан, повторив этот вывод лейтенанту Зуеву. А Верину он ничего объяснять не стал. Сказал только:

– Группа работает. – Голос прозвучал сдержанно, без угодничества.

– Да я сам вижу, – протянул Верин. – Не мешало бы и тебе присоединиться к ним, а не стоять тут. Приедет начальник управления, увидит тебя. Ему не понравится.

– А я скажу, что размышляю по поводу преступления, – прозвучало в ответ как шутка.

Верин укоризненно покачал головой:

– Не думаю, что начальник управления оценит по достоинству твои старания. Ты скажи лучше, какие меры приняты к розыску сбежавшего Валяева?

– Пока карты раскрывать не хочу. Мы работаем над этим, – ответил Камагин.

Верин знал его скрытность, поэтому настаивать не стал, подумал только: «Смотри, капитан, наживешь ты себе неприятностей. Второй труп. И один к одному. Не иначе маньяк завелся».

– Как думаешь, почему выбран такой зверский способ убийства?

– Не знаю, – ответил Камагин. – Может быть, ему нравится так убивать. Пока со стопроцентной уверенностью могу сказать: и в первом, и во втором случае почерк один и тот же. Причем удар поставлен мастерски.

– Вот видишь. Опасный преступник разгуливает на свободе. А ты… – Верин решил подчеркнуть, кто здесь главный.

Тут он обернулся, увидев направленный на него объектив видеокамеры.

Кудрявый мордастый нахал снимал его крупным планом.

– Это кто такие с камерой? – побагровел начальник розыска.

– Это из «Дорожного патруля», – ответил Камагин, отворачиваясь. Не хотелось, чтобы его лицо засняли.

Верин нахмурился:

– Гони их отсюда! Нечего под ногами крутиться. Никакой информации, пока идет следствие.

Двое молодых оперов подскочили и тут же увели оператора.

Когда Верин отошел, лейтенант Зуев показал капитану сумочку из крокодиловой кожи:

– Вот. Нашли строители. И паспорт есть, – он достал из сумочки паспорт жертвы.

Камагин взял документ в руки:

– Туманова Оксана Леонидовна. Красивая девушка. Слушай, лейтенант, а ты уверен, что паспорт принадлежит убитой? Головы-то у нее нет, – капитан провел ребром ладони по шее. Прочитал адрес. – Если паспорт принадлежит жертве, то она жила в этом доме. Пойди, поговори с соседями.

– Тут и ключ от квартиры есть! – Зуев показал его Камагину.

– Ключ от квартиры, где деньги лежат, – повторил тот крылатую фразу. А Зуев не понял, к чему это капитан, и спросил:

– Чего?

– Шучу я, – махнул рукой Камагин и продолжил: – Побеседуй с родственниками. И тащи их на опознание. Нам необходимо знать, действительно ли труп принадлежит Оксане Тумановой. Понял?

– Да.

– Тогда вперед, – напутствовал капитан своего подопечного.

* * *

Лейтенант Зуев вернулся минут через сорок, вместе с ним пришла женщина лет шестидесяти. Лейтенант представил ее соседкой Тумановой.

– Туманова жила одна в квартире. Но эта женщина ее хорошо знает. Пусть взглянет на труп.

– Ну, пусть взглянет, – повторил Камагин. – Еще что-нибудь есть?

– Еще в квартире Тумановой я проверил телефон.

– Телефон? – капитан удивленно вскинул брови.

– Ну, память телефонных номеров.

– И что?

– Туманова заселилась в эту квартиру недавно, в телефонном справочнике оказалось всего пять номеров. Все были зашифрованы буквами в алфавитном порядке.

– Так, так. Молодец, Виктор, – похвалил Камагин.

– Я позвонил к нам в управление. Попросил проверить все номера. Один – номер салона красоты, который, по-видимому, Туманова посещала. Три – принадлежат женщинам. Вероятно, знакомым Тумановой. Меня заинтересовал самый первый номер, зашифрованный буквой «А». Он единственный принадлежит мужчине.

– Установили, кто владелец? – спросил капитан, обдумывая все сказанное лейтенантом. Получалось, этого мужчину уж никак посторонним не назовешь, раз его номер первый в списке, а значит, может дать информацию об убитой. – Надо установить имя владельца номера. Ты связывался с ним? Кто он? Что за человек?

– Пытался. Но телефон не отвечает. Может, мне самому съездить? Адрес ребята из техотдела дали. Вдруг этот мужичок имеет какое-то отношение к убийству?

– Как знать, как знать? Во всяком случае, он должен иметь отношение к погибшей. Поезжай, – сказал капитан, и оба посмотрели на женщину, которую привел Зуев.

Как и ожидал Камагин, с соседкой сделалось плохо. Хорошо, рядом были врачи со «Скорой». Первая помощь была оказана незамедлительно.

– Ну, что вы нам скажете? – спросил капитан у женщины, получившей дозу успокоительного.

Она слабым жестом указала на труп девушки:

– Это Туманова. Оксана, – женщина тихо заплакала, размазывая слезы по лицу вместе с тушью. – Горе-то какое. Без головы. За что же ее так?

Камагин присел рядом и задумчиво сказал:

– Вот и я хотел бы знать: за что. А вы не ошиблись? Все-таки головы-то… – он осекся… Но женщина все поняла.

– Нет, не ошиблась. Она. Одежда ее. И фигура. Она ведь красавица была, стройная.

– Да, да, – капитан взглянул на фотографию в паспорте. – Красавица. Это уж точно.

* * *

Зуев плюхнулся на стул и первым делом открыл бутылку с пивом, сделал пару глотков и только после этого доложил Камагину:

– Номер принадлежал Шавранскому Якову Исаевичу. Ювелиру.

– Постой. Ты сказал – «принадлежал». Что это значит?

Зуев заглотил в себя едва ли не половину бутылки:

– А то и значит. Нет ювелира.

– Умер, что ли? – спросил Камагин, рассматривая привезенную Зуевым фотографию мужчины лет шестидесяти.

– Возможно, помогли умереть. Неделю назад его труп нашли в ванной. В районном ГОМе сказали: позвонила женщина, сообщила о трупе. Установить ее личность не удалось. Я побеседовал с соседями. В общем-то, они неплохого мнения об этом Шавранском.