Гоп-стоп по-испански - Александр Чернов

— Давайте я один пойду на разведку, — предложил Егор. — Если коридор не имеет выхода, нет смысла всем протискиваться в него, а потом выбираться наружу. Так что вы подождите пока здесь, а я попробую пройтись, исследовать его.

Предложение было разумным, мы остались в зале, а он, подсвечивая себе фонариком, стал удаляться. Воцарилось тягостное молчание, каждый думал о том, сумеем ли мы выбраться из пещеры или нет.

Я попытался разрядить обстановку, вспомнив небезызвестного героя Марка Твена.

— Ситуация мне напоминает ту, в которой оказались Том Сойер и Бекки Тэтчер. Помните, как герои детской книжки заблудились в пещере?

— Да, хороший роман, — поддержала меня Смольникова, которая так и не отходила от Сильвестрова, очевидно, чувствуя в нем силу и поддержку.

А он вдруг зло произнес:

— Хватит чушь пороть, и без тебя тоскливо.

Честно говоря, я не привык, чтобы со мной так разговаривали мужики, да еще в присутствии дам.

— Но‐но, дядя, осторожно на поворотах, — ответил я грубо, давая понять, что я не «ботаник», на которого можно прикрикнуть, а человек, способный постоять за себя. По моему тону Николай это понял и ничего мне не ответил.

Мы снова сидели в полной тишине, дожидаясь Егора, пока наконец не раздались его осторожные шаги — парень в целях экономии аккумулятора возвращался в темноте уже изведанным им маршрутом.

— Ну, что там? — нетерпеливым голосом поинтересовалась Мария Тропинина, когда наши глаза, привыкшие к темноте, различили смутный силуэт Теплякова.

— Даже не знаю, что сказать, — озадаченно произнес Егор и остановился.

— Говори как есть, — грубовато, в своей обычной хамоватой манере потребовал Сильвестров. — Мы все люди взрослые, поймем, что к чему.

— Там, в общем, комната какая‐то, — продолжал мяться Егор, — ну а в ней… — он кашлянул.

— Говори, — потребовал Николай.

Тепляков целую минуту молчал, раздумывая, как приступить к отчету о своем обследовании коридора, потом выдавил:

— В общем, скелет там.

— Что?! — В один голос воскликнули сестры Аксеновы и Александра Смольникова.

— Да скелет древний какой‐то, — неуверенно проговорил Егор, явно стараясь смягчить каким‐то образом невеселую свою находку.

— Мы всего‐то здесь немногим больше часа, — горько произнесла Мария, — а уже один труп и один скелет.

— Скоро здесь будет много скелетов, — траурным тоном подхватил Сильвестров.

Что‐то мне подсказывало, что Николай прав, но нагонять тоску не следовало, и я, поднявшись, сказал:

— Не все так мрачно, дядя, как кажется. Пойдем, Егор, посмотрим на твою находку. Может быть, там выход из пещеры обнаружим.

— Чего это вы вдвоем пойдете? — возмутился Сильвестров. — Я тоже, пожалуй, пойду.

— Да и я хочу посмотреть, — откликнулся Михаил Березин.

Больше всех была напугана происходящим самая младшая из нашей компании — Лерочка.

— Давайте не пойдем туда! — попросила она дрожащим голосом. — Отправимся по третьему проходу. Может быть, именно там есть выход.

Ее старшая сестра Евгения, успокаивая Валерию, рассудительным тоном проговорила:

— Раз уж мы здесь находимся, Лерочка, нам нужно обследовать все залы и коридоры. Если третий проход тянется на большое расстояние, и мы не найдем выхода, глупо же будет возвращаться назад и осматривать эту комнату.

— Кто не хочет, может оставаться здесь! — отрезал пузатый Сильвестров, очертания брюха которого были видны в темноте.

— Ну уж нет, — возразила Мария Тропинина. — Я пойду вместе со всеми. Мне тоже интересно взглянуть, что там нашел Егор.

— Конечно, все вместе пойдем! — поддержал женщину‐хлорофитум Березин.

— Ну тогда я тоже пойду, — обиженно пробормотала Лерочка. — Жутко здесь оставаться одной, рядом с трупом Константина.

— Тогда пошли! — махнул я рукой. — Давай, Егор, показывай свою находку.

Глава 6

Находка

Егор первым вошел в коридор. Когда туда же втянулась большая часть нашей группы, включив фонарик, двинулся и я. Сзади сопел очкарик Михаил Березин, впереди шла Мария Тропинина, и я, приподняв фонарик над головой, светил им так, чтобы было видно дорогу и мне, и ей, и идущим сзади.

Коридор постепенно сужался, и в конце его пришлось передвигаться уже боком, а последнюю пару метров и вовсе протискиваться. Затем неожиданно открылось большое пространство, в которое шагнула Тропинина, а следом за ней и я. При свете двух фонариков — моего и Егора — наша группа, столпившаяся у входа в зал, стала оглядываться.

Это был грот правильной прямоугольной формы, вытянутой вправо и влево, с относительно ровными стенами и потолком. На какой‐либо выход отсюда, кроме того, через который мы сюда проникли, рассчитывать не приходилось, так что путь к спасению отсюда нам заказан, оставалось лишь удовлетворить свое любопытство и осмотреть его.

В левом углу стояло нечто подобное полуразвалившейся кровати, прямо напротив на стене висел старинный масляный светильник, под ним стоял грубо сколоченный стол, на нем — деревянная чернильница, какой‐то продолговатый предмет, похожий на тубус, деревянная миска, ложка, рядом со столом лавка, а сбоку от нее на полу лежал скелет. Пол пещеры был покрыт толстым слоем пыли, с потолка кое‐где свисали сталактиты.

— Неандерталец, что ли? Пещерный человек? — предположила Лера.

Стоявший рядом с нею Михаил Березин хмыкнул:

— Для неандертальца он жил в слишком комфортных условиях. — Нет, Лерочка, этот человек жил тысяч на сто сорок, а то и позже неандертальца или, по-иному, палеоантропа.

Михаил Березин, приблизился к столу и с живейшим интересом принялся разглядывать находившиеся на нем предметы, затем взял цилиндр, действительно оказавшийся тубусом, и разъединил его. На стол выпал скрученный в трубочку лист бумаги.

Мы все тоже приблизились к столу и сгрудились вокруг него, с любопытством разглядывая его.

— Интересно, что это такое? — пробормотал Березин, разворачивая свиток.

Бумага была плотной, грубой, но от времени уже истонченной и полуистлевшей по краям. На ней выцветшими чернилами был написан убористым почерком приличных размеров текст на латинице.

— На испанском, похоже, написано, — предположила Саша Смольникова.

— На кастильском, — поправила ее Мария Тропинина и сунула свою голову с пегими волосами между плотно стоявшими Николаем Сильвестровым и Егором Тепляковым, желая лучше рассмотреть находку.

Она закрыла свет от фонарика Егора, и я опустил руку ниже, чтобы луч от моего фонарика падал на свиток.

— А в чем разница? — поинтересовался я.

Ответила мне Женя Аксенова, которая жила в Испании и наверняка превосходно разбиралась в тонкостях местного языка.

— В Испании много национальных языков,