Искушение Модильяни - Ирина Волк

– Это подделки!

– Что?

– Собирайся, едем!

– Куда?

– Ко мне на работу. Посмотришь акт экспертизы и то, что было исследовано. Те самые рисунки, к которым была приложена твоя справка о подлинности.

* * *

Наталья ошарашенно смотрела на разложенные на столе рисунки.

– Но это подделки. Очень хорошие, но подделки.

– Я знаю, – невесело усмехнулся Владимир и кивнул на бланк экспертизы: – Тут все написано.

– Но я видела другие! – убежденно сказала Наташа. – Для неспециалиста разница в рисунке вообще не заметна. Но есть некоторые тонкости, которые сейчас нет смысла объяснять. Но вот бумага! Отличие сразу бросается в глаза. Дело в том, что Модильяни в то время всегда рисовал в дешевых синих альбомах, которые покупал в одном и том же месте. Это стало почти легендой на Монмартре, так что ошибиться нельзя. Собственно, все выкладки есть у меня в компьютере.

Воронцов вздохнул:

– Но вот же факты – твой акт, акт лаборатории и эти рисунки.

– Значит, настоящие рисунки находятся в другом месте. Ты же веришь мне?..

– Да, конечно, – поспешил он с ответом. – Только это ничего не меняет. Загадка остается загадкой.

– Но ты же сыщик, вот и ищи ответ.

– Придется. Но без тебя не обойтись. Расскажи, как все было.

Наталья пожала плечами: как обычно. Или почти как обычно. У нее есть собственный сайт в интернете, там, конечно, указан электронный адрес. И вот на этот адрес примерно месяц назад – дату можно уточнить – пришло письмо с предложением провести экспертизу. Обратившийся сообщил, что, разбирая вещи, доставшиеся в наследство от умершей родственницы, он обнаружил пятнадцать графических рисунков и хочет провести их экспертизу. Они условились о цене. В назначенное время пришел перевод, а еще через несколько дней курьер доставил рисунки. После экспертизы он же их и забрал. Вместе с актами.

– Значит, ты видела курьера и можешь его описать? – с надеждой спросил Владимир.

Наташа покачала головой. Получала и отдавала пакет горничная.

– Но у тебя же есть на входе видеокамера!

Она пожала плечами. Конечно, есть, но…

Впрочем, Воронцов и сам понимал, что это ничего не даст.

Снова ничего!

– Послушай, милый, – нежно посмотрела на него Наташа, – давай я попробую переговорить с нашими экспертами и коллекционерами. Тебе-то они вряд ли что-то расскажут, а мне – наверняка.

Он нахмурился.

Если бы дело шло только о пропавших рисунках, он мог бы рискнуть и воспользоваться Натальиными связями, но в конечном итоге вся разработка по банку разворошила воровское гнездо, а это уже совсем не из области искусствоведения. Больше того, вполне вероятно, что преступники имеют в этой истории свои интересы – убийство Зубова тому подтверждение. И если они что-нибудь пронюхают про рисунки, то Наташе грозит непосредственная опасность. Страшная опасность. И она была в том отеле, где собирался сход!

– Послушай, – осторожно начал он. – Я уже спрашивал тебя, но ты не успела ответить. Там, в Швейцарии, ты не встречала никого… ну скажем… похожего на… Тебе не привелось там столкнуться с мафией?

Владимир произнес это слово и замолчал.

Словно разговор тинейджеров, подумал он. А как еще спросить? Она ж не профи-оперативник, которому и объяснять-то ничего не надо.

Наташа недоуменно посмотрела на него, и у Владимира слегка отлегло от сердца.

Но нет. Тут же на ее лице отразилась целая гамма чувств – удивление перешло в возмущение, а потом в глубокую задумчивость.

– Странно, – медленно произнесла она. – Из-за этой аварии совсем вылетело из головы. Видеть я не видела, а вот слышать что-то похожее, пожалуй, слышала…

И она пересказала – сначала сбиваясь и с трудом припоминая, а потом все увереннее – разговор, услышанный на террасе отеля.

– Понимаешь, сразу после этого появился Визиров, потом катастрофа… В общем, если бы ты не спросил, я бы и не вспомнила.

Все, это тупик. Наташу вычислят. И свяжут с Аренским, ведь они были в отеле. Аренский неизвестно кому отдал десять миллионов долларов наличными под залог фальшивых картин! А деньги эти – «семьи» в широком смысле слова – бандитские. Они будут искать и? даже не подозревая, что логика их ошибочна, выйдут на правильный путь – Наталья сейчас единственная ниточка, связывающая банк и десять пропавших миллионов.

Он вспомнил Зубова. И на мгновение представил, что может произойти с любимой. Фразы из протокола всплывали в голове.

Пытаясь унять спазм, он резко встал со стула, подошел к окну и распахнул его. Голова слегка остудилась. Он закрыл окно и повернулся к Наташе. Живой и невредимой, но, похоже, слегка напуганной.

– Что с тобой, Володя? Ты как будто привидение увидел…

– Ты должна срочно уехать. В Англию. К отцу.

– Почему?

– Не спрашивай, так надо. Я сам позвоню ему и объясню.

– Никуда я не поеду! Особенно если ты не скажешь, зачем мне это надо.

– Потому что я не могу обеспечить тебе безопасность здесь! Не могу приставить к тебе круглосуточную охрану.

– Я и сама ее нанять могу, я вполне обеспеченная женщина. Вопрос только – зачем?

– Поверь мне, Наташенька, это очень серьезно. Я не могу тебе все объяснить, ты просто поверь мне.

– Не нужна мне никакая охрана! – И она упрямо замолчала.

Неужели он не понимает, что она не станет срываться из Москвы только из-за его прихоти? Что может грозить мирному искусствоведу? Тем более что как раз пора начинать готовить новую выставку.

Только профан предполагает, что организация выставки – дело простое. Что, мол, тут такого? Развесил картины и всех-то забот… На самом деле, если, конечно, стремишься к успеху, это серьезная работа. И сделать ее могут только профессионалы. Надо проинформировать СМИ, спонсоров, инвесторов и партнеров. При необходимости связаться с властями. Составить каталог выставки, утвердить его, отпечатать и разослать всем заинтересованным лицам.

А дальше – собственно экспозиция. При этом нужно помнить множество всяких нюансов – проверить наличие договоров страхования, договоров с авторами, договоров на аренду помещений, подготовить программу встреч и переговоров, провести проверку соответствия экспонатов.

А потом идут уж совсем прозаические проблемы – какого цвета сделать драпировку стен в каждом зале, какие и из чего изготовить щиты и подиумы, большие вертикальные и малые горизонтальные витрины, включать ли музыкальное фоновое сопровождение. Одним словом, нужно постоянно держать в голове массу всяческой информации.

Но и это еще не все. Посетитель даже самой заштатной провинциальной выставки слабо представляет, сколько труда и нервов стоит размещение экспонатов. Сколько приходится выдержать скандалов с авторами – ведь каждый настаивает на том, чтобы именно его работа располагалась в самом удачном месте. Надо так расставить по своим местам скульптуру и так определить место на стенах для картин, с учетом размеров, качества, общей концепции выставки, чтобы все они были представлены в самом выгодном свете. А еще ведь есть мелкая пластика и масштабные инсталляции – как совместить все в одном месте?