Змеиные полосы - Кеннет Дун

– Я не планировала ничего особенного, – начала оправдываться Габи. – Когда ты позвонил, я только и успела сбегать в лавку к мяснику.

– Милая, все в порядке. Я сам мог бы заехать по дороге к тебе в гриль-бар и купить пару стейков с картошкой. Или в тот греческий ресторанчик, который тебе так нравиться, и прихватить гирос18. Не понимаю, почему ты каждый раз устраиваешь эту возню с готовкой. Я обожаю твою еду, но предпочитаю, чтобы ты отдыхала.

После того, как мы убрали со стола и перемыли посуду, а Джо ушел в свою комнату, мы с Габи устроились на диване. Я почувствовал, что она уже начинает посапывать у меня на плече.

– Дорогая, я скоро уйду, – сказал я, забирая у нее из руки бокал с вином. – Завтра рано утром я улетаю в Нью-Мексико. Возможно, меня не будет несколько дней.

Габриэла проснулась и я в общих чертах рассказал ей о деле, над которым сейчас работаю. Она была впечатлена.

– Надо же, сбежать накануне свадьбы. У этой девушки должны были быть очень серьезные причины. Я тебе рассказывала, что мой отец бросил мою мать почти сразу после моего рождения. Тоже просто сбежал, растворился в воздухе. Так никто и не выяснил, почему он это сделал. А моя мама слишком гордая женщина, кастильская кровь. Она просто вычеркнула все воспоминания о нем из нашей жизни.

Вычеркнуть воспоминания – это мне было хорошо знакомо.

– Мне бы тоже следовало убежать от Бена накануне свадьбы, – пробормотала тем временем Габриэла. – Мне многие тогда намекали, что он подлец. Хотя тогда у меня не было бы Джо. Да и куда бы я убежала? Я всю жизнь прожила в Калифорнии, католическая школа, потом школа медсестер, потом работа. А ведь хочется посмотреть мир. Ты вот хоть был на войне.

– Ну, я там не много хорошего видел.

– Скажи, – вдруг подобралась Габриэла. – А ты еще общаешься с этой Лекси Бальтазар?

– Нет, – удивился я. – Она была всего лишь моей клиенткой. Почему вдруг ты о ней вспомнила?

– Просто я ей завидую, – честно ответила Габи. – Вы вместе летали в Нью-Йорк. Она жила в Париже и в Лондоне. Наверняка сейчас путешествует по всему миру, делает, что хочет.

Я вспомнил Лекси, которую не видел полтора года, с тех пор как она наняла меня расследовать исчезновение ее подруги. На самом деле мы познакомились еще раньше, когда она еще училась в школе. Тогда я занимался делом, произошедшем в городке неподалеку от Лос-Анджелеса, где она жила вместе с родителями19.

Надо признать, меня действительно завораживала Лекси, ее открытость миру, готовность прийти на помощь тем, кого она считала друзьями, при этом умение твердо стоять на своих собственных ногах и не зависеть от чужого мнения. Хотя Лекси практически годилась мне в дочери, в некоторых аспектах жизни я сам ей завидовал и готов был прислушиваться к ее мнению. Правда, в больших дозах выносить ее довольно затруднительно.

Дело в том, что Лекси Бальтазар была одним из самых общительных и напористых людей, которых я знал. Как сказала про нее одна девушка, в человеческих отношениях Лекси напоминала терьера, гоняющего крысу. Она ненавидела тайны и недомолвки. И не всегда понимала, когда уместно остановиться в выяснении истины.

Тут я заметил, что Габи окончательно уснула у меня на плече. Я переложил ее в более удобную позу, просунул под голову подушку и накрыл ярким мексиканским покрывалом. Потом потушил свет в гостиной, оставив лишь светильник, и ушел, закрыв дверь своим ключом.

Глава 8

Утром по дороге в аэропорт мне почудилось нечто странное. На шоссе Санта-Моника в зеркале заднего вида я некоторое время наблюдал темно-серый седан, старавшийся держаться от меня на расстоянии двадцати ярдов, прилежно пропуская между нами другие автомобили, но и не теряя меня из виду. Поскольку я много лет профессионально занимался слежкой вначале в полиции, а потом в частном сыске, то не мог не заподозрить в этом преследователе «хвоста».

Впрочем, я решил ничего не предпринимать. Никогда нельзя исключать, что человеку просто комфортно ехать в неспешном ритме за чей-то машиной. Тем более, что на Манчестер-авеню перед тем, как я свернул в сторону аэропорта, мой предполагаемый преследователь скрылся из виду.

Хотя меня это немного заставило побеспокоиться. Забирая свой билет в кассе и проходя на стойку регистрации, я несколько раз незаметно оглянулся по сторонам. На мгновение мне показалось, что я поймал взгляд незнакомца, сидевшего в кресле в зале ожидания и глядевшего на меня поверх газеты. Впрочем, это могло быть лишь впечатление.

В салоне самолета я вновь осмотрелся по сторонам. Никаких пристальных взглядов или подозрительных попутчиков я не заметил. В основном бизнесмены, спешащие на утренние встречи и обсуждающие свои дела. Так что я спокойно расположился в кресле и весь полет наслаждался книгой «Над пропастью во ржи» некоего Сэлинджера20. Мне ее посоветовал мой приятель, куратор Мемориальной городской библиотеки Маркус Ван Ренн. Роман мне очень понравился, а к главному герою Холдену Колфилду я чувствовал искреннюю симпатию. Меня только удивило, почему многие мысли, которые посетили меня самого сравнительно недавно, были вложены в уста семнадцатилетнего подростка. Я прикинул, что сам Джером Сэлинджер должен быть скорее моим ровесником. Во всяком случае, он как и я записался добровольцем на фронт. Наверняка, когда сам Сэлинджер был в возрасте Колфилда, ему жизнь казалась намного проще, а необходимость слушаться родителей и ходить в школу не приводила в такое отчаяние. Почему Сэлинджер не написал книгу просто о себе? О том, что таким людям как он или я тяжко и грустно в послевоенном мире. Зачем прятаться за личиной ребенка? Наверное, об этом стоило бы поговорить с Маркусом Ван Ренном.

Самолет приземлился в аэропорту Альбукерке по расписанию. Плоский город с плоскими домами, ни один из которых, кажется, не был выше десяти этажей, окруженный сизыми горами и розовым утренним небом, приятно удивил меня. Я вспомнил, что Нью-Мексико называют «Землей очарования», и, кажется, начал понимать, почему.

По дороге к полицейскому управлению я размышлял о вчерашнем разговоре с Габриэлой и подумал, что нет ничего сложного в том, чтобы отправиться с ней в путешествие на долгий уик-энд в другой штат. Габи вполне может взять несколько дней отпуска, а за Джо присмотрит соседка. Не обязательно лететь в Нью-Йорк или еще какую-то даль. Вспомнив физиотерапевта Эмму Гудман, я