Красота ее сгубила - Марина Серова

очень серьезные намерения были. Я три раза ей предложение делал! Жутко ревновал и боялся потерять такое сокровище. Вот только отец ее был категорически против наших отношений он настраивал Юлю, устраивал ей скандал. Мы скрывались. Я сам ищу убийцу Юли! И никогда не поверю, что моя девочка напилась и сама вдруг утонула! Да она вообще не пила и не курила! И клянусь, если я найду этого подонка раньше, я не буду его сдавать в полицию, я сам его разорву! Меня ломает без Юли, я очень по ней тоскую и точно знаю, такой любви в моей жизни никогда больше не будет!

Я видела, Артем не врет, и ответила:

– Ладно, теперь хоть более-менее понятно, что ты ни при чем. Но сам-то как думаешь? Откуда ноги растут? Где мне дальше копать?

Парень, не раздумывая, ответил:

– Как где? В этом агентстве, будь оно неладно! Я изначально был против, чтобы Юля участвовала в этом дурацком конкурсе! У меня от одной мысли, что она там будет перед чужими мужиками прелестями трясти, кровь в жилах закипала! Но она была очень упряма. И если что в голову втемяшится, не отступится. Смогла меня уговорить разрешить ей, но, когда она стала победительницей, заявила, что едет за рубеж! Тут уж нет! Мы так поругались! Ужасно! А потом она утонула. Клянусь, я бы все отдал, чтоб отмотать назад. Я бы никогда на нее не орал! Я бы ей ноги целовал, только чтоб моя птичка снова со мной была!

Артем закрыл лицо руками, пытаясь справиться со слезами, я видела, он сейчас не врет, поэтому тихо ответила:

– Ладно, я поняла, думаю, теперь мне нет нужды больше прикидываться горничной, так что я увольняюсь.

Артем вдруг вскочил, выбежал, потом вернулся и стал совать мне пачку денег:

– Вот, возьмите, тут и зарплата, и премия, и еще сверху! Только найдите того подонка, который убил мою девочку.

Я сунула деньги в сумочку и кивнула:

– Постараюсь. До свидания.

Глава 4

После того как я ушла от Артема, я вернулась в гостиницу, отоспалась вволю. Нет, домработница – это точно не моя профессия, все тело неприятно ныло, давно я так физически не трудилась. Но отступные от Артема были весьма щедрыми, а денежки я очень люблю. И хоть внедрение в его дом делу не помогло, но зато я теперь уверена, что Артем искренне любил Юлю и точно не стал бы ее убивать. А значит, его смело можно было вычеркнуть из списка подозреваемых.

Я сытно позавтракала и пила чудесный заварной капучино, раздумывая, как мне действовать дальше. Конкретного плана пока не было, от девчонок, участвовавших в конкурсе, я толком ничего не добилась, Артем тоже оказался ни при чем, в агентстве мне явно дали понять, что я не подхожу под их параметры для участия в конкурсе, то есть и туда, если что, внедриться не удастся. И тут зазвонил мой мобильный. Номер незнакомый, я нахмурилась, думала, снова спам или мошенники, развелось таких в последнее время. Скрипучий голос произнес:

– Я знаю, кто убил Юлию. Приходите сегодня на старый причал в девять вечера. Все узнаете.

Пошли короткие гудки. Я озадаченно смотрела на потухший экран и хмурилась. Не нравятся мне такие вот сюрпризы, да и город чужой, я тут не очень хорошо ориентируюсь, и о помощи, если что, некого просить, мне в отделении ясно дали понять, что помогать не станут. И практически в лицо сказали, чтоб не совалась в это дело и убиралась домой. Но инстинкт ищейки был, видимо, сильнее меня, и я, даже осознавая все риски, все равно уже приняла решение. И стала собираться на встречу с анонимом. Одеться решила неброско, не тот случай: джинсы, серая футболка, кепка, на всякий случай кинула в сумку спрей-дезодорант. Если что, можно неожиданно в глаза брызнуть и сбежать.

Заброшенный пирс выглядел мрачно: полуразрушен мостик, доски через одну, вдалеке ржавые заброшенные вагончики, где, очевидно, когда-то чем-то торговали, краны башенные, еще и ветер воет как ненормальный. Прямо жуть берет. Я поежилась, озираясь, место, прямо скажем, очень неприятное. Глянула на часы: без четверти девять. И решила устроиться на одной из дальних скамеек: присмотреться. Пока что никого здесь видно не было. И вдруг я услышала голос из-за забора:

– Я здесь, идите к вагончику с надписью «Шаурма», мне нельзя светиться.

Я чертыхнулась и стала возмущаться:

– Да что за дурацкие игры в шпионов, здесь и так нет никого! Что вы задумали? И с чего я вообще должна туда идти! Вот сейчас пошлю вас к черту и пойду в гостиницу.

Ответа не последовало, лишь шаги в сторону нужного вагончика! И снова дурацкое любопытство взяло верх над разумом и страхом. И я поперлась-таки тоже к вагончику, на всякий случай рука была в сумке, наготове, чтоб отпугнуть незнакомца. Я подошла к вагончику, нагнулась, чтоб не напороться на ветку, и тут что-то тяжелое обрушилось мне на голову, и свет померк…

Я с трудом разлепила левый глаз, правый не открывался. Голова гудела как труба, а тело совсем не слушалось. Я простонала:

– Воды! Дайте попить воды! Ой, как же больно…

Ко мне подбежал паренек лет семнадцати, в тельняшке, рыжий, смешной, весь в ярких конопушках, как солнышко. Он протянул стакан воды, помог напиться.

Я огляделась. Какая-то хижина, все бедно, но чисто, на обшарпанном столе печеный картофель и гренки, кувшин.

Стала расспрашивать паренька:

– Какое сегодня число? Как я вообще сюда попала? Где я? Почему мне так плохо?

Он стал объяснять:

– Меня зовут Петька Ершов, я сын рыбака. Папка мой так всю жизнь на хлеб зарабатывал. А мамки нет у нас. А теперь и папки тоже. Один я живу. Тоже вот рыбалкой промышляю. Я три дня назад, как обычно, на заброшенный пирс рыбачить пошел. Там нет никого, рыбу не пугают, место у меня прикормленное, клюет отлично. Ну вот, только снасти разложил, песик мой, Барбос, в кусты убежал, стал так лаять громко, меня за штанину тянет, мол, иди…

Я его отругал сначала, думал, может, он мышь или лягушку увидел. Глядь, а там вы лежите. Голова в крови, стонете тихонько. Я так испугался. Хотел сначала полицию вызвать и сбежать. У меня и так уже приводы были, мне проблемы не нужны, поди потом докажи, что я ни при чем. Знаю я их, мигом дело пришьют. Но потом мне вас жалко стало, вот и потащил к себе,