Товарищ майор - Алексей Макеев

– Я его родственник, – ответил Курганов, не оборачиваясь. – И владелец клуба.

– Вы – брат Ольги Валерьевны?

Курганов повернулся.

– Да. Я ее брат. Олег Валерьевич Курганов.

– Моя фамилия – Варенцов. А это – майор Клотов.

Следователя задело то, что Курганов демонстративно проигнорировал их присутствие.

Когда Варенцов злился, он становился похожим на маленькую, но очень отважную собачонку. Клотов это знал и скромно встал позади следователя, предвкушая пристрастный и энергичный допрос.

– Вы – единственный владелец клуба? – спросил Варенцов, не предлагая собравшимся сесть.

Конечно, удобнее было вести разговор сидя, но следователь не рассчитывал на задушевную беседу с Кургановым. Он приготовился записывать показания, держа блокнот и ручку в руках.

Курганов неодобрительно посмотрел на блокнот и ответил:

– У Алексея была небольшая доля в десять процентов, как плата за работу директором.

Несколько лет назад Курганов не снизошел бы до разговора с ментами без острой необходимости и без одобрения адвоката. Но теперь он стал заметной фигурой в городе и к тому же занялся политикой. Поэтому Олег Валерьевич потихоньку перенимал манеры законопослушных граждан.

– Кому достанутся эти десять процентов? – не деликатничал Варенцов.

– Моей сестре, надо полагать, – спокойно предположил Курганов. – Хотя какая, к черту, разница? Не она же отравила Алексея!

Варенцов покачал головой, будто слова Курганова его не убедили.

– А откуда вы знаете, что Агаров отравился? – неожиданно спросил Клотов, выходя из-за спины следователя.

Олег Валерьевич внимательно посмотрел на майора.

– Охранник сказал.

– Как вы узнали о случившемся?

– Мне позвонила сестра, когда ехала сюда.

Клотов замолчал, как прокурор, задавший свидетелю все вопросы.

– Вы уже узнали, чем он отравился? – с легким раздражением спросил Курганов.

Его лицо не выражало большой скорби. Олегу Валерьевичу вообще были чужды многие из тех переживаний, которые изводят большинство людей.

– Скорее всего, метиловым спиртом. Точнее скажут эксперты, – ответил Варенцов и снова пошел в атаку. – У Агарова была назначена встреча в клубе приблизительно на одиннадцать часов. Вы не знаете, с кем он собирался встретиться?

– Не знаю. Вчера я был в клубе до полуночи. Тут справляла день рождения одна из моих сотрудниц. Алексей праздновал вместе со всеми. Я был уверен, что он напьется и придет домой под утро. Алексей с сестрой последние полмесяца жили у меня.

– Ваша сестра говорила об этом, – заметил следователь и заглянул в блокнот. – Подлесная, двадцать – это ваш адрес?

– Правильно.

– У Агарова были враги?

– Враги?! Нет. Он был безобидным человеком. Самое большее, что он мог заслужить, это получить в… зубы, – Курганов хотел употребить бранный синоним слова «лицо», но сдержался. – А почему вы спрашиваете про врагов? Считаете, что его отравили?

– Может быть и такое. А вы полагаете, несчастный случай?!

– Алексея вроде не за что убивать. Единственным его врагом была водка. Пил он очень много и все подряд, особенно когда был уже пьян.

– А вот администратор говорит, что Агаров всегда пил «Смирновскую» водку, по крайней мере с утра.

Курганов без симпатии взглянул на спорщика.

– Я не замечал такого постоянства. Он не пил виски и коньяк, как я, но водку пил разную.

Олег Валерьевич обернулся к стойке бара, где над пустой стограммовой рюмкой и стаканом с недопитым соком возвышалась уже высохшая бутылка «Смирновской» водки. Вокруг дна бутылки скопилось кольцо из сбежавшей по стенкам воды.

«Видимо, никто не трогал бутылку с того самого момента, как администратор налила Агарову водку, – подумал Клотов, посмотрев вслед за Кургановым на стойку бара, – Иначе осталось бы еще хотя бы одно мокрое пятно от дна бутылки. Раз доктор и охранник не прикасались к бутылке, значит, можно надеяться, что на стекле не будет посторонних отпечатков».

– Яд в этой бутылке? – спросил Курганов.

– Да.

– Но ведь из этой бутылки мог выпить кто угодно, не обязательно Алексей!

– Пожалуй, – согласился Варенцов.

– Я расспрошу знакомых Алексея, может быть, удастся найти того, кто назначил ему встречу.

– Спасибо, – сказал Варенцов, хотя и был уверен, что Курганов не собирается им помогать. – Мы со своей стороны тоже постараемся это выяснить.

– Если надо, я скажу бухгалтерии, чтобы она выдала вам необходимые документы. Вы же наверняка захотите узнать, откуда в баре такая водка?

– Я как раз хотел заняться этим в ближайшее время.

– Я помогу, чем смогу. Если это – спланированное убийство, то я должен знать, кто за ним стоит.

Курганов сделал почти незаметное движение, которое Варенцов расшифровал как желание уйти. К сожалению, следователь не мог располагать временем родственников покойного в том же объеме, как временем подозреваемых и обвиняемых.

– Мы пока не знаем, где Агаров ночевал. У вас есть какие-нибудь предположения?

– Может быть, у какой-нибудь бабы? Я не лез в его личную жизнь.

– У него была постоянная любовница?

Курганов снисходительно улыбнулся.

– Моя сестра – не единственная женщина на свете. Есть моложе и покладистей. Я сам мужик и понимаю, как тяжело без этого. Но, кажется, он встречался только с проститутками. Постоянных связей не заводил.

Курганов сделал шаг по направлению к выходу.

– Меня ждут дела, – сказал он. – Думаю, что ответил на все ваши вопросы.

– Вы бы не могли оставить визитку, чтобы мы знали, как с вами связаться, – попросил Варенцов.

– Пожалуйста.

Телохранитель Курганова протянул следователю визитную карточку, отпечатанную на золотистой бумаге.

Варенцов взглянул на визитку и прочитал:

– ООО «Комета Тур». Вы занимаетесь туризмом?

– По этому адресу находится мой офис, – объяснил Курганов. – А вообще я занимаюсь всем. В том числе и туризмом.

Не прощаясь, Курганов пошел к выходу под опекой своего бдительного телохранителя.

Варенцов наклонился и накрыл скатертью лицо Агарова.

Разогнувшись, он стрельнул напоследок взглядом в спину Олега Валерьевича и подошел к администраторше.

Пока Курганов с телохранителем находились в клубе, девушка сидела за столиком возле двери, ведущей на кухню, и старалась не привлекать к себе внимания. Она боялась хозяина и помалкивала, хотя ей интересно было узнать, как смерть директора отразится на работе клуба. В итоге Курганов ничего не сказал, а спросить его она не решилась.